У нас ещё оставалось несколько книг «Практики вольных путешествий». Две книги были тут же зачитаны русскими обитателями ашрама, и мы вскоре получили: за первую — 50 рупий, за вторую, по бартеру, книгу духовного содержания.
Я совершил попытки продать в деревне ещё две вещи: путеводитель по
Тибету на английском языке и «автостоповский» рюкзак производства Алексея Ворова. (Я ездил с другим, большим рюкзаком, а Воровский рюкзачок возил внутри большого, на случай прогулок по городу и других нужд.)
Однако, два упомянутых лота в Индии оценивались очень дёшево, и я решил оставить их при себе.
Владимир Шарлаев, всю дорогу таскавший с собой примус «Огонёк», решил избавиться от него. Действительно, после Армении он нами ни разу не применялся. В Индии проще найти харчевню с плиткой и сварить на ней что угодно, чем кочегарить примус. Вовка вышел в деревню и устроил демонстрацию примуса. Все столпились вокруг. Мы не знали, как по-английски примус, и назвали его «Fire for tea» (огонь для чая). Кстати, в деревне вокруг ашрама многие понимают английский язык. Уже появились, было, покупатели, но неожиданно кончился бензин. Пока искали бензин, интерес индусов иссяк, но как только «огонь для чая» вновь появился, все продавцы и даже нищие, оставив свои рабочие места, собрались вокруг вновь. В результате Вовка нашёл покупателя, который согласился на предложенную цену (1000 рупий). Но этих денег у покупателя не было, и он просил подождать до завтра. Назавтра покупатель (он был продавцом каких-то статуэток) предложил бартер. В общем, сделка так и не состоялась, а второго апреля Владимир отдал примус новоприбывшим в ашрам русским путешественникам, о чём будет рассказано ниже.
Устройство и быт ашрама
Как выглядит сам ашрам? Пока я сказал лишь, что он обнесён бетонным забором. Кстати, не зря, иначе бы там негде было пройти от попрошаек и продавцов. Внутри — действительно, райская обстановка, этакий санаторий: чисто, ходят босиком, как правило, в чистых белых одеждах (грязность очень не приветствуется). Нам подарили несколько белых одежд, а обычно их можно приобрести на базаре за воротами ашрама.
На территории — несколько каменных (вернее, бетонных) зданий.
Две столовые: одна «индюшка» (с индийскими блюдами, очень дёшево, солоно и перечно), другая «европейская» (без перца, но дороже). Три раза в день там появляется еда, очень чисто и аккуратно, не сравнить с придорожными харчевнями. Есть умывальники и мыло. Несколько зданий-общежитий. Мужчины и женщины, не смешиваясь, живут на различных этажах. На каждом этаже — десятка два комнат, где спят на полу, применяя матрасы или спальники, человек по шесть в комнате. В окнах нет стёкол — только решётки от обезьян, на потлолке вентиляторы, разгоняющие мух и комаров. Несмотря на эти пропеллеры, многие паломники обзавелись пологом из сетки и на ночь прячутся в нём от комаров.
На каждом этаже — несколько душевых комнат (суперцивилизация!), которые мы занимали по два раза в день, стараясь намыться впрок. Третий этаж нашего здания, где мы жили, был ещё недостроен, и там, на этакой крыше, можно было загорать, чем занимался в основном Полковник.
