— Уже поздно, тетя. Мне пора. Вы дадите мне право голосовать за вас?
Старуха посмотрела на него.
— А зачем мне это делать? Почему я должна помогать этому чудовищу, которое украло компанию у твоего дяди?
— Никто не крал у него компанию. Дядя Берни все равно потерял ее. Ему повезло, что нашелся такой человек, как Корд: благодаря ему он легко отделался.
— Повезло? — она снова начала верещать. — Из всех его акций только двадцать пять тысяч осталось мне! Где все остальное? Скажи мне. Что случилось с остальными, а?
— Дядя Берни получил за них три с половиной миллиона долларов.
— Ну и что? Они стоили в три раза больше!
— Ничего они не стоили, — сказал Дэвид, потеряв терпение. — Дядя Берни безбожно обкрадывал компанию, и вы это знаете. Акции не стоили и бумаги, на которой были напечатаны.
— Теперь ты называешь своего дядю вором. — Она поднялась на ноги. — Вон! — заорала она, указывая на дверь. — Вон из моего дома!
Мгновение он смотрел на нее, затем встал и направился к двери, но потом вдруг остановился. Однажды дядя выгонял его из кабинета теми же словами. Но в тот раз Дэвид добился того, чего хотел. А тетя была еще более жадной, чем Берни. Он обернулся.
— Да и правда, у вас акций всего на двадцать пять тысяч. Вшивый один процент. Но теперь они хоть чего-то стоят. А вот отдайте свой голос Шеффилду, и увидите, что будет. Тогда я больше не смогу представлять ваши интересы. Ваши акции снова ничего не будут стоить.
Она воззрилась на него.
— Это правда?
Он увидел, как у нее в голове заработала счетная машинка.
— Абсолютная правда.
— Ну ладно, — сказала она. — Я подпишу на тебя доверенность. Твой дядя, царствие ему небесное, сказал мне перед смертью, чтобы я обращалась к тебе, если мне понадобится совет: «У Дэвида есть голова на плечах».
Она подошла к столу, взяла ручку и подписала бумаги.
— Спасибо, тетя Мэй.
Она улыбнулась ему. Он очень удивился, когда она почти робко похлопала его по руке.
— Твой дядя и я… Бог не благословил нас детьми, — сказала она дрожащим голосом. — Ты в самом деле был ему как сын, — она заморгала. — Ты даже не знаешь, как он гордился тобой, когда читал о тебе в газетах.
Дэвид почувствовал жалость к одинокой старухе.
— Знаю, тетя Мэй.
Она попыталась улыбнуться.
— И жена у тебя красавица. Не забывай меня. Почему бы вам иногда не зайти ко мне на чай?
Дэвид порывисто обнял старуху и поцеловал ее в щеку.
— Мы придем, тетя Мэй, — пообещал он. — Скоро.
Когда он вернулся на студию, Роза ждала его в кабинете.
— Когда мисс Уилсон позвонила и сказала, что ты будешь поздно, я подумала, что неплохо нам вместе где-нибудь пообедать.
— Отлично, — сказал он, целуя ее в щеку.
— Ну что?