Ступени в вечность: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Такое его естество, отдавалось у Маритхи внутри. Такое… Это круг, и нельзя из него выйти, даже если захочется… Нельзя обмануть, но можно обмануться. Она пошла вслед за мечтой о чем-то… непохожем на этот унылый мир, в котором нет и не было радости!

Последняя капля огня дрожала внутри, не желая покинуть Маритху, а небо затягивало серой пеленой.

— Сыну Тархи не составило труда разглядеть твои мечты и воспользоваться этим знанием, — продолжал Великий вонзать в неё колючки. — Я думал, что Тангар со своей любовью и заботой развеет завесу лжи, но она лишь уплотнялась. Я пытался открыть тебе глаза, но они желали слепоты. Сын Тархи выбрал путь сердечной привязанности, едва только понял, что ты готова полюбить своего хранителя, и сам сделался ему соперником. Так просто! Неравная борьба, и потому её исход предрешён. Он умело дёргал волокна твоей Нити. Ты сама построила дом из камешков, которых нет и не было. Это ты взяла их из незримого, приняла навеянное за истину. Тот образ, что так старательно лелеешь, бесконечно ошибочен. Аркаис уже прибегал к такому способу… влияния, и не раз. Я помню, как тебе понравилась фигурка Марги-танцовщицы из Табалы. Та самая, из жилища Аркаиса. Ты помнишь её?

Маритха не ответила. Она плакала горько, но слез было немного.

— Она умерла, соблазнившись тем же, что и ты. А Нить её исправно служит своему хозяину.

Огонёк внутри едва теплился и уже не приносил ей облегчения. Но он был.

Нити, зацепилась Маритха. Надо думать про Нити. Они получат свободу, только если… Дверь нужно открыть. Она зашла так далеко! Ради них… молящих её о помощи.

— Он похитил тебя из Латиштры, — не останавливался ни на миг неутомимый мучитель, — потому что знал: я увидел его замысел и теперь заставлю тебя услышать правду. Найду способ и исправлю свою оплошность, пока не поздно, чего бы это мне ни стоило. Ему же необходимо было время, чтобы приручить свой Ключ, вернуть утраченное доверие, ведь открывающее Слово не получишь силой. Пожар в Храме — нужно ли говорить, что и это его рук дело? Дело рук тех самых людей, что так обезумели от моего исчезновения, так изверились и взъярились, что подняли руку на Храм, обвиняя Ведателей Табалы в моей смерти. Хранители Покровителя жестоко наказали безумцев и многих паломников-ослушников перерезали ещё до того, как я поспел спасти остальных. Однако все это лишь на время, до скорого и праведного суда. Столько жертв, и ради чего? Чтобы отдалить меня хотя бы на одну ночь, чтобы успеть укрыть твою Нить, Маритха! Вырвать из моих рук! Стоит ли того равновесие, надолго ушедшее из пограничного города? Оно незаметно покинуло Табалу, вместе со вздорными обвинениями в лжи и смуте, что я разносил по всей Великой Аданте! Вместе с уходом моих учеников, тех немногих, что действительно нуждались во мне. Тех, что грезили о Нитях и жаждали моего направления. Это начало падения, разброда, начало смутных времён. Время перед грабежами и смертями, чередой бегущими по Табале, перед нашествием незримого из запретных земель. Начало войн за золото с Той Стороны. И все это ради бессмертия одного! Подумай, кому ты несёшь бессмертие!

— Ты тоже не избежал того, чтобы сделать громче свой голос в Великой Песне. Сейчас ты почти кричишь, — неожиданно бросил Аркаис и вновь замер, сделался далёким.

— Маритха вздрогнула. Его голос остался прежним, он не скрипел, не хрипел, не дышал ни гневом, ни ненавистью. Словно все, что сказал Раванга, прошло сквозь него, не оставив следа. Почему у неё только боль и ни капли ненависти?

— А ты, — прошептала она, отчаянно цепляясь за последнюю искорку в груди. — Где был Великий Раванга, когда… разоряли Табалу? Что он сделал для… своего равновесия? Чтобы его не разрушить? Может… — Она скрипнула зубами, чтобы не расплакаться вновь. — Может, не нужно… было… бороться вовсе? Вы двое такие… что когда вы… друг на друга… то кажется, что Нить… из тела ускользает… — Маритха с трудом подавила стон. — Вот и Табала… не выдержала…

— Справедливо. Скажи ей, Раванга! — насмешливо уронил Аркаис.

Великий печально глядел на Маритху, и она упрямо опустила глаза к камням под ногами.

— Разрушать всегда легче, чем созидать. Таково людское естество, его легче направить на путь разрушения, чем удержать от него.

— Настоящее равновесие разрушить не так просто, — холодно вмешался Аркаис. — Оно кажется хрупким, но на самом деле крепче камня. Все возвращается к началу, другим, изменённым, но возвращается. Нельзя выйти из этого круга. Для того, что сделано, одних моих усилий недостаточно, и ты это знаешь. Маритха права, противостояние сожгло Табалу. Вот и скажи: стоило ли это всего лишь одного бессмертия?

