Сириус экспериментирует: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как и было условлено, мы встретили Клорати на плоскогорье из красноватого камня и песка, которое образовалось в результате недавних землетрясений. Внизу виднелись плодородные долины, не тронутые землетрясениями. Наши корабли летели бок о бок над опаленной солнцем пустыней. Мы держали связь по радио и одновременно совершили посадку в тени высокой горы, поросшей лесом. Мы втроем уселись под раскидистым деревом, чтобы перекусить и побеседовать. Встреча была очень теплой. Мы достаточно откровенно обменялись мнениями о том, что произошло в Колонии 10, чтобы убедиться: наши впечатления были верны. Что касается меня, я была на седьмом небе от счастья. Клорати оказался таким же милым и оживленным, каким я его запомнила, к тому же мне было очень приятно пообщаться с представителем одной из высших рас нашей Галактики. Когда проводишь много времени с низшими расами, какой бы интересной ни была работа и какими бы дружелюбными и славными ни были эти создания, иногда очень хочется пообщаться с кем-то на равных.

Клорати был типичным представителем разновидности 1 главной планеты Канопианской империи. Высокий, худощавый, сильный, со светло-бронзовой кожей и темными глазами, он не слишком отличался от Амбиена Первого. Моя внешность была совершенно иной, и я чувствовала, что это доставляет удовольствие моим собеседникам.

Мы трое до сих пор еще не знали, зачем нас пригласили на эту встречу, хотя мы с Амбиеном Первым много думали об этом. У меня не выходили из головы так называемые Математические города, построенные в период, который предшествовал Катастрофе. «А может быть, мы их просто выдумали?» — размышляла я и просила Амбиена Первого вновь и вновь рассказывать мне о том, что он видел. Но он утверждал, что давным-давно уже не встречал ничего подобного. На его родном Канопусе не было ничего похожего на эти удивительные города. На последней конференции я спросила об этом Клорати, и он ответил, что «нет никакой необходимости» строить на Канопусе города или здания такого типа. Я поверила ему. Пока он был рядом, мне казалось, что он говорит правду. Однако в его отсутствие все переменилось, и я не понимала, почему этот человек солгал. Теперь, когда мы снова встретились и вместе сидели под деревом на мягкой душистой траве, мне было достаточно взглянуть на Клорати, чтобы понять: если он говорит, что на Канопусе строят совсем другие города, значит, дело обстоит именно так. Он рассказал нам про канопианские города, которые по описанию не отличались от сирианских. Удобные, хорошо обустроенные, засаженные красивыми и полезными деревьями и кустарниками, они позволяли горожанам жить в здоровье и достатке. Но они не имели правильной геометрической формы — круга, звезды или шестиугольника, как города, которые некогда возводились на Роанде.

— Но почему, почему, Клорати?

— Видишь ли, города и здания на любой планете проектируются с учетом необходимости, именно она определяет их вид и местоположение.

«Что ж, это ясно и так», — подумала я.

Я была разочарована и чувствовала себя обманутой. До встречи с Клорати я беспрерывно думала, как скажется на нашем общении то, что всецело занимало мой разум — появление отвратительных звероподобных людей на Втором Южном Континенте. В свое время мы многое скрыли от Канопуса: что к нам прилетали шамматяне; что мы похитили группу аборигенов с канопианских территорий; что несколько специалистов из Колонии 22 бежали вместе с ломби; что мы шпионим за канопианцами, регулярно прочесывая их территории, и что Шаммат делает то же самое… Когда по прибытии на Роанду мы устроили импровизированный пикник, мне казалось, что, вместо того чтобы открыться новому другу, как делают те, кто хочет сблизиться, я обнесла свою душу забором: не подходи, держись подальше… Были моменты, когда мне было тяжело видеть спокойное, открытое лицо Клорати. И все же одновременно я испытывала и совсем иные чувства: вы, канопианцы, считаете себя умнее всех, но вам невдомек, что на уме у меня!

Нет, общаться с Клорати будет непросто. Во всяком случае пока.

Вскоре мы выяснили, почему Сириусу предложили прислать своих представителей… Узнав причину, мы не поверили собственным ушам.

