Воскресенье, 7-е. С юга тихий ветер, часто переходящий в штиль. В 6 часов вечера снялись с якоря при легком ветре от SSW, но он был недостаточно силен для того, чтобы мы могли идти против течения, поэтому вынуждены были остановиться на глубине 15 саженей. В 10 часов при ветре от SSO пошли снова на восток. В 11 часов на глубине 21 сажени стали на якорь. Западная оконечность острова Ваппинг [Грот-Тидунг] была на юге, в 3 милях от нас, а острова Дейзенд — на NtO1/2O, в 3–4 милях; течение все еще следует к западу [239].
Понедельник, 8-е. До 4 часов дня был штиль, затем от северо-востока подул слабый морской бриз. Снялись с якоря, легли на О, мимо острова Ваппинг и первого острова к востоку от него. Ветер стих, и течение несло нас между последним островом и вторым к востоку от Ваппинга. Вынуждены были отдать якорь на глубине 30 саженей близ гряды рифов, выступающей в море около одного из островов. В 2.30 ночи при южном ветре с суши снялись с якоря и прошли чисто от мели. Снова вынуждены были отдать якорь, дул слабый ветер переменного направления, была гроза. В 5 часов небо прояснилось, с юга подул легкий ветер, снова снялись с якоря, но, поскольку течение было противным, вскоре остановились на глубине 28 саженей недалеко от островка, не нанесенного на картах.
Остров Пуло-Паре [Пари] был на ONO, в 6–7 милях от нас. К борту подошла лодка, и два малайца, сидевшие в ней, за испанский доллар продали трех черепах весом в 147 фунтов. Некоторые наши люди полагали, что эта цена высока, но я придерживался иного мнения, ибо цены, которые назначали два голландца, побывавшие на борту, были еще выше. Одному из них мы заплатили доллар за черепаху весом всего лишь в 36 фунтов.
Вторник. 9-е. Вскоре после полудня при легком северо-восточном ветре снялись с якоря. До 5 часов шли к востоку, но не смогли обогнуть остров Пуло-Паре и остановились на глубине 30 саженей; берег этого острова протягивается с SO до SSW, в миле от нас. В 10 часов подул южный ветер с суши, снялись с якоря, в течение ночи шли на OSO. Глубина колебалась от 30 до 22 саженей и от 22 до 16 саженец. В 11 часов утра стали на якорь в ожидании ветра с моря. Остров Эдам [Дамар-Бесар] был на SWtW, в 6–7 милях от нас. В полдень, воспользовавшись бризом с моря от NNO, пошли к рейду Батавии.
Глава одиннадцатая. Пребывание в Батавии
Прием у генерал-губернатора. Ремонт корабля. Эпидемия обрушивается на мореплавателей. Описание Батавии
Среда, 10-е по нашему и 11-е по местному счету. В 4 часа дня отдали якорь на рейде Батавии [Джакарта], где встретили английское судно, принадлежавшее Ост-Индской компании [240], 2 английских корабля, 13 больших голландских судов и несколько маленьких суденышек. Как только якорь был отдан, я послал на берег лейтенанта Хикса уведомить губернатора о нашем прибытии и принести свои извинения в том, что не салютовали при входе. Мы могли стрелять только из трех орудий, а выстрелов из фальконетов на берегу не было бы слышно, поэтому я считал, что лучше вообще не салютовать.
Плотник подал мне рапорт о повреждениях на корабле, копию коего привожу ниже.
Незадолго до этого я советовался с плотником и офицерами относительно пробоины, все единодушно утверждали, что невозможно продолжать путешествие, не осмотрев днище корабля. Поэтому решил обратиться за разрешением вытащить корабль на берег и считал, что просьбу необходимо подать в письменном виде. Утром прошение, написанное для представления губернатору, было переведено на голландский язык.
