Тёмная потерна (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— О чём я и говорю — вариантов тьма, гм, будь она неладна. В общем, дело такое, Константин Александрович, скажу откровенно, как погранец погранцу — вариантов у тебя не так много. Гражданская специальность…, — он снова кинул взгляд в папку.

— Биолог-охотовед, — грустно усмехнулся я.

Грустно, потому что не проработал ни дня по специальности. Так вышло, что юношеская мечта связать свою жизнь с лесом именно в таком вот варианте, к третьему курсу, тогда ещё Санкт-Петербургской лесотехнической академии, стала тускнеть и блёкнуть, и диплом я получил из чистого упрямства. К этому моменту государство, при котором я поступал, перестало существовать, сменились приоритеты, в общем, есть лишь диплом. Которого тоже нет. При себе, в смысле.

— Ага, — НКВДшник моей грусти не уловил, — ну что, вас могут принять в научный отдел даже. При конторе, в смысле, но… Правила у нас такие — сейчас вы, можно сказать, никто. Скажу больше, всех прибывающих мы проверяем прежде всего по нашему профилю. Ну, понимаете, я надеюсь.

Откровенно говоря, понимал я немного, но раз «по профилю», то, наверное, подозревают не шпион ли. Или враг народа?

— Республика у нас молодая, есть, скажем так, напряжённые отношения кое с кем из соседей, есть недовольные порядком и вообще тем, что тут власть, наконец, установилась. Так что, сами понимаете. Но у вас внешность уж больно приметная, а контрразведка у нас не дремлет.

Эту фразу майор Виноградов произнёс таким тоном, будто хотел убедить в этом прежде всего самого себя.

— Но всё равно, имейте в виду, за вами присматривают, так что если что-то есть, то лучше сказать об этом прямо.

— Что есть? — не понял я снова.

— Ну-у, — закатил глаза майор, — знаете, можно же работать и на другую сторону, и даже очень неплохо при этом зарабатывать.

— В смысле? — я надеялся, что весьма натурально изобразил непонимание, хотя догадался, что меня сейчас тупо пытаются перевербовать, видимо, всё же подозревая во мне шпиона.

— Ну, опустим, — закрыл тему гэбист.

И, в подтверждение этого, затушил окурок в тяжёлой, видимо латунной, пепельнице.

— В общем, правила у нас такие. Всем прибывающим мы даём возможность стать гражданами нашего государства. Разумеется, это произойдёт не сразу, вам нужно будет, гм, делом, трудом и своим, так сказать, поведением, доказать, что вы достойны влиться в наши ряды. Поэтому сдать экзамен и получить паспорт гражданина ВНР вы сможете не ранее, чем через год. Конечно, за это время вас не бросят на произвол судьбы, будете работать, жильё предоставят, медицинскую страховку. А уж потом…

— Э-э, работать кем? И где? — рискнул я перебить разглагольствования НКВДшника.

— Ну, работы, на самом деле много, нужны специалисты, разные, самые разные, но… Спецы, понимаешь? Профи!

Странная у него, всё же, манера переходить без всякой системы с «ты» на «вы» и обратно. И ещё я понял, что я, выходит, не профи.

— Для армии или органов ты, не в обиду, староват уже, хотя есть и исключения. Инвалидность, опять же у тебя.

Ну, инвалидность моя мне лично не особо и мешала, конечно, авиадиспетчером меня не возьмут, это точно, но… Как там поговорка? В мире слепых и одноглазый король.

— В общем, отправим тебя в столицу, — сообщил гэбист. — Нам и тут, конечно, рабочие нужны, но есть план. И его надо выполнять.

Спустя час расспросов, я получил более-менее сносное представление о том месте, куда меня занесло. Или где я до сих пор продолжал пребывать ментально, будучи в бессознательном состоянии. От этой идеи я, пока, не отказался полностью. Хотя некоторые вещи были слишком уж нетипичны для кошмаров и галлюцинаций. Например голод, жажда, запахи и детали. Наши видения не бывают столь реалистичны, хотя… Я провалился в некое место, 1948 год, как я упоминал, причём тут война недавно закончилась. Местные, то есть, кто тут жил раньше, куда-то исчезли и никто не знает куда. Так что этот, скажем так, мир, населён только такими же бедолагами, как я.

