— Мяу, — без особой надежды сказал Бес.
— Еды нет, — твердо ответил Леонардо. — А если станешь мне мешать, то и не будет. Сегодня позаботься о пропитании сам.
Изобретатель вернулся к столу. Кот посидел еще немного и начал заботиться о пропитании. Вернее, об экономии подкожных запасов, — Бес запрыгнул на подоконник, свернулся калачиком и уснул.
— Что я там еще думал? — да Винчи попытался раскрутить логическую цепочку в обратном направлении. — Сохранение в холоде… холодное оружие… массовое поражение! Черт, что это такое?
В памяти маячили только слова «массовое поражение» и ощущение, что это было круто.
Изобретатель уже почти поймал идею за хвост, когда за спиной раздался вкрадчивый голос.
— Не помешал?
Лео вздрогнул, но оборачиваться не стал. Так незаметно подкрадываться умел только дядя Франческо. Таинственный тип, который мог месяцами где-то пропадать, а потом появиться в самый неожиданный момент — как сейчас, например. Франческо был известным авантюристом. Считали, что он связан то ли с организованной преступностью, то ли с неорганизованным правительством. Сегодня дядя решил подтвердить первую версию.
— Синьора Лиза при встрече упомянула, что ты уже закончил ее портрет.
— Не совсем, дядя. Там осталась… кое-какая доработка. Хочешь вина?
— Хочу, — ответил Франческо и, вроде бы невпопад, добавил: — Недавно под Турином нашли одного скульптора с отрезанными ушами. Говорят, работал на мафию. Наверное, плохо работал.
Рука Леонардо, наливающая вино, дрогнула.
— Спасибо, — сказал дядя, принимая бокал, и снова переменил тему. — Твои идеи по поводу оружия очень своевременны. Кое-кто в правительстве заинтересовался бы перспективными оборонными разработками. А еще лучше — наступательными.
«Похоже, — подумал да Винчи, — дядя работает и на мафию, и на правительство. Коррупция».
— Ну и что? — Леонардо пожал плечами. — Судя по твоим сведениям, сейчас я должен все бросить и заняться дописыванием портрета Моны Лизы.
Лео налил себе и покосился на груду вещей, среди которых был и упакованный холст с набросками злосчастной картины.
— Не спеши, — Франческо сделал небольшой, но вкусный глоток, — кое-кто в правительстве смог бы договориться с синьорой Лизой по твоему поводу.
— Не смог бы, — Леонардо опрокинул в себя весь бокал. — Даже Медичи не хочет с ней связываться.
— Разве я сказал «Медичи»? — слегка поднял брови дядя. — Я сказал «кое-кто». Ого! Кажется, кого-то привлек запах твоего вина.
От дальнейшей беседы родственников отвлек приход генерала Точчино с солдатами. Генерал был в костюме жениха (который выглядел как мундир жениха), солдаты — в парадной форме, но с дубинками.
— Джинни нет? — шепотом спросил Точчино. — Отлично! Я должен препроводить этого дезертира…
Но тут вперед выступил Франческо. Небрежным жестом он показал генералу что-то, прикрепленное на оборотной стороне лацкана. Точчино побледнел.
— Простите, я перепутал, — улыбнулся дядя и отвернул второй лацкан.
Генерал попятился.
— А еще… — Франческо начал закатывать штанину.
— Не надо, — хриплым голосом сказал Точчино. — Я все понял. Кру-гом.
И бледный, как фата невесты, жених стремительно покинул помещение.
— Вот видишь, — дядя вернулся к бокалу, — все под контролем. Так что можешь спокойно изобретать… А, ты уже?
Лео заканчивал какой-то чертеж.
— Интересно… — Франческо прищурился. — Попробую угадать. Это трубка для поражения неприятеля отравленными иглами?