— Я не смог предвидеть последствий, ибо прямое противостояние в Табале для тебя невозможно. Но я не ведал всей изощрённости Сына Тархи. Любой дар несовершёнен, любой силы недостаточно, когда вокруг все меняется.

— А если бы мог? Отошёл бы в сторону? — подхватил Аркаис.

— В иных обстоятельствах я поступил бы по-иному. Сообразно своему видению и пользе для людей из города. Но все свершилось так, как свершилось, и изменить ничего нельзя.

Сын Тархи только коротко усмехнулся, вновь уставился вдаль. Пелена все больше затягивала небо.

— Не стану себя обелять в твоих глазах: я тоже виноват, ты была права в своих подозрениях, — продолжал Раванга. — Многое из того, что мною сделано — для Нити Аркаиса, не для твоей. Надеясь вернуть его Нить Бессмертным, я доверился их замыслу, слишком долго ждал осуществления, оставляя тебя Сыну Тархи, надеясь, что ты окажешься тем самым даром Бессмертных, что вернёт его обратно. Я обманулся. Замысла не существует. Но теперь слишком поздно исправлять содеянное, и потому приходится немилосердно терзать твоё сердце, и я сочувствую безмерно… Ваши Нити слишком сблизились. Они не разойдутся вмиг, как бы ни было больно. Это правда, как и то, что обещание освободить пленённые им Нити, о котором ты упомянула, ничего не стоит. Если Аркаис уйдёт в мир Бессмертных, для здешнего он умрёт. Его не станет, и Нити, что он удерживал их же собственными путами, в тот же миг получат свободу. Они не связаны с телами и потому не пропадут в междумирье. Они далеко. Если же ему не удастся, то обещание будет забыто в тот же миг. В Храме он не смог бы отказаться от договора. От обещания уйдёт обязательно. И если хоть в чем-то я допустил искажение правды, пусть Сын Тархи свидетельствует это перед Бессмертными. Мы над Храмом, и на этот раз не удастся извратить ни слова.

Маритха с надеждой прислушалась. Сын Тархи молчал.

Вот и все. Искра погасла. Источник умер.

— Для удара ты выбрал хорошее время. И место. Я не смог бы лучше, — бледно, как бы нехотя усмехнулся Аркаис. — Хорошая, продуманная речь, не стоит её портить, не так ли? Искажать, в чем, как ты говоришь, я великий мастер… Но можно ли называть правдой лишь одну её сторону? Да, Маритха потеряла покой… но был ли он на самом деле? Она постоянно тряслась от страха, но не я внушил его — лишь вытащил на поверхность. Не я нападал и стращал. Я играю на Нитях, а не плету новые. Я не использовал ничего, что не существовало бы уже внутри каждого из якобы мной обездоленных. И если подумать, опуская бесстыдство моей игры, в коем я уличён столь справедливо: так ли много потеряла сама Маритха в сравнении с тем, что обрела? Да-да, обрела, ты не ослышалась.

Маритха удивлённо подняла глаза от земли, но смотреть на него было больно, и она опять уткнулась в бурые камни.

— Человек легко забывает… — продолжал Аркаис, — стоит ему намекнуть, как его обвели и тем бесконечно обидели. Ты видела свою Нить, одна из немногих живущих, ты погружалась в незримое, опускалась в подземные Храмы Бессмертных, и не думай, что там тебя только трясли, пугали и ничем не одарили. Кроме того, ты получила Тангара взамен жалкого и ничтожного Игана. Не думаю, что он окажется так глуп, чтобы оставить тебя из-за… такого пустяка. Есть и другое, его бы не случилось, не будь нашей встречи, и ты знаешь, о чем я говорю.

Нет, Маритха не знала, она слушала его, но разум отказывался понимать, слишком велика её боль. Точно снова ударили в сердце, как в пещере, только сильнее. И забыли исцелить.

Просто слова. Он говорил так много, хвалил её, даже восхищался, а оказалось… все неправда, все… пустяк, как он говорит. Пустяк! Сын Тархи мог уйти в своё бессмертие, а она бы вечно помнила эти руки, ласкавшие струны муштара, смех, всегда такой разный, уверенную поступь. Помнила бы дивное многоцветье подземного водопада и вечность, являвшуюся ей не раз. Страх, дышавший в затылок, и Источник, подаривший радости больше, чем за всю её жизнь. А Нить его она и так никогда не забудет. Уж очень близко подобралась к ней Ясность, рядом стояла, пронзала насквозь. И все равно ей следует забыть, чего на самом деле не было, и об ином заботиться… хоть и нелегко, ох, как нелегко… Но прежде дело, ведь она обещала, а то покоя не будет, пока Нить её не оборвётся.

— Они получат свободу? Его Нити? — Маритха наконец подала голос, еле-еле. — Если… он уйдёт? Все?

Раванга величаво кивнул:

— Да, это так. Но какой ценой, Маритха? Что будет с нашим миром, если такой, как Аркаис, станет Бессмертным? Если будет играть нашими жизнями и судьбами? Бессмертные обращают к тебе свой взор! Ты можешь охранить этот мир от беды! Здесь и сейчас.