— Сейчас принесу, святая мать, — сразу же сказала монахиня.
— И мне еще чашечку, — сказала ей вдогонку святая мать. — Я люблю хороший чай, — улыбнулась она. — И здесь его заваривают хорошо. Не такой жидкий, как в больницах, а настоящий, крепкий. Присаживайся, дитя.
Последняя фраза была произнесена так быстро, что Дженни не расслышала.
— Простите, мэм?
— Присаживайся, пожалуйста, дитя. И не нервничай так. Я хочу быть тебе другом.
— Да, мэм.
Дженни села, но нервничать стала только сильнее. Святая мать немного понаблюдала за ней, а потом спросила:
— Так ты решила, что хочешь стать сестрой милосердия?
— Да, святая мать.
— Почему? — неожиданно спросила мать Эрнеста.
— Почему? — Такой вопрос Дженни удивил. Она опустила глаза. — Не знаю.
— Сколько тебе лет, дитя мое?
— Скоро семнадцать.
— Тебе всегда хотелось быть сестрой милосердия и помогать больным?
Дженни покачала головой:
— Нет. Я раньше об этом особо не думала.
— Чтобы стать медсестрой, надо много работать. Если ты будешь учиться у нас, у тебя почти не останется свободного времени. Тебе придется учиться и работать весь день. И жить ты будешь в училище. Видеться с родными можно только раз в месяц. Твоему парню это может не понравиться.
— У меня нет парня, — сказала Дженни.
— Но на школьные вечера ты приходила с Майклом Халлораном, и играешь в теннис каждую субботу. Разве он не твой парень?
— Нет, святая мать. — Она рассмеялась, вспомнив нескладного долговязого юношу, который питал романтические чувства только к подаче. — Он лучший теннисист в округе, вот и все. — Дженни добавила: — И когда-нибудь я его обыграю.
— Ты была капитаном теннисной команды девочек в прошлом году?
Дженни кивнула.
— Но в училище у тебя не будет времени для тенниса.
Дженни не ответила.
— А кем бы ты хотела стать больше, чем медсестрой?
Дженни немного подумала, потом вскинула глаза на святую мать.
— Я хотела бы обыграть Эллен Уилс на чемпионате США.
Святая мать долго смеялась.
— Ты нам подходишь, — сказала она Дженни. — Я чувствую, что из тебя выйдет прекрасная сестра милосердия.
3