— Минуточку, — попытался возразить Леонардо.
— Дальше слушай! Через день мы снова посылаем лазутчика. Опять кокс — эйфория — победа. Повторяем диверсию раз десять. А потом перестаем посылать лазутчиков.
Тосканелли довольно отвалился в кресле.
— И что? — не понял да Винчи.
— Как что? Наступает дикая ломка, солдаты врага бросают оружие и разбредаются по окрестностям в поисках дозы. Победа!
Леонардо прошелся вдоль шкафа с книгами. Он пытался подобрать вежливые контраргументы. Не смог и сказал просто:
— Бред. Во-первых, у нас войск не хватит на десять поражений. Во-вторых, толпа наркоманов в период ломки… Уж лучше неприятельская армия.
Тосканелли надулся и уткнулся в книгу с греческим профилем на обложке.
— Ну и пожалуйста, — буркнул он. — Сам придумывай. Чего тогда пришел?
— Я вообще-то, — признался Лео, — коту за едой пошел. А то он буянит. Забрался на штору и раскачивается туда-сюда.
Вдруг голос Леонардо приобрел стеклянный тембр.
— Туда-сюда… туда-сюда.
Старик мигом покинул кресло, подскочил к ученику и тщательно повел носом.
— Унюхал чего? — с надеждой спросил он.
— Не унюхал, а удумал! Дайте-ка бумагу.
Когда чертеж был готов, Тосканелли отреагировал странно — захихикал.
«Что-то все смешливые сегодня, — огорчился да Винчи. — Или его просто на хи-хи пробило».
— Пойдем, — махнул рукой учитель, — чего покажу.
Тосканелли раскрыл книгу Архимеда и положил ее рядом с чертежом нового оружия. «У меня линия тверже, — попытался утешить себя Лео, — и почерк зеркальный». Но утешало это мало: схемы совпадали даже в деталях.
— Катапульта, — продолжал хихикать старик, — изобретение тысячелетней свежести. Хотя могу подсказать, как ее использовать в новом качестве. Давай зарядим ее коксом…
Тосканелли забился в смехе. Но Леонардо это не смутило.
— Не коксом, — сказал он, — а, например, мелкими камнями. Или чугунной дробью. Битым стеклом каким-нибудь…
— ЛСД.
— При чем тут ЛСД? Гвоздями, обрезками металла… Можно поражать по сотне пехотинцев за раз. Да хватит кривляться, учитель. Мы только что придумали первое в мире оружие массового поражения!
К двери мастерской Леонардо пришел в отличном настроении. Чертеж он оставил Тосканелли: пристыженный учитель взялся доработать детали, в частности присобачить к орудию лебедку, которую он видел где-то у Архимеда.
Но только изобретатель вставил ключ в дверь, настроение моментально испортилось. Этому в немалой степени способствовал тонкий нож, приставленный к горлу Леонардо. За рукоятку стилета держалась рука в черной перчатке. Хозяин руки сливался с темнотой.
— Денег нет, — сказал да Винчи как можно убедительнее, — вот, есть кошачий корм.
Но человек в темноте не позарился на аппетитные куски ливера и рыбьи головы.
— Привет от Моны Лизы, — прохрипел он, — я за портретиком.
— Как привет? Дядя Франческо ведь обещал! И герцог…