Остатки выродившейся расы гигантов продолжали размножаться и распространились по всему континенту. Теперь они измельчали и были примерно одного роста с нами — восемь-девять Р-футов. Продолжительность их жизни сократилась. Они плохо помнили свое великое прошлое — от него остались лишь умение готовить пищу на огне, дружелюбие да элементарные навыки ручного труда. Они не занимались земледелием, но собирали съедобные растения и охотились. Они жили на Северном Изолированном Континенте большими, сплоченными племенами, которые не воевали между собой, поскольку в их распоряжении имелись огромные территории и неисчислимые стада диких животных. Здесь же обитали два племени, которые называли себя хоппе и навахи. Клорати сказал, что ему поручили познакомиться с ними и… Услышав эти названия, я так растерялась, что не расслышала то, что он произнес дальше. Я сидела, боясь даже смотреть на Амбиена Первого. Когда я взяла себя в руки, Клорати уже рассказывал о карликах, которые жили в горах неподалеку, и о том, что ему поручили наведаться и к ним, потому что Канопус хочет разузнать о них побольше. Наверняка того же самого хочет и Сириус. Я поняла, что за последними словами стоит нечто большее… Но к этому я вернусь позднее, поскольку все обернулось совсем не так, как я ожидала в то время.

Клорати хотел, чтобы мы отправились вместе с ним в горные селения карликов. Это было довольно опасно. Карликов преследовали хоппе и навахи, и хотя Клорати был немного знаком с этим горным народом, ему предстояло потрудиться, чтобы завоевать их доверие. Он считал само собой разумеющимся, что мы будем рады подобной вылазке. Амбиен Первый действительно обожал такие затеи. Что до меня, у меня не было ни малейшего желания общаться с существами, которые наверняка были всего-навсего убогими, грязными полуживотными. И все же я согласилась.

Карлики. Хоппе. Навахи

Мы спрятали свои корабли в каньоне, хорошенько замаскировав их, и зашагали в сторону гор. Они не пострадали от землетрясения, хотя здесь произошло несколько камнепадов, поэтому казалось, что со склонов гор содрали кожу. Когда мы подошли поближе, до нас стали доноситься шорохи, постукивания, топот ног и другие странные звуки. Я вспомнила термитники на Втором Южном Континенте — если приложить ухо к стене подобного сооружения и постучать по ней, внутри начнется такая же суета, сопровождаемая шелестом и неясным шумом. Спустившись с обрыва, мы увидели на дне ущелья вход в глубокую, темную пещеру. Клорати сразу направился к ней, подняв руки вверх, и произнес несколько незнакомых мне слов. Мы тоже подняли руки — очевидно, этот жест свидетельствовал о наших мирных намерениях. И вдруг возня внутри стихла, и наступила полная тишина. Солнце Роанды нещадно палило — от израненных скал тянуло жаром, — воздух дрожал над раскаленной почвой. Внезапно из пещеры снова раздался шорох, внутри началось какое-то движение, столь стремительное, что было невозможно разглядеть, что происходит. Мгновение спустя нас окружила толпа низкорослых человечков, которые подталкивали нас к пещере. Карлики едва доходили нам до колен, а высота входа в пещеру была такова, что мы могли проникнуть внутрь, лишь опустившись на четвереньки. Внутри пещера, которая оказалась огромной, была освещена небольшими огоньками. Впоследствии выяснилось, что из отверстий в скале сочится природный газ, поток которого регулируется. Такого освещения хватало лишь на то, чтобы поддерживать мягкие сумерки. Пол пещеры был устлан поблескивающим белым песком, кристаллы в скалистой стене тускло мерцали, а река, которая протекала по краю пещеры, поднимала сверкающие фонтанчики брызг. Я не ожидала увидеть в чреве этой темной горы такое великолепие и воспряла духом. Пока маленькие человечки подталкивали меня внутрь, мне удалось рассмотреть их. Они куда меньше походили на животных, чем звероподобные люди с Южного Континента, и были симпатичными и дружелюбными созданиями. На них были штаны и куртки из выделанной кожи. Они были плотными и коренастыми. Их широкие плечи и сильные руки были точь-в-точь такими, как у ломби, а желтая кожа напоминала облик специалистов из Колонии 22. На голове у карликов курчавились темные волосы, лица были безволосыми, а глаза — проницательными и умными.

