— Он отключился? — спросил я.
— Думаю, дело не только в этом. Похоже, у него жар, — ответила она. — Нужно отвезти его домой.
— Ладно. — Я вынул деньги и бросил сто долларов на стойку. — Это за мой столик.
Рыжая женщина смотрела на меня. Тушь текла по ее лицу вместе со слезами. Я вынул еще одну сотню и вложил ей в руку.
— Пойди утешься.
Подняв Амоса на руки, я поразился, до чего он легкий. Вайтел взял наши пальто и вышел за мной на улицу.
— Он живет в паре кварталов отсюда, — сказал он, пока я устраивал Амоса в машине.
Это оказалось грязно-серое здание. Две бездомные кошки стояли над открытыми мусорными баками, устремив на нас злобные желтые глаза. В таком месте болеть нельзя.
Шофер собрался было выйти и открыть заднюю дверь, но я остановил его.
— Обратно в отель.
Я обернулся и взглянул на Амоса. Я не стал относиться к нему иначе только потому, что он болен. Но меня не оставляло чувство, что, случись все иначе, на его месте мог бы оказаться мой отец.
9
Врач вышел из комнаты, качая головой. Дженни шла следом за ним.
— Утром он проснется в полном порядке. Кто-то угостил его приличной дозой амитала натрия.
— Чего?
— От него отключаются, — пояснила Дженни.
Я улыбнулся: моя догадка подтвердилась. Вайтел не оставил места для случайностей. Мне нужен был Амос, и Вайтел позаботился о том, чтобы я его получил.
— Здоровье у него подорвано, — добавил врач. — Слишком много виски и слишком мало пищи. Есть небольшой жар, но при должном уходе он быстро поправится.
— Спасибо, доктор, — сказал я, вставая.
— Всегда к вашим услугам, мистер Корд. Утром я еще раз его навещу. Да, мисс Дентон, вот таблетки. Давайте ему по одной каждый час.
Врач ушел. Я взглянул на Дженни.
— Подожди-ка. Тебе вовсе не обязательно дежурить у постели этого пьянчуги целую ночь!
— Ничего, — ответила она. — Мне не в первый раз сидеть с пациентом.
— С пациентом?
— Да. Разве я не говорила тебе, что я — медсестра?
Я покачал головой.
— Кончила колледж Святой Марии в Сан-Франциско, — сказала она. — В тридцать пятом году. Год я проработала медсестрой, потом уволилась.
— Почему?
— Устала, — ответила она, отводя глаза.
Я не стал допытываться. Это ее личное дело. Подходя к бару, я предложил: