- Он мне не муж!
- Не гони! - у неё вытянулось лицо. - Сразу видно, что вы хорошо друг друга знаете.
- Знаем. Знали, - поправилась я, стягивая с лежака полотенце. - Он мой босс. Слава богу, бывший.
Прищурившись, Лорейн посмотрела на море – туда, где, надеюсь, Дэвида Рассела доедали акулы.
- Босс или кто-то там ещё – неважно! - усмехнулась она. - Не думаю, что он согласен с определением «бывший». Во всяком случае, настроен он довольно решительно. У тебя ровно десять секунд, чтобы убраться отсюда - он приближается. М-мм, какой красавчик! - мечтательно протянула она. - Могу задержать его минут на пять. Если ты не против, конечно.
- Сделай милость!
С этими словами я схватила свои шлёпанцы и побежала в сторону главного здания. Из него вели несколько выходов, и если Лорейн удастся хотя бы на несколько минут задержать Дэвида, у меня есть шанс незаметно добраться до моего домика и укрыться в нём. Очень надеюсь, что ему неизвестно, в каком именно из тридцати семи коттеджей острова я обитаю. Пусть хоть носом землю роет. А если дороет и будет докучать – позвоню в администрацию: пусть вызывают полицию.
Мой план сработал. Петляя среди пальм и уютных двориков – пустых, и с отдыхающими возле бассейнов обитателями – я благополучно добралась до своего дома. Из груди вырвался вздох облегчения, когда, проведя карточкой по электронному замку, я услышала характерный щелчок: сейчас, сейчас я буду в безопасности!
Но, отворив дверь, я замерла на пороге, узрев перед собой чужую, оставленную кем-то прямо у входа сумку: красно-коричневую, выполненную из плотного полиэстера с кожаными вставками. Явно дорогую. И до категоричности мужскую.
Что ещё за фокусы!
Не отводя от неё глаз, я обошла сумку по широкой дуге. Так обходят, боясь потревожить, лежащую посреди дороги кобру. Я была загипнотизированным ею кроликом, который, правда, пока лапками шевелил. Как она попала сюда? Кто мог зайти в запертый дом, да ещё и оставить здесь свои вещи?! Лишь оказавшись по ту сторону двери в гостиной, несчастный кролик понял, что дверь-то в норку он так и не закрыл. Окончательным провалом операции по спасению кролика стала материализация на пороге тот, от кого, собственно, он и бежал – предполагаемого хозяина кобры.
Лорейн с задачей не справилась.
С Дэвида ещё капала вода. Рубашку он так и не снял, и ранее белоснежный хлопок невыразительно серел на его загорелом теле. Белые брюки облепили стройные мускулистые ноги, довольно неприлично топорщась на том месте, куда я старательно пыталась не смотреть.
Он был бос и ужасно, ужасно сердит.
- Это твоё? - ткнула я пальцем в сумку.
Бросив на меня испепеляющий взгляд, Дэвид вошёл дом и закрыл за собой дверь. Хорошо так закрыл. Даже стёкла зазвенели.
Сбитая с толку и его появлением, и этой дурацкой сумкой, я наблюдала, как, подняв её с пола, он прошёл мимо меня и скрылся в спальне.
Я зажмурилась и потрясла головой. Неужели, мне это не привиделось?
Осторожно, и снова на цыпочках, я пошла вслед за Дэвидом и с опаской заглянула в спальню. Комната оказалась пуста. Раскрытая сумка стояла на моей кровати, а из ванной раздавался характерный звук льющейся воды.
Этот наглец принимал душ в моём номере!
Поражённая абсурдностью ситуации, я опустилась на кровать и уставилась на дверь ванной. Несколько минут я просидела так, даже не мигая. Ни единой мысли не было в голове. Вопросов же там роилась целая стая. Или рой. Разве рой может роиться? А если не роится, то что он тогда делает?
Я взвилась на кровати: совсем из ума выжила, дура несчастная! Человек всеми способами вытер об меня ноги: сначала морально, потом фигурально, а теперь ещё и буквально – притопив, как нашкодившего щенка! А я сижу и вопросы формулирую!
- Ну уж нет!
Я сдёрнула с кровати его по-хозяйски развалившуюся сумку и побежала в гостиную. Там, открыв входную дверь, я со всего размаха запустила ею в воздух.
- Полегчало?
Подпрыгнув от неожиданности, я крутанулась вокруг своей оси…
… и мгновенно лишилась дара речи.
Каким бы негодяем и наглецом ни был стоящий передо мной полуобнажённый мужчина, но этот негодяй и наглец был чертовски привлекателен. Я по достоинству оценила и подтянутую фигуру, и рельефность мышц груди, и совершенно неожиданно обнаруженный крепкий пресс, и небольшое количество растительности на груди, которая снова появлялась над поясом его низко сидящих светло-голубых джинсов. Почему-то больше всего меня впечатлили руки – настоящие мужские руки от локтей покрытые тёмными волосками. Сильные, крепкие, вылепленные со скульптурной точностью. Я вдруг вспомнила, как несколько ночей назад эти руки обнимали меня, и моментально залилась краской.
- Это хорошо, что тебе стыдно, но я хотел бы получить назад свои вещи.
Он всё ещё злился, но кризис, похоже, миновал. Рот его был упрямо сжат, серые глаза всё ещё «штормили», но уже не так яростно. Блестевшие на обнажённой груди капельки воды сбивали меня с толку. Почему-то сейчас они оказались мне очень трогательными, добавляющие ему мягкости – что вовсе было необязательно. Да и вообще… раздражало.