Баэльт разжал кулаки, позволяя нидрингу упасть на стул.
- Всё?- тихо спросил Мрачноглаз.
- Нет,- пропыхтел нидринг, стараясь отдышаться.- Нет... Ещё у нас были проблемы в Торговом Совете... Рибур уклонился от одного налога. У него было право так делать, но остальным это право не показалось убедительным...
- А что другие цеха?
- Мы с ними ладим в последнее время...- Богур быстро утёр лоб от пота.- Рибур работал над проектом объединения всех кузнечных цехов в Веспремский литейный цех. Это всё, что я знаю... Честно.
Баэльт кивнул.
- Это мне от тебя и было нужно,- тихо сказал он.
Развернувшись, поправив шляпу и воротник плаща, Баэльт покинул, наконец, контору счетовода под сдавленный кашель и проклятья.
А через пару быстрых шагов он вернулся на улицы Веспрема.
Жёсткий холодный ветер налетел на него, а дождь приветственно забил по коже плаща. Баэльт смахнул пару капель с лица и поднял глаза на плотно обступившие его силуэты домов.
Тусклый свет фонаря вырывал из темноты узкую старую улицу. Посыпавшаяся и потемневшая от дождя побелка, гниющие кости балок, неровная мостовая... Всё это вызвало тусклую улыбку у юстициара.
Вы ждали меня, костлявые, покосившиеся и обшарпанные друзья?
Дома не ответили ему, тускло мерцая тёплым светом из- за грязных окон.
Гири расположился под небольшим навесом, сидя на ящиках и грея руки у жаровни. Рядом громоздились его клыкастые дуболомы, похожие на огромные мокрые валуны.
- Как прошло? Судя по звукам, очень эффектно,- полуфэйне показалось, что он увидел тень улыбки на лице нидринга.
Разумеется. Вы же ненавидите друг друга. Городские крысы...
- Не только эффектно, но и эффективно,- уверил он, доставая из кармана плаща плакт. Запалив тонкий прутик о жаровню, он затянулся.- Я должен исключить самые очевидные варианты. Чтобы быть уверенным, что копать нужно глубже.
- Тебе виднее,- апатично заметил Гири, растирая руки над огнём.- Главное - сделай это побыстрее. Мне ещё нужно закрыть цех и... Прибрать. Так что можешь идти.
- Спасибо, что разрешил.
На улице пахло землей и сыростью. После цеха эти ароматы казались Баэльту благовонием. Он поглядел на пустые улицы, залитые водой, поглядел на угрюмые, в потёках дождевой воды дома, на небо, которое и не думало проясняться.
- Возвращайся поскорее, Мрачноглаз,- Гири протянул ему свою руку.
Баэльт проигнорировал этот жест. Он уже шагал под дождём вглубь ремесленного квартала, в сторону ворот квартала жилого.
Ему нужно было выпить.
Дождь приглушённо барабанил по крыше и грязным, едва пропускающим свет окнам. Тяжёлые капли медленно стекали по стеклу, искажая слабый свет с улицы. На пару мгновений стекло стало золотым с серебряными разводами капель - мимо прошёл отряд стражи с факелами в руках. Однако вот они завернули за угол, и свет исчез.
- Интересно, чего им тут надо?- протянул Мурмин, уныло уставившись в окно.
- Того же, чего и всегда - сделать вид, что они что- то делают,- сонно ответил Баэльт.
Всё убогое здание таверны "Пьяная подкова" было забито людьми, а потому от шума можно было оглохнуть. Обычная смесь таверны после рабочего дня - крики, смех, чьи- то визги, стук кружек и разговоры. Запахи пота, дешёвого эля, пива, вина. Запахи похоти, усталости и отчаянья, которые пытались утопить в веселящем хмеле.
Всё это походило на праздник во время погребения. Да и лица под стать - усталые маски растягиваются в улыбках, тусклые глаза слезятся будто бы от шуток.
Свадьба на костях.
Сюда не приходили за новостями, собеседниками и приятной едой. Самыми ходовыми новостями тут были личности новых шлюх из ближайшего борделя, лучшим собеседником мог быть чудом попавший сюда ветеран, ещё не напившийся до беспамятства. А лучшей едой тут было бы отсутствие всякой еды.