— Выбыл. Он выбыл, — повторяет ей немец.
Смертельно бледная, Марсель уходит. Говорят, накануне был расстрел заложников.
Страшная мука продолжается. Как узнать, расстрелян ли Рэймон? Есть один способ: искать по кладбищам. Она обошла всё: Монруж, Тиэ, Банье, Коломб. Говорят, что чаще всего их зарывают на кладбище в Иври. Она едет туда. Перед нею ещё совсем свежий холм, нечто вроде братской могилы. Страшно подумать, что любимый человек может быть здесь.
Марсель мужественно расспрашивает сторожа:
— Скажите мне правду, я выдержу. Мой муж, Рэймон Фуко, погребён здесь?
— Мы вам не можем этого сказать.
— Он был патриотом. Он сражался за всех нас. Немцы, наверное, его расстреляли.
— Мы этого не знаем.
— Я буду молчать, я вас не подведу. Но вы же француз. Вы должны сказать правду.
— У нас в списке ваш муж не числится.
— Значит, его здесь нет? Скажите мне откровенно.
— Этого мы не можем утверждать. Мы можем только сказать, что за последние две недели сюда никто не поступал.
Две недели тому назад Рэймон ещё был в Ромэнвиле.
Марсель отправляется по другим кладбищам.
— Наконец-то ты пришла! — воскликнула тётка, целуя Марсель. — Я не знала, как тебя известить. У меня уже неделю лежит для тебя письмо.
— От Рэймона?
— Да, от Рэймона. Прости меня, я не могла дождаться и вскрыла его.
На вырванном из записной книжечки листке наспех нацарапано: «Дорогая моя, нас увозят в Германию. Все товарищи, которых ты знаешь, едут вместе со мной и все хорошо себя чувствуют. Не беспокойся, будущей весной мы поедем за подснежниками. Заботься о нашем сыне. Целую и люблю вас обоих. Мы победим. Мужайся».
— Кто принёс письмо? — спрашивает Марсель, не зная ещё, плакать ей или смеяться.
— Какая-то женщина. Она оставила свой адрес.
— Рэймон! Мой Рэймон! — кричит Марсель. — Он жив. Я его нашла.
— Но почему он тебе пишет о подснежниках?
— Чтобы доставить мне удовольствие. Вот уже три года, как он мне обещает поехать за город, но всё время нам что-то мешало.
Взгляд Марсель сияет сквозь слёзы.
— Так это вы! — говорит Марсель, узнав в молодой женщине, которая открыла ей дверь, знакомую по Ромэнвилю. — Я пришла вас поблагодарить.
— Какая приятная неожиданность! Мне так хотелось с вами повидаться. Я знаю, где мой муж.
— Я тоже, благодаря вам.
— Как это?
— Вы отвозили на этих днях письмо в Кламар?
— Да.