Фантастическое было время! Еще учась в Строгановке, Майк был поражен, узнав, что все выдающиеся художники того времени были знакомы друг с другом. И если не дружили, то, уж во всяком случае, приятельствовали. Раскланивались при встречах.
Этот факт поражал!
Костя Коровин и Исаак Левитан были учениками Саврасова. А когда этого, поистине гениального художника свалило с ног пьянство, главная беда русского человека, и его попросту отстранили от преподавания в Училище живописи, ваяния и зодчества, их наставником стал никто иной, сам Поленов. Дух захватывает!
Парочка молодых, тогда еще беззаботных художников постоянно шутила, «Старик Саврасов нас заметил…».
Майк говорил и говорил без умолку. Но Кристина не удивлялась. Можно было только догадаться, эти факты ей достаточно хорошо известны.
Майк и Кристина медленно брели по набережной Москвы-реки. Чуть в стороне, почти у самой воды на скамейке сидела экзотическая парочка. Старик и старушка. Оба в легких спортивных костюмах. Старушка держала в руках пачку вафель, с удовольствием отправляла в рот маленькие пластинки. Бородатый старик, скрестив руки на груди и широко раскинув ноги, мрачно смотрел на воду.
— Посмотри! Какая симпатичная пара! Наверняка, они скоро поженятся.
— Наверняка, уже разводятся! — буркнул старик. — Делят мебель.
— Ты все видишь исключительно в негативном свете. Это просто смешно!
— Сама сними розовые очки! Она хромая, не видишь?
— Это лишний раз говорит о его благородстве. Неужели не видишь, он ее любит!
— Он ей и сломал ногу.
— Не говори гадостей! Как у тебя только язык поворачивается!
— Я всегда говорю только правду.
— Опять приступ геморроя? Дать таблетку?
— Нет у меня никакого приступа! Помолчи! Дай спокойно подумать.
— В этом пиджаке вы похожи на официанта! — неожиданно произнесла Кристина.
Было выше сил, стерпеть подобное. Даже от такой неординарной личности. Именно от нее Майк не смог стерпеть. На всех других ему давно было наплевать с Эйфелевой башни. Он медленно снял пиджак, тщательно проверил карманы, вынул все мелочи, распихал их по карманам джинсов, скомкал пиджак, сильно размахнулся и… закинул его далеко-далеко в воду! Почти на середину Москвы-реки.
Кристина тихо вскрикнула. Майк, очень довольный собой, усмехнулся.
— Господибогмой! Что за выходки!? Вам они совершенно не к лицу!
— Знать бы, что мне к лицу, — пробормотал он.
Свернутый в ком белый пиджак тихо покачивался на едва заметных речных волнах. Издали он был похож на сложившего крылья и уснувшего лебедя.
Несколько тактов из балета Чайковского здесь были бы очень кстати.
— Мальчишество какое-то!
Они, не оглядываясь на «лебедя» медленно побрели дальше по набережной. Майк ни на секунду не закрывал рот. Его будто прорвало. Что он молотил и сам не слышал. Кристина, кажется, тоже. Она с изумлением смотрела на Майка во все глаза. Сделав этот широкий театральный жест, он явно избавился не только от дурацкого пиджака. Освободился от чего-то более важного. Кристина это почувствовала.
Неожиданно Майк остановился, как вкопанный.
— Кристина! — глухим голосом, не глядя на нее, сказал он, — Я не могу без вас! Не гоните меня.
— Не торопитесь, Михаил! — вежливо, но твердо ответила она.
В летнем открытом кафе почти не было посетителей. Две-три парочки с детьми. Рай. Майк неподвижным взглядом смотрел на Кристину. Кристина обозревала окрестности.
Подошла официантка.