— Боннер рассказал тебе обо мне?
— Ни слова. Ты сказала мне все, что мне было нужно. Девушки вроде тебя стараются понравиться какому-нибудь продюсеру. Тебе повезло. Не порти дела.
Она вздохнула, и ее настороженность исчезла. Вдруг она улыбнулась.
— Ладно, как прикажет господин.
Я подошел к ней и притянул к себе. Ее губы были мягкими и теплыми. Она закрыла глаза. И тут зазвонил проклятый телефон. Звонил Макалистер из Нью-Йорка.
— Сыщики нашли Уинтропа, — сообщил он.
— Отлично. Свяжись с ним и скажи, чтобы он явился сюда.
— Они сказали, что он вряд ли приедет.
— Тогда позвони Монике и попроси переговорить с ним. Ее он послушает.
— Уже звонил. Она выехала поездом в Калифорнию. Если он тебе нужен, говори с ним сам.
— Я слишком занят, чтобы возвращаться в Нью-Йорк.
— Тебе незачем возвращаться в Нью-Йорк. Амос в Чикаго.
— В Чикаго? Ну, тогда, наверное, мне все-таки придется поехать за ним.
Я бросил трубку и взглянул на Дженни.
— Уже уикенд, — сказала она. — Я свободна. А Чикаго — отличный город.
— Поедешь со мной?
Она кивнула.
— Мы полетим, да?
7
— Вот это я понимаю, — сказала Дженни. — Целый самолет в нашем распоряжении.
Я оглядел салон самолета, который предоставил мне Баз, когда я позвонил ему и сказал, что мне нужно лететь в Чикаго. Я глянул на часы: почти девять. Я перевел стрелки на два часа вперед на чикагское время и почувствовал, что слегка заложило уши. Мы начали снижаться.
— Здорово, должно быть, владеть авиакомпанией, — сказала Дженни.
— Да, удобно, когда срочно нужно куда-нибудь попасть.
— Не понимаю.
— Чего ты не понимаешь, девочка?
— Тебя. Ты сбиваешь меня с толку. Большинство мужчин мне понятны. Они постоянно следят за игрой и подсчитывают очки. А ты не такой. У тебя уже есть все.
— Не все, — возразил я. — Впрочем, мне достаточно того, что есть.
Ее глаза потемнели.
— А если мы рухнем?
Я прищелкнул пальцами.