История Германии. Том 2. От создания Германской империи до начала XXI века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Итоги выборов 1953 г. дали Аденауэру шанс, расширив прежнюю коалицию за счет включения СЛРП, получить большинство в две трети депутатских мест, нужное для изменения Основного закона и принятия решения о перевооружении. И хотя два руководителя СЛРП имели национал-социалистическое прошлое — председатель партии Вальдемар Крафт (1898-1977), бывший член СС, и Теодор Оберлендер (1905-1998), участник гитлеровского «пивного путча» 1923 г., — Аденауэр перешагнул через свои убеждения и ввел их в состав кабинета. Таким образом он хотел получить дополнительную поддержку своей политики.

СЛРП играл в начале 1950-х гг. важную роль, опираясь на Союз изгнанных немцев и Союз землячеств. Количественно и политически самыми значимыми были землячества немцев из Судет (в 1955 г. около 340 тыс.), Силезии (318 тыс.) и Восточной Пруссии (130 тыс.). В 1957 г. эти организации объединились в «Союз изгнанных — Объединенные землячества и земельные организации», который, по данным организаторов, насчитывал более 2 млн членов. Но они представляли интересы гораздо большего круга граждан: по закону статус изгнанного передавался по наследству. Поэтому число изгнанных в 1970 г. составило 8,9 млн, из них 2,6 млн человек были моложе 20 лет.

Проблема изгнанных была тесно связана с проблемой «бывших», то есть с общественной оценкой итогов Второй мировой войны и эпохи Третьего рейха. Отношение западных немцев к недавнему прошлому было двойственным. С одной стороны, осуждались Гитлер и его диктатура, с другой стороны, преобладало мнение, что виновны в преступлениях только руководители НСДАП и СС. В 1949 г. и 1954 г. бундестаг подавляющим большинством голосов объявлял амнистию рядовым членам НСДАП. Промышленники и дипломаты, которые были осуждены как военные преступники и отбывали наказание в тюрьмах, вызывали сочувствие в широких слоях общества. В 1952-1953 гг. были выпущены на свободу генералы А. Кессельринг, Э. фон Макензен и Э. фон Манштейн, которых Аденауэр даже принял в резиденции канцлера.

Самые громкие призывы почтить «память немецких солдат» и реабилитировать бывших национал-социалистов исходили от СЛРП, Немецкой партии и СвДП. О голосах «бывших» заботились и социал-демократы. Руководители СДПГ призывали чтить память немецких солдат и противопоставляли «чистый вермахт» «преступным СС». Преступными признавались в общественном мнении только «черные» СС, но не СС, которые сражались на фронте. 45 % респондентов, опрошенных в 1951 г., считали лучшим временем для Германии годы рейха до 1914 г., 42 % — 1933-1939 гг. и только 2 % — ФРГ. Хорошее мнение о Гитлере имели почти четверть опрошенных.

В подобной атмосфере и состоялось скандальное назначение в 1953 г. на пост статс-секретаря ведомства канцлера Ханса Глобке (1898-1973), бывшего сотрудника министерства внутренних дел нацистской Германии, который дал официальный комментарий к нюрнбергским «расовым законам». Несмотря на многочисленные протесты, на то, что суд ГДР приговорил его к пожизненному заключению, Глобке оставался в правительстве до конца правления Аденауэра.

Становление внешней политики ФРГ

Период с 1949 по 1955 г. можно охарактеризовать как время становления внешней политики ФРГ и обретения ею формального внешнеполитического суверенитета. Согласно Оккупационному статуту, внешняя политика была изъята из компетенции федерального правительства (в нем отсутствовало министерство иностранных дел) и поставлена под контроль держав-победительниц. Аденауэр поставил перед собой задачу преодолеть международную изоляцию страны и добиться равноправия в отношениях с другими государствами.

Внешнеполитическую концепцию Аденауэра сформировал печальный опыт германской истории. Первый федеральный канцлер пережил за свою долгую жизнь крушение внешней политики кайзеровской империи, Веймарской республики, Третьего рейха, и был полон решимости радикально переориентировать немецкую внешнюю политику — даже ценой раскола Германии. Он как-то сказал, что «невозможно жить плодотворно, не расставшись с ложными иллюзиями прошлого». Эпоха Великого германского рейха подошла к концу, и ныне Германия, по его глубокому убеждению, должна тесно сотрудничать с демократическими государствами в рамках западноевропейского сообщества. Такая политика означала конец «немецкого особого пути» и снимала угрозу возрождения германского национализма.

Единственное средство восстановления экономической мощи, суверенитета и единства страны Аденауэр видел в начавшейся западноевропейской интеграции и полноправном участии в ней Германии. Свое европейское кредо он изложил 20 сентября 1949 г. в первом выступлении в бундестаге после избрания на пост канцлера: «По своему происхождению, по своему духу мы принадлежим к Европе... Во всех наших делах нами будет руководить дух христианской цивилизации Запада и уважение к правам и достоинству человека. Мы надеемся, что с Божьей помощью сможем обеспечить лучшие времена для нашего народа и содействовать миру в Европе и во всем мире».

Первые практические шаги к прочному привязыванию ФРГ к Западу Аденауэр предпринял практически сразу после образования федерального правительства. 31 октября 1949 г. Западная Германия вступила как равноправный партнер в Организацию европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), которая координировала действия западноевропейских стран по выполнению «плана Маршалла». 22 ноября 1949 г. в Петерсберге в ходе длительных переговоров с Верховными комиссарами трех западных держав Аденауэр смог убедить их подписать соглашение о завершении демонтажа промышленного оборудования в особо значимых секторах экономики взамен на обязательство строгого соблюдения западными немцами Рурского статута. Петерсбергские соглашения, наряду с Оккупационным статутом, определяли отношения между западными державами и ФРГ, ограничивали ее внешнеполитический суверенитет — присутствием иностранных войск на территории ФРГ и правами Верховных комиссаров. Петерсбергские соглашения, вместе с тем, положили начало международному признанию ФРГ. Западная Германия получала право состоять в консульских отношениях с западными державами и вступать в международные организации. Она получила приглашение стать ассоциированным членом Совета Европы, а также вступить во Всемирный банк, Международный валютный фонд, Международную организацию труда и т. д.

Для ускорения интеграции с Западом Аденауэр использовал состояние «холодной войны», понимая, что поддержка со стороны ФРГ будет необходима Западу для противостояния советскому блоку. В то же время объективно западноевропейская интеграция не могла состояться без участия Германии.

Аденауэр безоговорочно поддержал предложенный в мае 1950 г. французским министром иностранных дел Ровером Шуманом (1886-1963) план создания Европейского объединения угля и стали (ЕОУС), по которому угледобывающая и сталелитейная промышленность Франции, ФРГ и ряда западноевропейских стран должна была объединиться на наднациональном уровне. Но главное заключалось в том, что создание ЕОУС давало ФРГ первую реальную возможность ограничить контроль со стороны стран-победительниц в ключевых отраслях промышленности (отменялся Рурский статут и снимались все ограничения на производство стали).

Политические и экономические аспекты плана Шумана стали предметом острых дискуссий в бундестаге. Участие ФРГ в западноевропейской интеграции вызывало неоднозначную реакцию, порождало обеспокоенность части общества, не будет ли способствовать тесная интеграция с Западом углублению раскола Германии и препятствовать восстановлению единства — главной задачи правительства. Выступая 13 июня 1950 г. перед депутатами, Аденауэр говорил о том, что договор о создании ЕОУС должен положить начало строительству единой Европы, подчеркивая тем самым, что план Шумана имеет в первую очередь политическое значение. Канцлер доказывал критикам этого плана, что именно активное участие в процессе европейской интеграции позволит ФРГ стать по-настоящему равноправным партнером государств Западной Европы. Договор о создании ЕОУС был подписан 18 апреля 1951 г. и вступил в силу в 1952 г., после его ратификации всеми участниками.

Начавшаяся в июне 1950 г. корейская война дала Аденауэру убедительный аргумент в дискуссии о том, что подобный сценарий «коммунистической агрессии» может осуществиться и в Европе. Именно война в Корее показала странам Запада необходимость укрепления «европейского плацдарма» посредством перевооружения Западной Германии. На совещании министров иностранных дел США, Великобритании и Франции в сентябре 1950 г. в Нью-Йорке американский госсекретарь Дин Ачесон (1893-1971) внес предложение о перевооружении Западной Германии в рамках НАТО. Эта идея была поддержана Аденауэром, который неоднократно высказывался о том, что ФРГ готова внести свой вклад в систему европейской обороны. Он исходил из того, что обретение ФРГ военного потенциала в той или иной форме — это необходимая предпосылка для достижения полного суверенитета.

Однако предложение США было негативно воспринято Францией, которая предложила иной вариант. В основе плана французского министра иностранных дел Рене Плевена (1901-1993) лежала идея формирования европейской армии с включением в нее западногерманского контингента. Только на таком условии (наднационального контроля над западногерманскими военными) Франция, как и другие страны — соседи Германии, была готова согласиться на перевооружение ФРГ и включение ее в систему европейской обороны. «План Плевена» привел к разработке проекта создания Европейского оборонительного сообщества (ЕОС), принятого 18 сентября 1951 г.

Аденауэр принял предложение Плевена немедленно, несмотря на сильную оппозицию внутри страны. По опросам общественного мнения, до 70 % взрослого населения ФРГ было настроено против перевооружения Западной Германии в принципе. Ремилитаризация вызывала страх, связанный с воспоминаниями о Второй мировой войне, многие полагали, что создание вооруженных сил углубило бы раскол Германии.

В качестве «вознаграждения» для Федеративной республики за ее «оборонный вклад» Аденауэр потребовал, чтобы немецкое участие в европейской обороне было увязано с расширением внешнеполитической свободы действий западногерманского правительства.

Поскольку ремилитаризация Германии противоречила Оккупационному статуту, было решено подписать с ФРГ Общий договор, регулирующий ее отношения с тремя западными державами-победительницами. Проект договора был одобрен совещанием министров иностранных дел трех держав с участием Аденауэра 22 ноября 1951 г. в Париже. Согласно Общему договору, Оккупационный статут отменялся, правительство ФРГ получало больше прав во внешней и внутренней политике, упразднялись многие ограничения в развитии военной промышленности, разрешалось создание армии. Еще до этого, 9 июля 1951 г., западные державы односторонним актом объявили о прекращении состояния войны с Германией. Однако они по-прежнему сохраняли особые права: право держать на территории ФРГ свои войска до достижения мирного урегулирования, право объявлять чрезвычайное положение в случае нападения извне или угрозы внутреннего переворота и т. д. Вместе с тем, западные державы обязались оказывать всяческую поддержку в решении германского вопроса.

Общий договор был подписан в Бонне 26 мая 1952 г., но одним из условий вступления его в силу была ратификация всеми странами — участницами (ФРГ, Франция, Италия и страны Бенилюкса) договора о создании ЕОС (подписан 27 мая того же года в Париже), однако она затягивалась из-за острых дискуссий в парламентах. Поэтому, еще до вступления в силу Общего договора, западные державы приняли решения относительно расширения полномочий федерального правительства в области внешней политики. ФРГ получила право создать свое министерство иностранных дел и направить в столицы США, Великобритании и Франции официальных дипломатических представителей, а также установить, с разрешения Верховных комиссаров, дипломатические отношения с третьими странами.

Политические дискуссии, развернувшиеся в ФРГ в связи с обсуждением вышеназванных договоров, получили еще большую остроту после выдвижения Советским Союзом 10 марта 1952 г. новой инициативы по решению германского вопроса. Правительствам США, Англии и Франции была передана нота («нота Сталина»), в которой предлагалось «незамедлительно» и «при участии общегерманского правительства» начать разработку мирного договора с Германией, проект которого прилагался. СССР был готов согласиться на объединение страны, допустить существование немецкой армии и военной промышленности, но при условии невступления Германии в коалиции и военные союзы. Таким образом, немецкому народу предлагалось единство в обмен на вооруженный нейтралитет.

Для Аденауэра не существовало дилеммы: нейтрализация и объединение Германии или перевооружение ФРГ и ее интеграция с Западом. В «ноте Сталина» он увидел, прежде всего, опасность возвращения к «системе Потсдама», то есть решения судьбы Германии без ее участия. Мирный договор, подписанный в данных условиях, содержал бы ряд ограничений военно-политического характера, что объективно противоречило интересам Германии, которая по-прежнему оставалась бы объектом политики великих держав, а не равноправным партнером.

Аденауэр использовал все свое влияние, чтобы убедить западные страны отказаться от проведения конференции четырех держав для обсуждения советских предложений. Эти переговоры, по его мнению, могли бы затянуть или даже поставить под вопрос принятие Общего договора и договора о создании ЕОС. Западные державы отклонили советские предложения.

Ведущая оппозиционная партия — СДПГ — считала первостепенной задачей достижение единства Германии и опасалась, что интеграция ФРГ с Западом станет препятствием на этом пути. Она критиковала любые шаги правительства Аденауэра, способные отсрочить восстановление единого германского государства, весьма скептически относилась к намерениям канцлера включить ФРГ в процесс западноевропейской интеграции.

19 марта 1953 г. Аденауэру и федеральному правительству удалось добиться одобрения бундестагом Общего договора и договора о создании ЕОС. Западноевропейские страны охватила сильнейшая волна протеста против ремилитаризации Западной Германии. 30 августа 1954 г. французский парламент отказался ратифицировать договор о создании ЕОС. Это событие Аденауэр назвал «черным днем для Европы», неиспользованной возможностью для окончательного примирения между немцами и французами.

В связи с этим по инициативе Великобритании было принято решение присоединить ФРГ, наряду с Италией, к Брюссельскому пакту 1948 г.[2], который, после изменения некоторых формулировок, терял антигерманскую направленность (но сохранял антисоветскую), и получал название Западноевропейского союза (ЗЕС). Это означало реальную возможность для ФРГ, как части ЗЕС, войти в состав НАТО. Аденауэр немедленно принял такой вариант решения проблемы и согласился с ограничительными мерами контроля над военным потенциалом Западной Германии. 28 сентября 1954 г. конференция девяти стран — участниц НАТО в Лондоне под сильным давлением США высказалась за «полное членство» ФРГ в этой организации.

Подписанные в Париже 21-23 октября 1954 г. и вступившие в силу 5 мая 1955 г. соглашения, составной частью которых стали Общий договор и Протокол о присоединении Западной Германии к НАТО, подтвердили окончание действия Оккупационного статута, узаконили перевооружение ФРГ и ее присоединение к Североатлантическому договору.

В выступлении по этому поводу Аденауэр заявил: «Сегодня, почти через десять лет после военного и политического краха национал-социализма, для ФРГ заканчивается период оккупации. Федеральное правительство с глубоким удовлетворением констатирует: мы стали свободным и независимым государством». Фактическим подтверждением этих слов стало приобретение министерством иностранных дел полноценного статуса. Его возглавил Генрих фон Брентано (1904-1964). Аденауэр формально отошел от внешнеполитических дел, которые до этого времени были исключительно его прерогативой, но оставил за собой право курировать такие важные направления, как европейская политика ФРГ, отношения с США и СССР, а также участие страны в важнейших международных конференциях.

Еще одним подтверждением формального суверенитета Западной Германии стало создание министерства обороны, которое возглавил Теодор Бланк (1905-1972), а также образование немецкой армии (бундесвера). Она состояла из 12 дивизий (общая численность была зафиксирована на уровне 500 тыс. человек), с самого начала была полностью включена в военную структуру НАТО и подчинялась его объединенному командованию.

Однако ФРГ запрещалось производство атомного, химического и бактериологического оружия, определенные ограничения касались некоторых типов тяжелого вооружения (военных кораблей, подводных лодок, ракетных снарядов и стратегических бомбардировщиков). Парижские соглашения предусматривали вместе с тем возможность отмены ограничений, если «за» выскажется две трети стран — участниц НАТО. В мае 1956 г. правительство ввело всеобщую воинскую обязанность, ограничив срок службы 12 месяцами. Но формирование бундесвера завершилось лишь к 1965 г., когда разрешенные 12 дивизий были укомплектованы полностью.

Ремилитаризация Западной Германии вызвала негативную реакцию и протесты со стороны многих политических деятелей и рядовых граждан как ФРГ, так и стран Западной Европы. В советском блоке вхождение ФРГ в НАТО было расценено как прямая угроза безопасности, и стало прямым поводом к созданию организации Варшавского договора в мае 1955 г.

[2] Брюссельским пактом 1948 г. Великобритания, Франция, Бельгия, Голландия и Люксембург создали военную организацию, получившую название Западный союз.