К НЕВЕДОМЫМ БЕРЕГАМ.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Яхту буксировали шесть японских лодок и сопровождали до восьмидесяти судов, на которых развевался атлас и бли­стало золото. Бастионы украсились флагами и целыми кус­ками шелковых тканей, отливавших на солнце всеми цвета­ми радуги, а по возвышенным местам, под императорскими японскими знаменами сидели шпалерами войска, одетые в парадные одежды.

Наступление отлива не позволило яхте дойти до места назначения, подана была, другая, тоже роскошная яхта, но поменьше. На берегу посол был встречен старейшими обер-баниосами и их многочисленной свитой и препровожден в дом. Осмотрев его, посол поблагодарил обер-баниосов за встречу и попросил их передать его благодарность и губер­натору.

А дом действительно был хорош. Он состоял из шести больших комнат и громадной столовой, просторной, светлой кухни, к которой примыкала еще комната с большими шкафами и ящиками для столовой посуды и белья. Кухонная по­суда сверкала чистотой. Повар, в повышенном настроении, буквально не находил себе места и тянул кавалеров свиты посмотреть посуду и очаг. Устроенный на японский манер, очаг был снабжен семью разной величины котлами и чашами и котлом для горячей воды. Тут же в изобилии разло­жена была на столах прикрытая прозрачными сетками сви­нина, баранина, куры, утки, зелень. Другой флигель пред­назначался для приезжающих к послу флотских офицеров.

Пересчет японцами числа уезжавших и остающихся уди­вил. За офицерами ушли, провожая их до ворот, и баниосы, а за ними наглухо задвинулись тяжелые наружные за­совы и зазвенели запираемые железные замки.

«В позолоченной клетке», – пронеслось в головах мно­гих, и пышность, и позолота этой клетки сразу потускнели...

Небольшие окна были заделаны железными решетками. В узеньком переулке с запертыми воротами, ведущими дальше, на сушу, были помещены две избушки-караульни с дежурными полицейскими офицерами, а далее – гаупт­вахта. Каждая караульня и гауптвахта охраняла отдельные ворота. Таким образом, для выхода со стороны суши требо­валось последовательно открыть замки трех ворот.

11 февраля было получено письмо от губернатора.

Губернатор писал, что высочайше повелено даймио – од­ному из семи государственных советников, а с ним шести высшим чиновникам империи отправиться в Нагасаки.

«Медленность в решении столь важного дела, – разъ­яснялось в письме, – произошла оттого, что оно требовало больших рассуждений, поэтому двор и не хотел решить оно­го без совета чинов государственных. А так как они находи­лись в разных провинциях и не в близком расстоянии от столицы, то и не могли скоро съехаться в Иеддо. Этот чрез­вычайный совет состоял слишком из двухсот князей и вель­мож, и хотя, впрочем, дело сие было давно решено императором, но государь хотел еще сделать честь своему дяде и другому родному брату своему, которых он почитает, чтобы спросить и у них мнение о деле. А как и те имеют пребыва­ние свое не близко от Иеддо, то отправленные к ним посоль­ства также продолжили время и не скоро с ответами от них могли возвратиться в столицу...»

«Значит, дело уже решено в благоприятном смысле», – подумал Резанов, и волна горячей крови наполнила грудь, бурно забилось сердце. Можно было уже спокойно ожидать этого японского государственного советника, титул которо­го произносился обер-толками и обер-баниосами не иначе, как благоговейным шепотом. Однако приезд даймио в кор­не испортил планы Резанова, мечтавшего о триумфальном въезде в Иеддо, о своем представлении императору, о бесе­дах с министрами и вельможами.

Официальное известие о приезде даймио привезли послу только на шестой день после того, как тот приехал, три примелькавшихся и хорошо расположенных к посольству обер-толка – Скизейма, Саксабуро и Татикуро.

– Было бы гораздо вежливее, – заметил недовольным тоном Резанов, – если бы даймио потрудился известить то­го, кто ждал его столько времени, в день своего приезда.

– По нашим обычаям, ваше превосходительство, – воз­разил Скизейма, – именно это было бы неучтиво, так как пришлось бы после извещения ждать эти же шесть дней, а они нужны были для подготовки. Теперь ожидать уже не придется, так как завтра к восьми часам утра будет подана яхта принца Физена с двумя обер-баниосами для встречи и сопровождения вашего превосходительства до места свида­ния. От пристани вас понесут в богатом норимоне.

Начались длительные переговоры о деталях церемонии приема.

Ультимативный характер условий заставил посла принять надменный вид и заявить в категорической же форме:

– При мне должен находиться сержант в каске и уборе с императорским штандартом на древке. – И, не желая слушать возражений, Резанов добавил: – Поелику вы сами сего решить не можете, доложите даймио: норимоны должны быть поданы всем кавалерам свиты.

– Это только потому для вас одного, – смеялись обер-толки, – что уж очень близко.

– Я должен быть в одной комнате с даймио и губерна­торами, и там пусть меня угощают, как им будет угодно.

– Как все у вас понятия различествуют с нашими! – воскликнули обер-толки. – В том-то и состоит большая вежливость и честь, ибо вы должны быть трактованы не от даймио и губернаторов, а от императора российского, особу которого здесь представляете.

– Но вам придется поклониться даймио в ноги, – не­решительно заявил обер-толк Скизейма.

Посол расхохотался.

– Я и самому богу кланяюсь не телом, а только душой. Оставьте это.

– Но это так легко! – сказали обер-толки, ложась на пол. – Посмотрите сами... Да вы хоть на колени встаньте и руками коснитесь пола!

Резанов продолжал смеяться.

– Все это пустяки! – бросил он с укоризной. – Я по­клонюсь, как надобно, а даймио пусть учтет, что я прибыл сюда вовсе не для того, чтобы учиться поклонам, а основать дело к пользе двух империй.

Вечером пришел ответ от даймио, который не согласился только с разборкой стены в комнате для угощений.

– А будет ли завтра говорено о торговле? – спросил Резанов обер-толков.

– Нет, об этом речь будет послезавтра.

На следующий день утром к дому посла поданы были две разукрашенные яхты. Вслед за ними в восемь часов утра прибыли два обер-баниоса с шестью переводчиками и большим числом баниосов среднего достоинства.

Посол в сопровождении своей свиты, сержанта со штан­дартом, обер-баниосов, обер-толков и других чиновников вступил на первую яхту, а затем перешел на вторую.