Павел. Ну, так!
Харитонов (прислушиваясь). Стой… Татьяна идёт… Ей эти дела не надо знать! Пойдём-ка в сад, поговорим.
(Из кухни идут Таня и Захаровна. Харитонов оглядывается на них.)
Харитонов. Запоздал я, заспался, а у меня завтра в городе рано утром дела…
(Ушёл.)
Захаровна. Ну, куда ты? Спать пора!
Таня. Никто не спит — видишь? Нянька, скажи мне — что такое делается у нас?
Захаровна. Ничего не делается,
Таня. Неправда!
Захаровна. Ночь светлая, вот и не спит никто.
Таня. Неправда!
Захаровна. Как это — неправда? Сама видишь — никто не спит, и ты не спишь…
Таня. Ты думаешь — ты хитрая?
(Выстрел за садом.)
Таня. Ой, что это? Ты слышишь!.. Вот — я чувствовала…
Захаровна (с досадой). Да что ты чувствовала? Степаныч воров пугает, а ты…
Таня. Воров? А чему Павел радуется? Это нехорошо, если Павел весёлый, — уж я знаю!
(Из-за угла дома поспешно идёт Старик.)
Старик. Кто это стреляет?
Захаровна. Сторож.
Старик. Стрелять — нельзя!
Захаровна. У нас — можно, мы за городом живём…
Таня (строго, но всё-таки тревожно) И — это не твоё дело, кто стреляет!
Старик. Ты, девушка, моих дел не знаешь. А узнаешь — восплачешь…
Захаровна (торопливо, примирительно). В постройке ночуют босяки, жулики разные — вот он и стреляет, чтоб они знали…
Таня. Ты как смеешь, старичишко…
Степаныч (бежит, задыхаясь). Эй, идите… Захаровна — скорее… Иван Васильич убился!
Таня (кричит). Вот! Вот — видишь?..
(Бежит в дом.)
Захаровна (за ней). Стой!.. Господи…