Одна как стебель сельдерея: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Моей подруге Маргарите никогда не удавался майонез. Слишком много масла. Слишком много яиц. В итоге, чтобы не остаться без майонеза, она начала покупать его в огромных упаковках (для столовых). Сейчас она выходит замуж. Невероятно. Дорогуша, никогда не знаешь, откуда ждать беды. Брак — это орбитальная станция «Мир», любой кусок может вдруг отвалиться и грохнуться на Землю. Ее будущий муж, заблудшая душа двухметрового роста, но симпатичный. Он вылитый швед, и поэтому его прозвали Икея. Хорошо звучит. Когда он подходит к тебе, ты так прямо и слышишь перезвон колоколов где-то в области его головы — колокольня в человеческом облике. Бьет полночь. Маргарита показала мне свое свадебное платье. В этой штуке она напоминает выдутую при высоких температурах стеклянную куклу Мурано. Огромное авокадо. Гигантская конфета. Она говорит, что похожа на фею в «Спящей красавице». Но только не помнит, на которую именно.

Белое платье — это слишком. Маргарита уверена в двух вещах в жизни. И первая из них: она уже давно не девственница. Все-таки я завидую ей. Я завидую свадебным подаркам. Эти роскошные сервизы, дорогие стаканы из тонкого стекла и скороварка… Немецкая. Взорвется, только если будешь тушить в ней бомбы. Я бы вышла замуж лишь для того, чтобы иметь наконец настоящие стаканы, а не вымытые баночки из под «Нутеллы».

И чтобы однажды, боже упаси, мне не пришло в голову и правда выйти замуж, я, пожалуй, постучу по дереву — на всякий пожарный.

Женщины на колесах

Посмотрим правде в глаза. Мужчины никогда не перестанут обращаться с машиной лучше, чем с девушкой. Еще и потому, что машина всегда молчит, не ругается и не достает, а когда ей нужно что-нибудь сказать тебе, она зажигает лампочку. А вот невеста болтает без умолку, потому что приборной доской, к сожалению, не оснащена. Не дай бог хлопнуть дверью сильнее, чем нужно, — у него вылетят клапаны из сердца. В машине нельзя есть чипсы, расчесываться, а в дождливую погоду запрещается садиться в нее, не надев предварительно тапочки.

Его машина — это храм. Подчеркиваю: его. Не замечали? Когда вы ищете место для парковки своей машины, он предлагает: «Брось ее здесь». (Его машина паркуется, ваша бросается.) Но эта парковка для машин посольства Буркина-Фасо. Меня оштрафуют за парковку в неположенном месте. «Тогда оставь ее там». Там пешеходный переход. «Ну тогда всунь ее вон туда». Куда? «Между теми двумя». Но там же полметра! Мне что, ее на стену повесить, как велосипед в гараже? «Поставь ее задом к тротуару». Да встань ты сам задом к тротуару, придурок! В следующий раз поедем на твоей. И вот наступает следующий раз. Посмотрите, как изменились его тон и выражения. Чтобы припарковать его машину, нужна площадь! По восемь метров с каждой стороны, никаких деревьев (при этом необходима тень) и голубей в округе. Чтобы припарковать его машину, нужно взять отгул.

И потом, у нас, женщин, есть удивительная способность, которую все мужчины считают величайшим позором: мы не различаем марки машин. Так уж получилось, что у них у всех четыре колеса, горстка фар и руль — для нас они все одинаковые. Попробуй спросить женщину, какая машина у ее младшего брата. Она ответит тебе примерно следующее: «Ну ему отдал ее отец… старая, голубая, небольшая». «Гранада?» — попробуете вы уточнить. «Нет, не думаю, что она испанская». (Для нас «Гранада» — значит из Гранады.) Для женщины машина — это не «гольф», «меган», «альмера» или «пунто», а длинная, высокая, маленькая, большая, красивая, уродская. А также: красная, зеленая, черная, белая, оливковая и т. д. Все. Наши познания в науке автомобилистике на этом заканчиваются.

Джем-сейшн клаксонов и ругани

Здесь требуется coeur simpl[2], как говорят французы. Легко тому, кто живет просто. Сюда — хорошее, туда — плохое. Добрые — направо, злые — налево. Все ясно и понятно: черно-бело. Но жизнь — это маразм… много ли нужно, чтобы запутать сердце и сбить его с толку? А потом не так-то просто вернуть его в норму. Посмотрите, как люди в восемь утра ведут машину. Немецкие солдаты на Второй мировой были не такими агрессивными. Что ты сигналишь, недоумок? Что это, джем-сейшн клаксонов и ругани? Что тебе не нравится? Движение? Под юбкой у твоей сестры движения еще больше, поверь мне. Сейчас восемь утра, а ты знаешь, что в сутках двадцать четыре часа, и если тебя с утра так плющит, милый мой, до вечера ты не дотянешь. Ты жалуешься, что в Милане лучше, потому что здесь есть метро. Ты кто? Бык на корриде? Когда видишь красный, рвешься в бой? Расслабься. Насладись минутной передышкой, пока горит красный свет, и подумай о чем-нибудь приятном. О том, как вы с женой в последний раз занимались сексом, чего, судя по масштабам истерии, давным-давно не бывало.

Агрессивней всех ведут себя стариканы. Пенсионеры с заправленными в штаны свитерами и усиками, как у Гитлера. Эти водят так, как будто поршни у них не в моторе, а в заднице. Когда видят женщину за рулем, начинают беспрерывно сигналить. Возможно, потому, что для них это единственный шанс привлечь внимание женщины, ведь у жены от женщины уже мало что осталось. Всем известно: законная жена — вещь антикварная. Ей не хватает только львинообразных ножек до полной схожести с ореховым сервантом эпохи Возрождения. Пропусти меня, несчастный. Потеряешь тридцать секунд, то есть на пол минуты меньше будешь сигналить и раздражать всех вокруг. Сделай доброе дело людям. Ты же был на войне и прекрасно знаешь, что ни к чему хорошему она привести не может. Подожди, мне надо развернуться… вот так. Приятнее же махнуть в благодарность рукой, чем показать средний палец.

Справедливости ради, стоит отметить, мы тоже хороши. Мало того что эмансипированны. Машина придает нам силы. Руль отравляет нас, и мы превращаемся в коварных Алексис из «Династии». Без особых усилий, надо сказать, ведь истеричная ведьма живет в каждой из нас. Все прекрасно знают, что генетические мутации подарили нам двадцать восемь дней предменструального синдрома.

Матка в аренду

Иногда жизнь мне становится, как рыбья кость, поперек горла. Тогда я поднимаю голову и ищу глазами какую-нибудь птичку: съежившегося от холода на водосточной трубе воробушка. Обычно я стою так несколько минут, и все проходит. В этот раз не подействовало. Виной всему искусственная матка. Когда же это кончится? Когда мы оставим бедную матку в покое? Здесь, видимо, что-то напутали. Это сердце, как цыгана, можно пересаживать с места на место. Но не матку. Матка — не кочевник, это орган оседлый. Началось с того, что мы стали сдавать ее в аренду. Нет, ты подумай! Я книг-то никому не даю, не то что матку. Потому что прекрасно знаю, чем кончается. Дашь одному, потом другому, в итоге уже не помнишь, кому дал, и прощай книжка. Если все-таки вернут, то мятую с засаленными страницами, если диск, то поцарапанный, если матку, то дырявую. Бог с ней, с книгой, черт с ним, с диском, но если я одолжу тебе матку, будь добр, напрягись и обращайся с ней как следует. Оберни и не возвращай мне мятой, это просто неприлично.

Кто-то позаботился о том, чтобы не было ажиотажа. Молодцы, предприниматели! Матка сдается только тем, кого еще нет на свете, и не больше чем на девять месяцев. Если хочешь, дай объявление в газету или обратись в новые агентства недвижимости: «Техноматка», «Чреводом» и «Брюхомаркет». Я, считайте, уже обратилась: у меня она совсем крошечная, я хочу пристроить к ней мансарду, чтобы сдавать подороже. Надеюсь, что платить они будут регулярно, а по окончании положенного срока выметутся ко всем чертям и при этом ничего не сломают.

