Советы по домоводству для наемного убийцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вы не хотите им написать? — спрашивает меня миссис Торчер.

Вот уж нет…

— Может быть.

— Разумеется, вы не должны говорить всю правду. Скажите, что вы знали отца Френдли как проповедника, что до вас дошел слух о его смерти… и что вам жаль.

Пауза. Мы встречаемся взглядами. Я и Мать Земля.

— Если вам жаль, — добавляет она.

— Да, конечно жаль.

— Это хорошо. Вы исправляетесь.

А теперь десерт. Она гладит мою щеку своей большой белой ладонью. Своими сильными нежными пальцами. Если бы это происходило в кино, я бы тут же облапил ее руками Тома Круза и мы набросились бы друг на друга, как двое путешественников на грейпфрут после недельного блуждания по пустыне, а потом я сорвал бы с нее одежду, и в следующем кадре мы бы уже занимались любовью по-библейски на моей ветхозаветной кровати. Фильм назывался бы „Троица“, такой любовный треугольник: грешник, священник и его жена.

— Мне кажется, вам было бы полезно написать им.

— О'кей. Я подумаю.

Собственно, мне следует написать еще шестидесяти шести вдовам. Одно стандартное покаянное письмо.

В письме я последний раз употреблю отцовскую фамилию. Я решил ее похоронить. В общем, моя попытка суицида не совсем провалилась.

Мое новое „я“ рождается на свет с новым именем. За каждого убитого священника — по одному имени при крещении.

— Доброе утро, мистер Олавссон! — Неожиданно появившийся в дверях Гудмундур улыбается так, что вот-вот зубы вывалятся изо рта. Заканчивается вторая неделя моего подпольного существования. Он вручает мне новенький исландский паспорт с моей фоткой и идентификационным номером, по-здешнему kennitala. Я возродился под именем Томаса Лейвура Олавссона. Друзья-проповедники, наблюдая за тем, как я читаю паспорт, начинают хохотать и не могут остановиться. Уж не знаю почему, но они находят эту ситуацию жутко смешной.

— Томас Лейвур Олавссон! Поздравляем! Ты теперь исландец! Срочно учи язык! — почти орет Гудмундур.

Я придирчиво изучаю паспорт. Сработано безукоризненно. Даже лучше, чем Игорев ай-ди китайского производства.

— Как вы это… Где вы это раздобыли? — спрашиваю.

— Сделано в Исландии! Ручная работа!

Гудмундур светится от радости, его распирает гордость: это я раздобыл такую замечательную ксиву!

— У меня есть дружок в полиции, — подмигивает он мне с дурацкой ухмылочкой. — И еще один в политической партии.

Обхохочешься. Что может быть смешнее, чем праведники, занимающиеся подпольным бизнесом!

Следующий взрыв смеха вызывают мои попытки произнести мое новое двойное имя. „Томас-лей-в-юр… Том-в-осле-фырр…“ Заставив меня повторить это раз десять, они окропляют мою забубённую голову водой из-под крана, которую Торчер освящает крестом и благосклонной улыбкой. В общем, ребята развлекаются на всю катушку.

— На самом деле тебя должны были назвать Томас Лейвур Богасон, — объясняет мне Торчер. — Буквальный перевод с хорватского. У нас давно существует традиция: иммигрант должен взять исландское имя, которое является калькой либо вариантом его прежнего. Но зачем нам рисковать, правильно? Олавссон означает „сын Олава“, а так зовут нашего президента.

В этой стране нет фамилий в чистом виде. Исландцы по сей день сохраняют традицию викингов, производя фамилию детей от имени отца. Если у меня родится мальчик, то он будет гордо носить крутую и легко запоминающуюся фамилию Томассон, а если родится девочка, то она будет Томасдоттир.

Я умоляю святых отцов дать мне что-нибудь попроще, и после некоторых раздумий они выпускают меня в мир как Томми Олавса.

Глава 24. Отель „Ударный труд“

В дополнение к нелегальному паспорту я получаю нелегальное жилье рядом с церковью Торчера. На первом этаже этого недавно построенного здания располагается роскошный мебельный салон, а на втором ютятся совсем не роскошные рабочие-иммигранты.

Я попадаю в исландское подполье. Я и мои святые друзья словно поменялись ролями. У дружка Гудмундура из политической партии, носатого типа без шеи по имени Гуд-Ни[53] (никакого отношения к Раненому Колену[54]), вид типичного мафиози. В чем это проявляется, неискушенному читателю так с ходу не объяснишь, но рыбак рыбака узнает издалека. Эти глаза повидали многое в жизни и кое-что в смерти.

Этот пухлощекий всклокоченный тип лет пятидесяти в синей ветровке — поначалу она кажется слишком для него большой, однако при ближайшем рассмотрении это он оказывается слишком толстым — вылезает из черного побитого джипа и быстрой побежкой направляется к парадному подъезду. Из карманов, набитых ключами (и оружием?), он достает добрый десяток и только с третьего раза подбирает правильный.

[53] Good Knee — Здоровое Колено (англ.).

[54] Ручей Раненое Колено — местечко в Южной Дакоте, где 29 декабря 1890 года состоялась резня, в результате которой американские экспедиционные войска убили около трехсот индейцев племени сиу.