Пятница, 12-е. В 5 часов дня я был представлен генерал-губернатору, встретившему меня очень любезно и заверившему в готовности пойти нам навстречу. Он сказал, что утром о моей просьбе будет доложено совету, и было бы желательно мое присутствие при этом. Около 9 часов вечера разразилась гроза с сильными раскатами грома. Молния ударила в грот-мачту корабля Ост-Индской компании и разбила ее; грот-стеньга и грот-брамстеньга были разбиты вдребезги. На топе брам-стеньги был металлический наконечник, он-то и притянул к себе молнию. Судно стояло в 2 кабельтовых от нас. Гроза разразилась над нами, и мы разделили бы участь потерпевшего катастрофу корабля, если бы не подняли незадолго до этого цепь для отвода молний или электричества. Однако удар был так силен, что потряс весь корпус судна. Этого случая достаточно, чтобы рекомендовать экипажам всех кораблей применять подобные цени, а голландцам следует предупредить своих моряков и убрать металлические наконечники с топа мачт.
Утром сошел на берег, чтобы присутствовать на заседании совета и просить губернатора и членов об удовлетворении нашей просьбы; мне ответили, что я буду иметь все необходимое.
Суббота, 13-е. Доставили на борт бочку араки и немного овощей для экипажа.
Воскресенье, 14-е. Рано утром в Голландию отходил корабль, с которым я отправил короткую записку секретарю Адмиралтейства мистеру Стефенсу, извещая его, что мы прибыли в Батавию. Затем я сошел на берег и нанес визит шабандеру [241], в ведении которого находился город и порт, и просил его дать указание принять наш корабль; шабандер ответил, что это можно сделать не раньше ближайшего вторника.
Получил свежее мясо и зелень для команды.
Понедельник, 15-е. Свежий бриз с моря и суши, ясная погода. Забыл упомянуть, что когда мы прибыли в Батавию, на борту не было больных, за исключением м-ра Хикса и Тупиа, которые жаловались на недомогание, возможно, из-за продолжительного пребывания на море.
Вторник. 16-е. Убедился после тщательных розысков, что здесь не найдется частного лица или группы лиц, которые могли бы ссудить мне сумму, необходимую для покрытия расходов по ремонту и перевооружению судна; даже если бы такие лица и были, они не решились бы предпринять какие-либо шаги без разрешения губернатора. Поэтому мне не оставалось иного выхода, как обратиться с просьбой к самому губернатору, я написал ему и совету. Утром шабандер получил указание снабдить меня нужной суммой из кассы Компании.
Среда, 17-е. Днем нанес визит коменданту Онруста [242], сообщив ему о приказе шабандера принять корабль. Но, по словам коменданта, этого приказа было недостаточно для предоставления нам всего необходимого и оказания помощи; мне пришлось вернуться к шабандеру; оказалось, что причина задержки объясняется неправильным переводом слова «heave down». Хотя обстоятельство само по себе было пустячным, однако оно вызвало отсрочку на несколько дней, ибо ничего нельзя было решить без совета, а заседание его должно было состояться не раньше пятницы.
Четверг, 18-е. Днем доставили на борт двух живых быков, 150 бочек араки, три бочки дегтя и одну смолы. На рассвете снялись с якоря и направились к Онрусту. В 9 часов стали на якорь на глубине 8 саженей у острова Купер, лежащего близ Онруста. На обоих островах есть верфи (warfes), и корабли разгружаются или здесь, или там, но на Онрусте есть все необходимое для кренгования судна. Когда был отдан якорь, я отправился на берег, чтобы переговорить с должностными лицами в доках (of the yard) и попросить их указать мне место, где бы мы могли начать выгрузку. Но наша просьба не могла быть удовлетворена без указания свыше.
Пятница, 19-е. Днем направил старшину к м-ру Хиксу, который поселился в Батавии по причине слабого здоровья. Я просил его немедленно навестить шабандера и получить необходимые указания относительно места кренгования корабля, причем просил все это сделать как можно скорее.
Суббота, 20-е. Разгружали корабль.
Воскресенье, 21-е. Днем в доки пришел приказ, разрешающий удовлетворить наши просьбы, но мы все-таки не смогли добраться до верфи и начать разгрузку, так как все места были заняты другими судами.
Понедельник, 22-е. Утром на острове Купер два корабля покинули верфи, когда мы готовились подойти к борту одного из них.
Вторник, 23-е. Днем пошли на разгрузку, а затем корабль надлежало передать должностным лицам на Онрусте, которые (как мне сообщили) поднимут его и отремонтируют силами своих людей, члены нашего экипажа должны были лишь наблюдать за работами.
Среда, 24-е. Разгружали корабль, складывая все припасы в предоставленный нам пакгауз. Днем отправился в город, чтобы передать с первым голландским кораблем, готовящимся к отплытию, пакет для Адмиралтейства, содержащий копии моего журнала, карту южных морей, Новой Зеландии и восточного побережья Новой Голландии.
Утром губернатор в сопровождении морского фискала [таможенного инспектора], членов совета и коммодора (каждый из них прибыл на своей шлюпке) посетил рейд и поднялся на борт одного из голландских кораблей, чтобы присвоить его капитану звание коммодора флотилии, готовой к выходу в Голландию. Корабли были построены в две колонны, так что губернатор проследовал между ними к судну вновь назначенного коммодора, которое стояло в самом конце. Когда губернатор проходил на шлюпке, с каждого корабля раздавалось по три возгласа «ура», и как только он ступил на борт, на грот-мачте поднят был голландский флаг. Старый коммодор приветствовал губернатора 21 залпом, спустив брейд-вымпел, который был снова поднят, как только губернатор покинул судно. Затем корабль нового коммодора салютовал губернатору 17 залпами и поднял простой вымпел. Звание коммодора большого флота, по словам голландцев, присваивается ежегодно.
Я прибыл на шлюпке, сопровождаемый м-ром Бенксом и д-ром Соландером, чтобы посмотреть на церемонию. Нам говорили, что это одно из самых впечатляющих зрелищ, какие только можно видеть в Батавии, и оно, возможно, компенсирует наши тревоги и заботы, в чем я, однако, далеко не уверен. Мне думается, что парад проводится неумело и флот плохо укомплектован личным составом. Флот состоит из 10 или 12 больших парусных судов, и не только эти корабли, но и все или почти все прочие имеют по 50 пушечных амбразур, но установлены только орудия верхнего ряда, так как артиллеристов не хватает для обслуживания даже половины имеющихся пушек.
Четверг, 25-е. Вечером отправил пакет для Адмиралтейства на борт корабля «Кроненбург» (капитан Фредерик Келгер, коммодор); этот корабль вместе с другими кораблями сразу же отошел к мысу, где он должен был ждать остальные суда флотилии.
Пятница, 26-е. Установили на берегу палатки для экипажа; наши люди начали болеть, как я полагаю, по причине исключительной жары.
Суббота, 28-е. Выгружали припасы, балласт и т. д.
Воскресенье, 28-е. Занимались тем же.
[239] Острое Ваппинг (Грот-Тидунг) — небольшой островок к северо-западу от Джакарты (Батавии) в группе островов Хорн. Острова Дейзенд (Тысяча островов) — группа мелких островков к северо-западу от Джакарты.
[240] Здесь имеется в виду не Голландская, а Британская Ост-Индская компания, основанная в 1600 г.; апогей ее мощи приходится на вторую половину XVIII в., когда она прочно утвердилась в Индии. Компания имела свой флот и свою армию.
[241] Шабандер (точнее, шахбандер) — титул персидского происхождения, буквально означает «владыка гавани». В Джакарте (Батавии) так назывался главный смотритель порта.
[242] Онруст (Пуло-Копал) — небольшой остров близ западного входа в бухту Джакарты. Здесь в XVIII в. находились мастерские Голландской Ост-Индской компании. Онруст был своеобразным государством в государстве и управлялся особым суперинтендантом, непосредственно подчиненным генерал-губернатору.