В центре ашрама — большой навес, называемый Sai Ramesh Hall. Здесь и происходит центральное действо в ашраме. По утрам, часов в пять, ещё затемно, места перед навесом занимают первые проснувшиеся. Все сидят на бетоне, подложив под себя ноги или специальную сидушечку, и ждут. Рассаживаются ровными рядами, этих рядов не меньше двадцати, в каждом — человек пятьдесят или сто, и это только мужчины, а женщины, в схожем количестве, расскаживаются через проход, напротив, и тоже ждут. Наконец, начинает наполняться сам Hall. Многочисленные сотрудники ашрама («савандалы») регулируют народ, чтобы не было давки. Сначала рассаживаются (тоже на полу, рядами) студенты Университета Саи и прочие льготные категории граждан. Тем временем, по жребию, тот или иной ряд ожидающих проходит в Hall через детектор-металлоискатель. Все фотоаппараты и часы нужно сдавать заранее в специальную камеру хранения. Прошедшие в Hall рассаживаются новыми рядами, выбирая места поудобнее и поближе. Пока последняя колонна пройдёт через металлоискатель, наступает уже восьмой час утра. Все (это около двух тысяч человек) сидят под навесом и ждут, сидя на полу, лицом к большому креслу Бабы, которое пока пустует. Те, кому сегодня не повезло попасть внутрь, рассаживаются снаружи.
Вот приходит время даршана (так называется эта утренняя процедура), и все начинают петь «Ом». Вскоре появляется Баба. Святой уже пожилой человек, ему более семидесяти лет, а своё служение он начал в тринадцатилетнем возрасте. Одетый в длинный красный халат, Баба медленно ходит между рядами, то по мужской, то по женской половине, собирает письма, благословляет, материализует священный пепел «вихбути», а некоторых приглашает на интервью, которое происходит после даршана. После этого хождения Баба обыкновенно уходит обратно к себе (даршан длится около получаса), и все, спев некие мантры, могут заняться своими делами.
Нам рассказали такую историю про всеведение Бабы. Сидят в ашраме русские и один немец. Мимо идёт Баба, повернувшись к немцу, говорит: «Yes-s-s,» — и идёт дальше. Немец начинает смеяться. В чём дело? — спрашивают его. Оказывается, когда Баба в своём красно-оранжевом халате шёл мимо, немец подумал про себя: интересно, носит он трусы под этим халатом или нет?
Вечером всем желающим предоставляется возможность вновь увидеть Бабу.
Народ вновь долго усаживается в Hall, появляется Баба, садится на своё кресло и все поют баджаны (молитвенные песни) в течение примерно получаса, после чего Баба возвращается к себе, а паломники выстраиваются в очередь на ужин.
Всего у Бабы три ашрама, и он переезжает из одного в другой в зависимости от времени года. Путтапарти, основной ашрам, в деревушке, где он родился, вмещает очень много тысяч людей и находится в 100 км к северу от Бангалора. Порой на различные религиозные праздники, в Путтапарти приезжает много десятков тысяч и сотен тысяч людей (а на 70-летие Бабы было более миллиона).
Там Баба пребывает зимой. Весной, когда там становится невыносимо жарко, он и самые активные паломники переезжают сюда, в Уайтфилд (здесь уже меньше людей, всего несколько тысяч), а на лето (с начала апреля) перемещается в горы, в Кодаканал, куда отправляется совсем немного людей.
Описанные простые процедуры (утренний даршан, интервью для счастливчиков, вечерние баджаны) проходят только в том ашраме, где находится сам Баба. Из года в год поток паломников не иссякает, и, вероятно, почти все получают просимое: кто — решение каких-то жизненных проблем, кто излечение от болезней, и т. д..
За Бабой замечены, передаются из уст в уста, зафиксированы и описаны в книгах различные чудеса, из которых можно назвать: воскрешение мёртвых, превращение воды в бензин, умножение продуктов, одновременное появление в двух или более местах, чтение мыслей и помощь всем обращающимся к нему мысленно даже в мелких бытовых проблемах. (Включая даже такое: в квартире потерялся какой-то предмет; после долгих безуспешных поисков человек обращается к Бабе: о, Саи Баба, помоги мне найти этот предмет! — и он тут же оказывается на самом видном месте.)