Республика, Вышинская Народная Республика, образовалась десять лет назад на месте Вышинского края, территориального образования, оставшегося ещё от прошлой жизни. Людей здесь откровенно мало, тысяч сто, наверное, на всю республику, однако все атрибуты государства имеются — президент, парламент, армия, милиция, кабинет министров. В общем, одно из «Пэ» — Порядок. Логично предположить, что раньше тут порядка не было, и предположение это будет верным. Президент Орлов с верными сторонниками, Партией Закона и Демократии, сумел взять правление в свои руки и с тех пор страна (а это территориальное образование считает себя страной) неуклонно движется по пути развития и процветания. Предметом особой гордости вышинцев является тот факт, что это первое государство в этом мире после Момента Разделения. Этим термином обозначают некий необъяснимый и загадочный процесс, в результате которого Те люди исчезли, а Эти начали проваливаться сюда.

Ещё большей неправдоподобности происходящему добавляет наличие такого явления как Тьма. Судя по описанию, это буквально стена из темноты, темноты полной, абсолютной и однозначно враждебной людям. Тьма, как и положено Тьме, порождает чудовищ. Что они такое, толком тоже не известно, однако наши (читай Вышинские) учёные относят их к разновидностям мутафауны. В основном по причине некоего сходства с другими представителями животного мира — обезьянами, собаками, даже львами. И хотя о биологии этих существ почти ничего не известно, их можно убить вполне обычными пулями. Или даже ржавой железякой, как это сделал я. И никакой святой воды, серебряных пуль, осиновых кольев и экстракта чеснока.

При этом существует чётко выраженный антагонизм Тьмы и Света. Буквальный, так сказать. Если вас хотя бы поцарапает или укусит Тварь, то вы заразитесь Тьмой. Повреждённые место будет чернеть, и вскоре чернота распространится на всё тело. Тогда привет, вы переходите на Тёмную сторону и становитесь адаптантом. От слова «адаптировался». То есть, можете жить у самой границы Тьмы, и даже уходить во Тьму. Проблема в том, что вас в этом случае обязательно попытаются убить те, кто остался на стороне Света. С ними, в смысле с адаптантами тут идёт война без всяких правил и конвенций, в буквальном смысле на истребление. Они отвечают тем же, причём делают это всякими мерзкими и жуткими способами. Да, очень важно, лечение от укусов Тварей очень простое — свет. Не Свет, а свет, самые обычные потоки фотонов, и чем ярче, тем лучше. Даже термин есть — светотерапия. Повреждённое место облучают несколько часов, иногда суток и всё, человек выздоравливает.

Ещё одним вывертом местного варианта действительности является отсутствие детей. От слова совсем. Дети, то есть, я так понял, лет до 14, сюда не попадают вообще, но и тех, что с 14 до 16 очень мало. И тут они не рождаются. Такая вот засада. Но, видимо чтобы мы тут не вымерли, ответственный за этот бардак даровал всем жизнь вечную. Точнее, не совсем вечную, но коэффициент 1:10. И то очень условный. В какой-то момент, особенно когда речь зашла об этой «вечной» жизни я снова перестал верить майору Виноградову, но сведений о новом мире поступало всё больше и больше, и поверить в то, что человек всё это выдумал, было ещё сложнее.

За чаем, которым меня соизволил угостить гэбист, мы снова перескочили на жизнь Там. Чай, кстати, был откровенно дрянной — чёрный, отдающий веником и плесенью.

— Что? — усмехнулся тот, видя мою скривившуюся физиономию. — Не Скиттон?

— А? — не понял я.

— Ну, у нас был такой чай, самый популярный, наверное, Скиттон.

— А, у нас Липтон! — догадался я.