К счастью, совсем недавно изобрели искусственную матку. Теперь женщина может взять свой яичник и мужнин сперматозоид, засунуть их под стеклянный колпак, и ждать, пока ее малыш вылупится, как фасоль из стручка. А сама тем временем будет кататься в кабриолете, посещать секцию прыжков в длину и килограммами пожирать ветчину. Сын из баночки. Материнство по последней моде. За дополнительную сумму можно приобрести дизайнерские матки, с логотипом «Armani casa». А тем, кто победнее, придется довольствоваться стеклянными матками «Икея». Скоро перед нами встанет проблема трудоустройства аистов.

Главное не запариваться

Я завидую таксистам. Потому что у них есть время подумать. Они ведут машину и думают. Думают и ведут машину. Ты садишься, включается счетчик, и они объясняют тебе, как устроен мир. Именно за это ты и платишь им: за мысли, а не за проезд. Вчера один таксист сказал мне, что в жизни главное — не запариваться, иначе у тебя перегорят пробки. Правильно. Внимание: на дорогах появились таксисты нового поколения: ГНЗ (Главное — не запариваться). Мне кажется, у меня может получиться, потому что человек я холодный. Опускаю либидо до отметки «минимум» — только бы на светофоре не заглохло, надеваю темные очки. Глаза нас выдают, поэтому всегда лучше завесить их, как клетку с канарейками, темным покрывалом.

Главное не запариваться. Хорошо. Мой парень, звоня мне на мобильный, никогда не говорит нежностей. Недавно он позвонил, чтобы уточнить размер моей ванной. Очень романтично. Хотел купить мне подарок. Кто-то вваливается к тебе с огромным букетом роз, а кто-то с огромной сушилкой Для белья. Главное, не запариваться и делать выводы.

Возьмем, например, моих родителей. Моя мать всегда кладет розмарин в ризотто, а мой отец вот уже сорок лет, прежде чем начать есть, вынимает розмарин из ризотто. С точностью швейцарских часов он извлекает из тарелки листик за листиком весь розмарин: тик-так, тик-так… и ризотто в порядке. Сорок лет он просит ее не класть розмарин в ризотто. Сорок лет она не обращает внимания на его просьбы. Она кладет туда целые ветки розмарина. Она говорит, без розмарина ризотто не получится. Она кладет, а он вынимает. И вот так уже сорок лет. И они все еще любят друг друга. На месте отца я бы ее давно бросила. Написала бы короткую прощальную записку: «Я ушел от тебя из-за розмарина в ризотто. Ты любишь его больше меня. Прощай навсегда. Не забывай давать витамины собаке». Но он не запарился, и вот история их любви продолжается до сих пор.

Один мой приятель подошел на дискотеке к девушке и пригласил ее танцевать. «Танцуешь?» — «Нет, сумку сторожу». Он сел рядом и стал вместе с ней сторожить сумку. Сейчас у них любовь. Большая. Нельзя запариваться. Секрет в этом.

Непонятый гений

I can’t keep my hands off you, can’t keep my hands off[3]… Как я тебя понимаю, Джек. Знаешь, я тоже не могу. Периодически мне хочется треснуть кому-нибудь по башке. Какой там оптимизм и вкус к жизни! Они остались только в рекламных роликах компании «Indesit» и у Джима Керри. По правде говоря, еще у моей подруги Аделаиды. Моей выдержанной подруги — продавщицы кружев. Волосы цвета шампанского и голова в два раза больше нормальной из-за перманента: прическа, как у вельможи восемнадцатого века. Дряблая, отвисшая задница и сексуальность Джессики Флетчер из «Она написала убийство». Отпуск полностью изменил ее. Полвека одиночества, пятьдесят лет почетного целомудрия. Абсолютно добровольного, чистого и непорочного. Классический синий чулок перешел рубеж 2002 года, никого ни разу в жизни не поцеловав. И никому не позволив поцеловать себя. «Не перевариваю чужую слюну», — призналась она мне. Чтобы придумывать себе заморочки, тоже нужен талант.