Что же до учения Бабы, оно изложено в его книгах, и я не буду переписывать их. Отмечу лишь основное, чему он учит: есть только одна религия, религия любви, и все основные мировые учения (индуизм, христианство, буддизм, мусульманство и зороастризм) имеют одну сущность; но наиболее полно, по мнению Бабы, эта единая сущность отражена в древних индуистских книгах, Ведах и Упанишадах. Впрочем, никого не требуют менять свои религиозные взгляды. Христиане и индуисты, кришнаиты и сикхи мирно соседствуют в ашраме, не скрывая свою сущность. В своей воскресной проповеди, прочитанной на языке телугу и переводимой на английский, Баба призывал нас к деятельной любви, напоминая всем, что вера каждого должна подкрепляться делами.
Сам Баба считается Аватаром, то есть божественным воплощением, типа Кришны или Рамы. Первый раз он воплотился на земле в прошлом веке, в виде мусульманского святого Саи Бабы из Ширди (умершего в 1918 году), очень популярного в Индии человека, изображаемого повсюду; интересно, что тот Саи Баба тоже материализовывал священный пепел (вихбути). Баба утвержает, что проживёт в этой форме более 90 лет, а через восемь лет после смерти воплотится на земле в третий раз.
Кстати, в деревне, находящейся рядом с ашрамом, в семье любящих Бабу пожилых бедняков, в их одноэтажном домике, висели портреты Христа, Сатья Саи Бабы, Саи Бабы из Ширди и ещё какой-то четвёртый. Как-то раз портреты начали источать священный пепел-вихбути (индийский вариант мироточивых икон). Вскоре все портреты (они, кстати, довольно большие) покрылись толстым слоем этого серого пепла, как цементом. Мы с Русланом пришли в этот скромный домик. Хозяин разрешил нам посмотреть портреты, и мы, действительно, уидели четыре рамы, покрытые серым веществом. Хозяин, пожилой индус (получивший от нас предварительно подарок — арбуз) помазал нас оным пеплом. А вот сам процесс порождения пепла мы не засекли, потому что портреты уже были полностью покрыты им.
Интересен взгляд бабистов на Христа. Его они тоже считают Аватаром, и полагают, что Христос в юности бывал в Индии, в Тибете и других местах. Полагают, что Христос не умер на кресте, а немного подлечившись, восстановился и вернулся в Индию, где и жил до старости. Некоторые склонны рассматривать Бабу как второе пришествие Христа. Поскольку в данный момент в мире, вероятно, уже несколько десятков человек почитаются за Христов, я должен предупредить читателя, чтобы он был осторожен и решал сам для себя, кем на самом деле является Сатья Саи. Я же для себя решил, что Баба однозначно относится к светлым силам, а не к тёмным.
«А почему Баба не накормит всех голодных, не вылечит всех больных и не превратит мир в рай?» — спрашивают многие. На это Баба отвечает, что хотя он и может это сделать, но если сами люди при этом не изменятся, они быстро вернут мир в сегодняшнее, не самое лучшее состояние. Изменение мира надо начинать с человеческой души, а когда люди научатся по-настоящему любить друг друга, к этому уже приложится всё остальное.
Письмо четырнадцатое и последнее.
Индия, Дели, 7.04.98
* * *
Индия, Нойда, 12.04.98
В ожидании обратных виз
Удешевление пакистанской визы ровно в четыре раза мы приписали чудотворному воздействию Саи Бабы, которого мысленно просили (немного стесняясь) улучшить наше финансовое положение. Всё выстроилось в один ряд — продажа электробритвы, варежек, фотоаппарата ФЭД, нескольких экземпляров «Практики вольных путешествий» (русским в ашраме), и вот теперь — явный «непорядок» с пакистанской визой. Мы долго не верили своему счастью и всё воскресенье волновались: заметят — не заметят? В понедельник мы получили-таки ожидаемые визы. Доплачивать не пришлось! Мы ещё раз мимоходом заглянули в прайс-лист. Там по-прежнему стояло: Russian Federation — 2200 Rs.