Действие третье
Дом подвинут ближе к зрителю. Серый, облачный вечер. На террасе, в плетёном с высокой спинкой кресле, сидит, читая книгу, Вукол Потехин. Ноги его — на сиденье другого кресла. Сквозь окно, закрытое марлей, видно доктора — он ходит по комнате и курит.
Вукол (подняв голову, шевелит губами, зевает). Николай!
Потехин. А?
Вукол. Что такое фатализм?
Потехин (скучно). Фатализм… ну — фатум… рок…
Вукол. Что ты мне слова говоришь? Слова я сам знаю всё… ты — понятие обнажи!
Потехин. Отстань, пожалуйста! Что чудишь? Скучно!
Вукол. Это, брат, не чудачество, а старость. (Помолчав.) Тебе нравится Савонарола, а?
Потехин. Кто?
Вукол. Савонарола!
Потехин. Нет. Не нравится.
Вукол (вдумчиво). Почему?
Потехин. Да… чёрт его знает!
Вукол (удовлетворенно). И мне не нравится. Впрочем — я мало читал о нём. А ты?
Потехин. Ничего не читал.
Вукол. Да… Вообще ты мало читаешь. Непохвально… (Повёртывая книгу в руках.) Странная вещь — книга… Беспокойная вещь. Вот — Шиллер. В юности я его любил. А теперь взял… вспомнил твою мать. Мы вместе с нею читали «Песнь о колоколе»… она тогда была ещё невестой моей. Мы были красные с нею, думали о судьбах человечества… и — кричали. Ты тоже, лет пять тому назад, кричал на всех… и на меня кричал. (Удовлетворённо.) А вот теперь — молчишь. Выдохся, выкричался, брат! Почему так быстро, а? (Потехин выходит из комнаты со шляпой в руках.) Ты куда?
Потехин. К больному. К Турицыну.
Вукол. И я с тобой. А то — скучно мне одному… Полицейский мой что-то увял…
Потехин. Он идёт сюда.
Вукол. А-а… Ну, тогда я останусь. (Потехин недоверчиво смотрит на отца и возвращается в комнату. Вукол, усмехаясь, смотрит вслед ему.) Так! Конечно… понятно… Что, полиция? Какие козни затеяны немцами против нас?
Самоквасов (отмахнулся). Э, бог с ними!
Вукол. Кончено с Германией? Быстро! Кого ж ты теперь ругать будешь? До девятьсот пятого года ругал правительство — бросил, потом революционеров стал ругать — бросил, немцев начал поносить — и это кончено! Кого ж теперь, чем жить будешь?
Самоквасов (уныло). Сам себя ругать буду…
Вукол. Безобидное дело — не утомляет. Просто — и не обязывает ни к чему.
Самоквасов. Осёл я, кажется…
Вукол. Уже начинаешь? (Поучительно.) Заметь однако, что ослы оклевётаны, — это очень неглупое и полезное животное, осёл…
Самоквасов (заглядывая в окно). Рассказал бы я тебе историю…
Вукол. Расскажи… Садись-ка!
Самоквасов (тихо). Пойдём куда-нибудь.