А потом у нее снесло крышу. 14 июля — день взятия Бастилии — предал и ее огню и мечу. На пароме в Амстердаме она пустилась во все тяжкие. С тех пор ее тело покрыто дерматитом. Она скукожилась, как висящая на крючке в рыбном отделе сушеная треска. Скукоженная, но счастливая. Тюльпанов она, что ли, накурилась в Голландии? «Смотри, правда он красавец?» — «Нужно было в детстве пластинку ставить», — единственное, что приходит мне на ум, когда я смотрю на него. Короче, ее Он — воплощение мужчины, от которого надо держаться подальше: злой, мрачный, прОклятый и проклЯтый. Характеристики особи: молчаливый, небритый, с ослиным взглядом — образ спасителя-мученика. Рыцарь ночи — скопище всех известных науке комплексов и недостатков — и художник. Непонятый гений. Не то чтобы кто-то особенно старался его не понять. Просто его не так просто понять. Ни у кого пока не хватило мужества напечатать его стихи. В свободное время наш поэт рисует всякие гнусности на гипсокартоне и лепит глиняные скульптуры. Кроме того, он еще поет. Плохо. Он сам записал и сам же раскупил три альбома. Завязать с ним роман — значит обеспечить себе годы бесконечных спазмов и колик. Таких, как он, трогать не надо: пусть варятся в собственном соку. А если уж привести домой, то в качестве скульптуры: поставить при входе и вешать на нее ключи от дома или собачий ошейники.

Женщины-цветы или женщины-овощи?

Давайте вот над чем подумаем. Мужчинам повезло гораздо больше. Они могут не бриться, отращивать усы, ходить нечесаными, как снежный человек, смотреть друг на друга и разговаривать, писая в вокзальные писсуары. Они могут позволить себе пропотеть, как буйволы, и вонять, а уж если мужчина завоняет… Запашок еще тот.

У женщин все не так. Мы всегда должны быть звездами. Даже если небо упадет на землю. Но и здесь нужны свои способности. Например, хладоустойчивость. Лично у меня ее нет. С сентября по май я укрываюсь пуховым одеялом и ни за что не выйду зимой на улицу в одних бретельках. Я отращиваю волосы, потому что у меня мерзнут уши. Но есть такие женщины, которые даже в самые морозные февральские дни разгуливают в мини-юбках с мозольный пластырь длиной и в едва прикрывающих соски блузках. Или у них холодная, как у питонов, кровь, или подкожный утеплитель. Мужчинам они нравятся до безумия. Их сводят с ума одетые в одну губную помаду женщины, из-за которых машины тормозят на перекрестках, потому что водители принимают их за светофоры. Это типичные женщины-цветы.

Существует две разновидности женщин. Женщины-цветы и женщины-овощи. Женщины-цветы красивы. Необыкновенно красивы. Они до тошноты элегантные и стильные. На них смотрят и ими любуются. Но к ним не прикасаются — боятся сломать. Если бросить им в вазу пару таблеток аспирина, простоят дольше. Издалека кажется, что они потрясающе пахнут, но, вдохнув, ты ничего не почувствуешь. Как бы там ни было, они всегда производят должное впечатление.

Женщины-овощи не так красивы, но источают приятный запах. Среди них есть бледные и тощие женщины-сельдерей, невысокие и толстенькие женщины-фенхель и женщины-американский картофель: ты можешь годами держать их на кухне, втыкать в них зубочистки, а они все равно прорастут. Женщины-овощи обладают целительными свойствами. Некоторые из них повышают половое влечение. Если закатать их в банку, они годами способны сохранять вкусовые качества. А женщины-цветы, увядая, вызывают только жалость.

Антология женщин-овощей

Женщина-сельдерей. Высоченная и худущая. Если уж она залезла в машину, потребуются десять часов, чтобы вытащить ее оттуда. Со светлым цветом лица, зимой зеленоватым, женщина-сельдерей демонстрирует завидные стиль и шарм. Даже одетая в лохмотья, она способна произвести впечатление. Она единственная из женщин-овощей может позволить себе носить броские драгоценности. Больше всего ей идут старинные украшения в индейским стиле. Единственный ее недостаток — неукротимая конская грива, которую можно обуздать только шиньоном или набором цветных карандашей. В умелых руках возлюбленного женщина-сельдерей может быть очень сексуальной.

[2] Простодушие (фр.).

[3] Не могу не прикасаться к тебе, не могу не прикасаться… (англ.) — слова из песни «I can’t keep my hands off you» Джека Рэдткса — регги-певца из Германии.