Сода-солнце. Повести: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А Шекспир остается один в пустом театре, где нет освещения, где нет крыши над головой. Где распахнутая дверь ведет прямо в туман.

Все разошлись из театра, утихли слезы и шутки, и Шекспир сел на пол, свесив ноги с галереи. Он остался один, серьезный и измученный, вперив в пространство всепонимающие вежливые глаза.

Он обхватил рукой балясину галереи и прислонился к ней щекой.

Он тихонько запел. Эту песню он придумал для шута, но пел ее сам, потому что он не мог понять, как ему быть дальше в этом театре с небом вместо крыши, где умом считалось недоброжелательство, а страстью самолюбие. Плохи были его дела. Но тут уж ничего не поделаешь.

И потом он заснул один в пустом театре, прикорнув на галерее, потому что домой ему было идти ну совершенно незачем.

пели двери «Глобуса», болтающиеся от ветра.

И когда туманным февральским утром Шекспир подошел к лондонскому рынку, он услыхал далекий стук барабана, который раздавался в тишине.

Вдали на рыночной площади стояла небольшая группа хорошо одетых дворян.

Один из них бил в барабан, другой размахивал руками и что-то кричал, потрясая шпагой. Но они были далеко, и слов не было слышно. Остальные держались за шпаги и переминались на месте.

Потом они быстро пошли через пустеющий рынок мимо лавок ремесленников и торговцев, на которых быстро закрывали ставни.

Когда группа приблизилась настолько, что можно было разглядеть лица, Шекспир услыхал, как идущий впереди рыжебородый Эссекс кричал, потрясая шпагой:

- Идемте ко двору и опрокинем власть тирании…

Но никто не присоединился к ним.

И так они шли по безмолвной улице, и граф Ретланд, идущий впереди всех без шляпы, с обнаженной шпагой в руке, начал задыхаться… Он расстегнул ворот, и стала видна белоснежная рубаха.

И улица пустела перед ними, и у идущих были отчаянные глаза. Ретланд встретился взглядом с Шекспиром и прошел мимо… Но тут уж ничего не поделаешь.

И вот уже промчалась конница по улицам Лондона вслед жалкой кучке дворян, пошедших против королевы.

…Быстро, в полторы недели, провели следствие над Эссексом.

- Признаете ли вы, что имели цель убить королеву? - гремит голос в огромном зале.

- Нет! - гулко откликается другой голос.

- Признаете ли вы себя виновным в целом?

- Нет! - и эхо отскакивает от потолков.

- Собираетесь ли вы ходатайствовать о помиловании?

- Нет!

- Увести.

И люди уводят графа Эссекса…Толпы народа стоят вокруг Тауэра, и площадь эта как чаша. Чаша для крови. Колокольный звон.

В толпе стоит Шекспир и тоже смотрит на каменные, в сосульках, стены. Но под его взором угрюмые стены теряют плотность, и он видит, как по крепостному двору ландскнехты провели человека к плахе.

Эссекс встал на помост и оглянулся, и его рубаха белеет на черно-лиловых камнях внутреннего двора. Эссекс посмотрел в сторону Шекспира.

- Получилось глупо, вы были правы, Вилли, - сказал Эссекс. - Но тут уж ничего не поделаешь.

- Прощайте, Эссекс, - сказал Шекспир.