— Это было что-то вроде акции протеста против охоты на диких зверей.
— Ты пошла на преступление, — заметил Джеффри.
— Это была мирная акция.
— Скорее всего — акт вандализма.
Она увидела, что Джеффри изо всех сил старается сдержать улыбку.
— Тут нет ничего смешного! Твой дед был коварным, как змея, и он терпеть не мог ни меня, ни сестру Джозефину, ни сестру Джоан — никого из нас!
— И ты отомстила ему за это.
— Я не мстила. Я просто воспользовалась представившейся возможностью. Однажды вечером все девочки готовились к предстоящей контрольной по греческому…
— Ну а тебе с твоими гениальными способностями к языкам это было ни к чему…
Кэйси хихикнула.
— Дательный падеж сразу стал для меня родным. Так или иначе, а я вырядилась индианкой и поплыла на байдарке к дому этого старого хры… твоего дедушки. Я разыгрывала «Бостонское чаепитие» [3]. Нечто в этом духе.
— Кэйси… — вздохнул Джеффри, — впрочем, не обращай внимания и продолжай.
— Сэса не было дома.
— Откуда ты знала?
— Сестры как-то пригласили его на вечернюю молитву. Они не оставляли надежды, что он все-таки поймет, что они творят только добро. Разумеется, он отверг их приглашение и заявил, что он богобоязненный, добродетельный американский гражданин и по средам посещает собрание ветеранов войны, а в воскресенье ходит в нормальную церковь. Когда я обдумывала свое вторжение… то есть свою акцию протеста, я решила сделать это вечером в среду.
— Понятно, — сказал Джеффри, — я прямо вижу, как ты плывешь по реке в костюме индианки. У тебя тогда были кудряшки?
— Да, только волосы были покороче. Я выглядела словно сиротка Энни. Все шло прекрасно. Я взломала дверь сарая ломиком, достала ружья и патроны и утопила их в реке.
— Все?
— Все до единого.
— Кэйси, мой дедушка был выдающимся спортсменом. Почему, как ты думаешь, он удалился в Беркшир? Все деньги, какие у него были, он тратил на пополнение своей коллекции ружей.
— Это я узнала потом. Он вернулся домой раньше, чем я ожидала, и поймал меня, когда я уже гребла вверх по течению. Он просто прыгнул в реку и вытащил меня из байдарки. Вода была ему по пояс и жутко холодной, но это его не остановило.
Джеффри изо всех сил кусал губы и напрягал мышцы живота, чтобы удержаться от смеха. В этом была вся Кэйси, да и его дед тоже.
— Послушай, Джеффри Колдуэлл! Этот человек был просто маньяком!
— Просто ты уничтожила в числе прочих и ружья, полученные им в качестве призов на соревнованиях, стоимостью в несколько тысяч долларов.
— Четыре.
— Четыре ружья?
— Четыре тысячи долларов — стоимость его так называемой коллекции.
— Тебе повезло, что он не утопил тебя на месте преступления.
— Я думала, что утопит. Он выволок меня на берег и швырнул на землю. Такой дикарь! Волосы торчали у него дыбом, а своими маленькими блестящими глазками он, казалось, был готов просверлить меня насквозь!
— Я помню этот взгляд, — вставил Джеффри мрачно.
[3] «Бостонское чаепитие» — первый акт протеста американцев против британского колониального владычества.