— У тебя есть невеста?
— Да, господин генерал.
— Она работает?
— Да, господин генерал.
— Где?
— В баре, официанткой.
— Проститутка?
— Нет, господин генерал.
— Ты уже спал с ней?
— Господин генерал…
— Ты думаешь, ты у нее первый?
— Я только целовал ее, господин генерал.
— В пизду?
— Господин генерал, разрешите мне уйти.
— Ударь меня. Не бойся. Задуши при мне этого болвана полковника, я присвою тебе его чин, отдам тебе его пистолет и его жалование. Иди, найди его и убей. Убей. Убей. Вот ты дотронулся до него, ах, как воняет его клопиная кровь. Теперь задуши его. Руками. Бедрами. Ты придешь на похороны. Стой рядом со мной, и когда его вдова, покрытая облаками и черной кровью, опустив ладонь на кропильницу, спросит меня с налившимися кровью глазами о том, как погиб ее муж, ты громко пернешь. В церкви священники повешены на крюках со скотобойни. Она говорит: «Генерал, пойдемте со мной, мы разобьем на берегу флакон со спермой, который я храню со дня моей свадьбы. Скажите мне, ваши солдаты привезли на родину сперму моего мужа? У нас у каждого по флакону: я храню его сперму, он — мою…»
— Господин генерал, вы обещали мне выписать талон.
— Подождешь, у меня нет больше ни бумаги, ни ручки. И потом ты мне больше нравишься с этим пятном на ляжке. Можно подумать, что ты кончаешь чернилами, как спрут. Оберни твои щупальца вокруг моей шеи, вокруг моих бедер, сожми и согрей мою голову в своем клюве. Ну же, я умер, люби мертвого, кто тебя осудит за это?
Солдат пятится к двери.
— Ладно, уходи, собирай свои вещи, ты переведен на шахты Аи-Саада.
— Господин генерал, не делайте этого. Если я погибну, моя невеста умрет.
— Дурак. Она упадет в объятья другого. В мире, в барах полно красивых, стройных, мускулистых парней. Один из них очарует, обнимет, соблазнит, поймет ее и сделает своей рабыней. Для него она будет торговать своим телом на улице; она стоит, дрожа, как сука, у стены уборной, между ее губами и губами парня пенится слюна, их языки соприкасаются, цепляются друг за друга…
Солдат выходит, бежит по вестибюлю, потом по галерее КП, крича: «Генерал сошел с ума!»
Стражники хватают солдата, но генерал, выйдя из кабинета, бросается на них с расстегнутой ширинкой, он трется отвердевшим членом об их брюки, о приклады их винтовок; полковник в пункте связи говорит по телефону, на столе радист комкает сообщения.
— Полковник, смотрите, что генерал…
— Сохраните это сообщение, я сам оповещу штаб.
Он слышит крики генерала, быстро выбегает на галерею, оттаскивает генерала от солдат, которые уже начали бить его:
— Оставьте его, эти приступы у него с детства. Я его знаю, это скоро пройдет.
Генерал, подбородок и грудь покрыты пеной, снова бросается на солдат, полковник застегивает ему ширинку:
— Пойдем, Костас, я отведу вас в вашу комнату…
Генерал молчит, широко раскрыв глаза; солдаты, в руки и плечи которых он вцепился, стоят неподвижно; с крыши галереи взлетает журавль, генерал видит его бледное отражение на солдатской каске, он вздрагивает, кладет ладонь себе на лоб, опирается на плечо полковника: