От ужаса Иван Фомич перестал дышать.
Дверь рванули, и в комнату вошел человек.
Иван Фомич сразу узнал его. Старомодный пиджак с ровными прямыми плечами и зауженной талией. Широкие книзу брюки, мятый, кое-как повязанный галстук, орден Трудового Красного Знамени в петлице. Костюм, старый, хорошо знакомый костюм покроя тридцатых годов.
Человек шел на Ивана Фомича, и тот стал медленно-медленно пятиться. Он все отступал и отступал. Он видел шевелящиеся губы, страшный рот, который говорил правду, только правду, всегда одну правду… И сейчас этот рот приоткрывался, чтобы произнести то единственное ужасное слово, которого Иван Фомич боялся превыше всего на свете.
— Провокатор!
Иван Фомич закричал. Ему казалось, что он кричит мощно, как пробуждающийся вулкан, который поднимает на рассвете сонных людей и гонит их в неизвестность. Но в действительности был лишь жалкий, хриплый писк, всхлип раздавленной мыши…
— Каждому — свое, — задумчиво сказал Мильч, поливая голову Пафнюкова водой из большого химического стакана. — У Черного ящика намечается индивидуальный подход.
— Ты видел? — тревожно спросил очнувшийся Иван Фомич. Он был бледен, его тошнило.
Мильч пожал плечами.
— От этого не скроешься.
— Значит, так… — профессор потер лоб и робко сказал: — Извини меня. Я, брат…
Мильч снова пожал плечами.
— Что это такое? — спросил Иван Фомич.
— Вот по этому вопросу я как раз и обратился к вам за консультацией.
— Извини меня.
Мильч пожал плечами.
Из письма Алексея Александровича:
16
Роберт Мильчевский между тем переживал жесточайший кризис. У него сломался Черный ящик. Проклятая машина внезапно отказалась работать.
Однажды Роберт включил, как обычно, аппарат, но Ящик не загудел. Роберт испуганно заглянул в темный провал шкафа и стал ждать.
Шли секунды, минуты, часы, а чудесное отверстие Рога изобилия в сиянии радужных лучей не появлялось. На Роберта насмешливо поглядывала серая пустота, ему казалось, что кто-то там, внутри, хитро подмигивает и скалится. Роберт тряс головой, отгоняя наваждение, и с отчаянием убеждался, что Черный ящик безмолвствует. Так прошел один рабочий день, второй, третий…
Роберт ждал. Неожиданная катастрофа потрясла его. Черный ящик сломался! Кто бы мог подумать? Казалось, нет сил, способных оказать хоть какое-то действие на эту машину, — и вот на тебе! Как его отремонтировать? Не везти же в мехмастерские: почините, пожалуйста, волшебный Рог изобилия, у него чудо-двигатель не работает. Заштопайте ковер-самолет, вшейте подкладку в шапку-невидимку!
И главное — когда! Когда сделаны такие авансы, наступление на научную общественность Института вакуума находится в разгаре, и перед Робертом Мильчевским открываются необозримые, захватывающие дух перспективы! Ах, черт, какая досада, какая жалость, какая обида!..
Они все сидят в этом Ящике. Но что толку теперь? Сейчас самое горячее время, нужно давать и давать результаты, нужно держать их под напряжением. Урманцеву — его интегралы, Мишке — расчеты и чертежи, хозяину — кое-какие документики. Но где машина? Нет машины. Кончился Рог изобилия. Был — и весь вышел.
Роберт готов был плакать от обиды. На пятый день он сидел в центре своей большой светлой комнаты, заставленной дорогими, сложными приборами и красивой мебелью. По лбу катились крупные градины пота. Ящик не работал…
Что делать?
Роберт тупо смотрел на притихший Рог. Перед этим он несколько раз тряс и колотил его, но стальная махина не отзывалась на нервозные толчки.
Что делать?
Раздался телефонный звонок. Роберт снял и положил трубку на рычаг.