Она выкатила на него глаза.
— Нет, ты что! Смотря какой человек.
— Как долго ты их тушишь?
Аналогичный жест.
— Пока не сготовятся.
— Ладно, сколько нужно крошеного хлеба?
— Столько, чтоб приняли баклажаны.
— Ливия, — сказал Джеймс, потеряв терпение, — как же ты собираешься научить меня готовить, если не желаешь говорить, сколько чего надо?
— Но я понятия не имею, сколько надо!
— Ведь должна же ты хотя бы иногда что-то взвешивать?
— Мне это как-то ни к чему, да и у матери весов не было.
Джеймс попробовал зайти с другой стороны:
— Предположим, кто-то дает тебе какой-то рецепт, разве тебе не придется в точности делать так, как там написано?
Ливия презрительно рассмеялась:
— Если кто-то готов выдать готовый рецепт, значит это какая-нибудь халтура!
В одном из многочисленных книжных магазинчиков на Виа Маддалони Джеймс раздобыл старую кулинарную книгу и принес показать Ливии.
— Вот смотри! — победоносно сказал он. — Рецепты. Самые настоящие.
Ливия с сосредоточенным видом полистала книгу и припечатала:
— Полная чушь.
— Откуда ты знаешь, ты ведь даже не попробовала?
— И по количеству не то. А иногда и не в том порядке готовится.
— Да откуда тебе знать, если ты мне не можешь сказать, сколько чего нужно?
Она пожала плечами.
— Я просто готовлю, и все.
Джеймс вздохнул.
— Вот что, — сказал он, — в следующий раз, когда будешь стряпать, взвешивай, пожалуйста, на весах, сколько чего кладешь, и записывай все, как делается в этой книге. Ладно? Тогда я смогу в точности за тобой повторять.
— Ну, если так надо…
После того, как Ливия приготовила melanzane farcite, он обнаружил запись на обороте армейского информационного бюллетеня. Бумага была сплошь заляпана маслом и луком и содержала следующее:
— Что это? — спросил Джеймс.
Она сделала удивленные глаза: