Петино лицо стало страшным, багровым, белки глаз покраснели. Он сжал кулаки и выкрикнул:
—Припрятала альбом, кукла лупоглазая, жаль, твоя черепушка крепковата оказалась!
Наталья смотрела на него с изумлением. Электрон без всякого удивления. Элечка испуганно пятилась. Тамара обнимала ошеломленную, плачущую Динку. Вера Антоновна мелко крестилась. Софи закрыла глаза.
Маша слепо нашарила спинку стула, ноги едва держали ее: в жизни она не испытывала такого нервного потрясения.
Проклятый Петербург! Никогда она больше сюда не поедет!
…Маша вытерла выступившую на лбу испарину и сказала в ночь:
—Сцена четвертая!
Где-то залаяла собака. Маша растерянно осмотрела двор, пса не обнаружила, но решила вести себя потише. Едва слышно выдохнула:
—Алчность!
И стала вспоминать дальше.
…Первой пришла в себя Наталья. Бросила брезгливый взгляд на трясущегося от злобы Петра и отвернулась. Затем широко осклабилась и заявила:
—Слава Богу — драгоценные эскизы нашлись. Теперь Софи сможет сама ими распорядиться. Неси альбом сюда, Динка.
Софи странно усмехнулась. Динка хлюпнула носом и испуганно прошептала:
—А у меня его нет…
—Как это? — не поняла Наталья.
Элечка перебежала поближе к Софи. Неприязненно покосилась на Петра, ласково улыбнулась Электрону и невинно пролепетала:
—Два эскиза! Как хорошо! Как раз нам с Эликом по одному, правда, Софи? Так будет справедливо. Наташе один, Тамаре, Лельке, мне и Элику…
Петр упал на стул, закрыл лицо руками и дико захохотал. Софи покачала головой и сказала:
—Вначале эскизы нужно найти, детка…
Элечка ткнула пальцем в растерянную Динку и воскликнула:
—Зачем искать? Диночка принесет!
—Она-то принесет, — раздраженно буркнула Наталья.— Только ты их не расписывай раньше времени! Решать-то Софи.
—Я только, чтобы справедливо…
Петр продолжал истерично смеяться. Динка жалась к Тамаре и молчала. Софи поманила ее пальцем и мягко сказала:
—Иди сюда, солнышко. Иди, не бойся, старая Софи не даст тебя в обиду…
Динка подбежала к ней. Софи придержала ее за руку, развернула лицом к остальным и попросила:
—Расскажи нам, милая, где сейчас альбом.— И снова шепнула Динке: — Не бойся.
Динка поежилась. Посмотрела на мать, та ободряюще кивнула. Тамарины глаза откровенно смеялись. Маша послала ей воздушный поцелуй.
Динка несмело выдохнула:
—Я отдала альбом. Мальчику.