Нас быстро провели через целую галерею пещер, пока мы не углубились в горы, но атмосфера не была гнетущей: рядом все время журчала река, а воздух был сладким и свежим. В конце концов мы оказались в такой огромной пещере, что ее свод терялся в темноте у нас над головами. Ее освещали бесчисленные крохотные огоньки. В центре имелось свободное пространство, достаточное, чтобы на нем могла уместиться целая толпа маленьких человечков — а заодно с ними и мы, — но небольшое по сравнению с размерами пещеры. Нас усадили на груды шкур и дали поесть — пища была непривычной, но нам было любопытно вспомнить, что представляла собой еда на тех планетах нашей Галактики, которые находились на начальных этапах эволюции. Мясо. Что-то вроде сыра. Пиво. Все это время Клорати беседовал с человечками — судя по всему, он неплохо владел их языком. Амбиен Первый и я были не похожи на Клорати и явно озадачили их. Хотя человечки оказались достаточно воспитанными созданиями, они разглядывали нас во все глаза. При этом они держались весьма любезно, а одна из женщин, красивая своеобразной грубоватой красотой, вежливо попросив разрешения, прикоснулась к моим волосам. Вокруг меня тотчас собралась целая толпа женщин — смущенно улыбаясь, они не могли удержаться, чтобы не потрогать мои светлые локоны. Я рассматривала лица человечков, столпившихся вокруг нас, и вспоминала ломби, которые никогда не поднимали глаз на меня или мне подобных, а также специалистов Колонии 22, которые… Интересно, обладают ли карлики генетической памятью? Мы внимательно изучали друг друга… Как часто за свою долгую службу мне приходилось наблюдать подобные сцены, когда представители разных рас разглядывают друг друга не враждебно, но с дружелюбным любопытством.

Я удивилась, что, находясь глубоко под землей, мы так хорошо видим друг друга. Оказалось, что пещера освещена электричеством. Да-да. Повсюду стояли мощные светильники, а батареи размещались в деревянных сосудах. Никогда нельзя предугадать, какие достижения прежней технологии сохранит выродившаяся раса.

Я сразу поняла, что карликов преследуют… Я догадалась об этом по сотне мелочей, часть которых почувствовала интуитивно и, наверное, не смогла бы назвать. Эти люди были в опасности, они находились под угрозой исчезновения и были доведены до отчаяния. Об этом говорила печаль в их глазах, когда они смотрели на Клорати, который, чуть наклонившись вперед, беседовал с человечками…

Потом нас — меня сопровождали женщины, а мужчин — мужчины — отвели в небольшие, но достаточно просторные помещения для гостей, тоже высеченные в скалах. На следующий день человечки продолжали беседовать с Клорати, а для нас с Амбиеном Первым по нашей просьбе устроили экскурсию по подземному царству. Я кратко опишу, что мы увидели.

Прежде всего, это поселение оказалось не единственным. Клорати сказал, что подземные жители живут не только на этом континенте, но и почти на всей территории Роанды. Они прячутся в пещерах не потому, что такова их природа. На них охотятся менее умелые и развитые племена, которые превосходят их ростом и силой.

Эти пещеры были не похожи на обиталище животных. Человечки селились в подземельях естественного происхождения — нередко это были высохшие русла подземных рек, — а иногда выкапывали пещеры сами. Жилые помещения были аккуратно обшиты гладко выструганными досками. Все пещеры хорошо освещались — для этого использовались природный газ и электричество. Для собраний, приема пищи, сна были выделены особые места. Имелись также пещеры-склады и пещеры-мастерские. Человечки ловили диких животных и занимались их разведением под землей. Здесь были и птицы, некоторые из них свободно порхали по пещерам, словно дело происходило на открытом пространстве. Это были настоящие подземные города, целые государства. И все они возникли в результате немалых трудностей.

