Его терзает подозрение — а если смерть еще ужаснее, чем представлялось, а если разум ждет посмертная жизнь, то есть — ад. Сознание остается в этой клетке — ослепшее, оглохшее — и переживает каждый

«Этот мир по крайней мере знаком. Но что остается? Жить, пока жизнь не станет нестерпимой. И что тогда? А затем? А потом?» Гуляешь с собакой, стоишь в очереди, просыпаешься среди ночи — и вдруг