Фрося. Часть 5: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В общем, мой печальный рассказ подходит к концу.

Как выяснилось позже, она сломала позвоночник в нескольких местах, а главное один из шейных позвонков.

Моя Вика уже почти двадцать лет лежит парализованная.

Я не могу и не хочу её сдавать в дом инвалидов, поэтому я и нуждаюсь в дополнительных заработках, чтобы содержать возле неё сиделку, нанимать массажистов и физиотерапевтов, обеспечивать самым новейшим лекарством и лучшими продуктами питания.

А тут после прогулки на воздухе в инвалидной коляске, может по недосмотру сиделки, а скорее из-за ослабленного иммунитета, она сильно простудилась, и я вынужден был взять отпуск и ухаживать за ней самостоятельно, сейчас уже всё в порядке, и я смог приехать к тебе.

Фрося плакала навзрыд, уткнувшись лицом в подушку, но Олег её не успокаивал.

— Фросенька, если бы ты только знала, сколько слёз пролил я сам и сейчас, иногда сижу возле неё, а сердце кровью обливается, выйду в соседнюю комнату и рыдаю, готов биться головой о стену, ведь это я сгубил её жизнь.

— Олеженька, а она видит, слышит, разговаривает?

— В том-то и беда, что видит и слышит, но не шевелится и не разговаривает.

— Олежечек, пойдём прогуляемся, я сейчас ни за что не засну.

Спасибо тебе, что ты мне честно рассказал свою печальную историю, я не ищу тебе оправдания, но ведь такое могло случиться и без вашей ссоры.

— Могло, но случилось именно после неё.

Глава 46

Фрося с Олегом медленно шли по освещённой луной и звёздами просёлочной дороге в сторону пруда.

Там, усевшись на берегу, долго молчали, наконец, Фрося нарушила, звенящую в ночном воздухе, тишину:

— Олежка, твоя история не может оставить равнодушным никого, меня она буквально потрясла, сердце просто истекает болью и слезами при мысли об этой несчастной женщине.

Мне не за что тебя корить, даже то, что ты так долго скрывал от меня истинное положение вещей в твоей жизни, мне сейчас не кажется предосудительным.

Ты, не выглядишь в моих глазах коварным изменщиком своей жене и подлым обманщиком по отношению ко мне.

Не скрою, мне сегодня трудно принять тебя в свои объятия, потому что между нами витает образ твоей несчастной жены, но время затушует остроту восприятия твоего печального рассказа и всё у нас, возможно, наладится, но сейчас мне кажется, что уже не станет, и не может стать, таким, как было раньше.

Обещаю тебе, что не буду при наших встречах постоянно напоминать о прикованной к кровати Вике, но я хочу, не спорь только со мной, выяснить у тебя, есть ли возможность помочь ей облегчить участь и, если есть, ты обязан принять мою любую посильную моральную и материальную помощь.

Пойми, я хочу помочь не тебе, а Вике, а иначе нам с тобой придётся расстаться, ведь я не смогу с этим жить, глядя на тебя, потому что теперь рядом с нами всегда будет витать образ твоей несчастной жены.

Моя Анютка в Израиле уже учёный со всякими там степенями в области пересадки органов.

Я уверена, что она может выяснить у своих коллег профессоров, есть ли реальная возможность вылечить или хотя бы частично вернуть Вике подвижность.

Так вот, деньги на сиделку и прочий уход за ней я тебе не предлагаю, сам заработаешь, просто я окажу содействие, какое только получится, чтобы Вика смогла вернуться к более-менее нормальной жизни.

В следующий раз привезёшь мне историю её болезни, почтой в Израиль посылать не будем, это, наверное, и не возможно, но с собой я её обязательно возьму.

Я уверена, что ты тут возил Вику по разным специалистам и знахарям, что они говорят?

— Фросенька ты терзаешь мою душу, ведь я уже давно смирился с её положением, мне не хочется больше мучить и обнадёживать Вику напрасными надеждами, они её убивают быстрее, чем все вокруг самые страшные вирусы.

Куда я только её не возил, кому только не показывал, какие только процедуры ей не делали и всё зря.

— Олеженька, медицина ведь не стоит на месте, не будем сдаваться, тем более, оттого, что я попробую выяснить в Израиле о возможной помощи, она страдать не будет.

— Фросенька, все эти полтора месяца, что я не приезжал к тебе, я провёл возле её постели, когда она находилась между жизнью и смертью, мы много с ней разговаривали.