Карлики (впоследствии я узнала, что на Канопусе их именовали расой «малышей») были умелыми шахтерами и металлургами. Начав освоение металлов с железа, они научились изготавливать всевозможную утварь, а затем, когда стали охотиться, и оружие. Время от времени они выбирались наружу, чтобы обменять свои изделия на еду и скот, и торговля была весьма успешной. Железные орудия они меняли на фрукты и коренья, а подземные стада — на других животных. Затем карлики нашли золото. Они увидели, что этот красивый металл не ржавеет и не крошится как железо, но недостаточно тверд, чтобы изготавливать из него орудия и сосуды. Тогда они стали делать из него украшения. Полудиким племенам — а именно они, а не жители современных городов чаще всего были соседями карликов — золото поначалу было в диковинку. Затем ситуация переменилась — теперь за золото могли убить или обратить в рабство, — и карликов стали преследовать и убивать целыми общинами. Они укрылись в горах и забирались все дальше и дальше, прячась от своих преследователей. Они стали невидимками и лишь изредка предпринимали осторожные вылазки, занимаясь торговлей. Нередко, когда карлики выбирались наружу с тяжелыми сосудами, копьями, наконечниками стрел и сверкающими украшениями, на них нападали из засады и убивали всех до единого.

Но они продолжали добывать сокровища, спрятанные под землей, — теперь это мастерство было у них в крови.

В этом заключался печальный парадокс, которого сами карлики не замечали, пока об этом не заговорил Клорати: что бы они потеряли, если бы не занимались разработкой рудников? Разве они не смогли бы прокормиться? Одеться? Обустроить свои жилища? Красивые и прочные глиняные сосуды, которые они изготавливали, были ничуть не хуже сделанных из железа.

Что, если бы они не научились выплавлять железо и добывать золото?

Но рассуждать об этом было слишком поздно.

Когда их стали преследовать и грабить, карлики послали Клорати известие. Известие, которое должно было «долететь до звезд».

Каким образом?

Человечки устроили тайное совещание, участники которого собрались со всех концов континента. Они добирались до места назначения по тысячам подземных тоннелей и дорог. Собравшись вместе, карлики принялись дружно молить Канопус, чтобы тот пришел им на помощь.

Двое из них отправились в трудный и опасный путь к Срединному морю. Там, по новым сведениям, появились великие города. Это путешествие продолжалось много Р-лет. Эти двое, мужчина и женщина, тайком перебрались через весь континент, стараясь остаться незамеченными. Добравшись до побережья, они пересекли море, переплывая с острова на остров. Выбравшись на сушу, они обнаружили, что сдвиги земной коры и землетрясения уничтожили великие города, которые сохранились лишь в воспоминаниях полудиких племен. Эти двое двинулись на север, чтобы отыскать место, про которое рассказывали, что там «царит доброта и правят женщины». Так они попали в Адаланталэнд, где и вправду царили любовь и доброта. Мудрая правительница Адаланталэнда сказала, что люди с Канопуса давно не посещали Роанду, — таких визитов не помнили ни она, ни ее мать. Эти двое оставили там свое письмо, свято веря в то, что, если Канопус дал слово, — а они помнили его обещание, — он его сдержит. И хотя они умерли почти сразу после того, как завершили хронику, в которой описали это великое и страшное путешествие, вскоре Канопус действительно сдержал свое обещание, и на Роанду прилетел Клорати.

Сначала он прибыл ненадолго и обследовал континент. Затем Клорати услышал про карликов на других континентах, поскольку эмиссары расы «малышей» то и дело предпринимали смелые вылазки в те места, откуда, как они считали, Канопус может услышать их призывы о помощи.

Клорати проанализировал собранную информацию и пришел к выводу, что здесь присутствует еще один фактор: противоестественная жестокость. К происходящему явно приложили руку шамматяне; хотя они, как полагал Канопус, должны были находиться на другом полушарии, их влияние ощущалось на каждом шагу… Но когда речь заходила об этом «влиянии», Клорати не мог или не хотел развивать данную тему.