— Здравствуйте, — произнес он, с важным видом протянув ей испачканную мелом руку.
Люсиль пожала ее и, наклонив голову, тоже поздоровалась с ним.
— А это Элоиза, — сказала миссис Кристиансен, подводя к Люсиль младшего ребенка.
Элоиза подняла голову, внимательно посмотрела на стоявшую перед ней девушку в белом костюме и проговорила:
— Здравствуйте!
— Ники девять, а Элоизе шесть, — пояснила миссис Кристиансен.
— Ясно, — проговорила Люсиль.
Она обратила внимание, что у обоих детей были светлые, рыжеватые волосы, точь-в-точь как у их отца. На обоих были голубые комбинезоны, надетые на голое тело, под бретельками темнели коричневые от загара спины и плечи. Люсиль просто глаз не могла от них отвести. Это были идеальные дети из идеального дома, который ей представлялся в мечтах. Они смотрели на нее дружелюбно, в из взглядах не было недоверия или враждебности. Только любовь и какое-то чисто детское любопытство.
— …большинство действительно предпочитает жить подальше от города. — Оказывается, миссис Кристиансен о чем-то в это время с ней говорила.
— О да… да, конечно, мэм. Здесь так чудесно — гораздо лучше, чем в городе.
Миссис Кристиансен гладила волосы девочки с нежностью, растрогавшей Люсиль.
— Им как раз пора обедать, — сказала она. — Вы, Люсиль, будете есть здесь, наверху. Кстати, что вы предпочитаете, чай, кофе или молоко?
— Если можно, кофе.
— Отлично, Лизабет поднимется сюда с обедом через несколько минут. — Она помедлила, задержавшись в дверях. — Скажите, Люсиль, вас ничто не беспокоит? — спросила она, понизив голос.
— О нет, мэм.
— Ну и отлично, для этого и нет никаких причин. — Казалось, она хотела еще что-то добавить, но, передумав, улыбнулась и вышла из комнаты.
Глядя ей вслед, Люсиль пыталась понять, что бы это такое могло быть, что хотела сказать, но так и не сказала миссис Кристиансен.
— Вы гораздо красивее, чем Кэтрин, — сказал ей Ники.
Она повернулась к нему.
— Кто это — Кэтрин? — Люсиль присела на лежавшую на полу подушечку, и, когда ее внимание полностью переключилось на продолжавших пристально ее рассматривать малышей, она почувствовала, что ее плечи расслабились и напряжение ушло.
— Кэтрин раньше была нашей няней. Она вернулась к себе в Шотландию… Хорошо, что теперь вместо нее будете вы. Кэтрин нам не нравилась.
Элоиза стояла заложив руки за спину и слегка покачиваясь из стороны в сторону.
— Да, — проговорила она, разглядывая Люсиль. — Кэтрин нам не нравилась.
Ники повернулся к сестре.
— Нечего повторять. Это я сказал!
Люсиль засмеялась и обхватила свои колени. Через мгновение Ники и Элоиза тоже рассмеялись.
Вошла темнокожая горничная с дымящимся подносом и поставила его на столик из светлого дерева, стоявший посреди комнаты. Это была стройная женщина неопределенного возраста.
— Я — Лизабет Дженкинс, мисс, — застенчиво проговорила она, раскладывая бумажные салфетки.
— Меня зовут Люсиль Смит, — представилась девушка.
— Ну что же, я пока пойду займусь остальным, мисс. Если вам что-нибудь еще понадобится, только позовите. — Она вышла. Ее бедра казались очень упругими под голубой форменной юбкой.