Русуданиани: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дэв лежал неподвижно. Зав не удержался, переступил через порог и сказал: «И трупа этого нечестивца не оставлю здесь».

Взялся Зав за дэва и увидел, что тот еще жив. И силы было в нем еще столько, что взревел он и привстал на колени. Схватились они врукопашную. Уже вся кольчуга у Зава изорвалась, и до живого тела добрался дэв и вымазал юношу своей кровью. Обидно стало Заву, что дэв не сдается, хотя и обессилел. Издал он боевой клич, поднял дэва и сбросил его со скалы так, что все поле сотряслось.

Сразив дэва, Зав немного передохнул и сказал: «Чего я сижу в логове этого нечестивца, лучше пойду навещу суженую свою». Пошел Зав и по пути увидел столько чудес и красот, что язык человеческий не в силах описать увиденных им богатств и сокровищ. Однако той девы нигде не было видно. Не найдя ее, Зав впал в неистовство, как голодный лев в погоне за стадом онагров. Бродил он меж сокровищ, но ему было не до них. Шел он три дня и три ночи, не находя выхода из пещеры.

Все новые и новые сокровища попадались ему на пути. Разгневался Зав и произнес грозную клятву: «Если не отыщу я возлюбленную сердца своего, всю обитель этого колдуна сожгу, ничего не пощажу». Сел Зав и заплакал, обратись к небу: «Творец неба и земли, спаситель всех людей! Вызволи меня из этого колдовского обиталища! Если по воле твоей встретил я ту деву, помоги мне найти ее поскорее. Избавь меня от колдовских чар и всякой нечисти. Ты мне помог одолеть дэва поганого и теперь не оставляй меня, как не оставлял три года, не дай сгинуть имени моему, тобой возвышенному». Такими словами Зав молил господа.

Утомленный Зав прилег там же на землю, сон одолел его, и предстало перед ним странное видение. Пришла некая женщина, облаченная в белые одежды, красы, под солнцем невиданной, ароматом подобная Эдему[13]. Голос ее был похож на сладостный рокот реки, и слушать ее было невыразимо приятно. Встала она у изголовья его и молвила: «Благословенна будь наша встреча, и да не изменит твоя судьба счастливой стезе! Пусть дни твои будут долгими и да не иссякнет сила в деснице твоей! Ты наш спаситель, посланный небом, ты герой, одолевший дэва, да будет победным твой путь! Подними эту плиту и найдешь там золотой замок и ключи. Этими ключами отвори дверь, за которой сидит моя дочь. Я — ее мать, дэвом с белого света изведенная». Она отдала Заву ключи и исчезла.

Вздрогнул Зав и проснулся. Смотрит, в руках у него ключи. Возблагодарил он господа, встал и направился в тот угол, куда указала ему во сне женщина. Подошел и увидел там плиту из зеленого камня, гладко отесанную и прекрасную. Не из простого камня была та плита, а из чистого изумруда. Перевернул Зав плиту и увидел замок. Потекли тут у него из глаз слезы радости. Отпер он дверь и видит, сидит красавица, дочь морского царя, и плачет: «Неужто привиделся мне тот витязь? Либо он принял гибель от дэва поганого, либо дэв пал от его руки…» Вошел к ней Зав и сказал: «Не плачь, солнце, вот я пришел к тебе и нашел звезду сверкающую, душу мою осветившую». Взглянула на него дева, такой свет исходил от нее, что не удержался витязь на ногах, упал без чувств. Как увидела дева упавший кипарис, тотчас вскочила, подумала, что от духа дэва поганого свалился юноша, стала обмывать его лик розовой водой и окуривать благовониями. Едва привела его в себя. Очнулся Зав и увидел, что красавица хлопочет вокруг него, вскочил, обнял ее за хрустальную шею и стал целовать в уста, подобные розе, запылал от желания, как от пламени, и не мог побороть его, не в силах он был хоть на миг разомкнуть объятия. Целый день и целую ночь стояли они, обнявшись. Зав пребывал в таком блаженстве, что ему казалось, будто возлежит он на мягком ложе. Но дева, утомившись от стояния на ногах, ослабела и сказала: «Властитель вселенной, покоривший дэва, отчего не отдохнешь ты на ложе хоть мгновение? Ты говоришь, что три года ходил, пока отыскал меня. Теперь ты нашел меня. И пока жива, я не покину тебя. Так отчего же не выпускаешь ты меня из объятий, чтобы я немного отдохнула? От усталости душа моя с телом расстается, клянусь тебе!»

Как услыхал это Зав, сказал так: «Мне кажется, будто всего одно мгновение пролетело, а ты говоришь, что умираешь от усталости. Разве для того я все земли обошел, чтобы тебя убить?» Поднял Зав деву на руки, как дитя малое, и усадил на ложе, расшитое жемчугами и лалами, пропитанное ароматными благовониями. Не размыкали они объятий и предавались сладостной беседе. Потом дева молвила: «Отчего ты так поддался чувству, что не снимаешь доспехов, испачканных в сражении с дэвом, и не даешь отдыха своему стану, подобному кипарису? Отчего не ешь, не пьешь и не спишь? Отчего не сопровождают тебя твои дружинники, отчего не известишь ты их о случившемся? Нехорошо держать их в неведении». Выслушав такие слова, Зав опомнился и сказал: «Истину изволишь молвить, клянусь тобой! Большое войско со мной было, и не знают они обо мне ничего, уже семь дней, как я с ними расстался, должно быть, они и не надеются увидеть меня живым. Нынешней ночью ты поухаживай за мной, дай мне отдохнуть, а завтра я уведомлю горожан Учинмачина о своей победе и поведаю тебе о том, что я свершил и какие беды претерпел, сколько великих царей сделал своими друзьями».

В ту ночь отборными яствами потчевала его дева, богатый пир устроила, отдохнул он на славу. Наутро принесла она мягкие и чистые одежды и нарядила его по-царски. И поднесла ему ключи от сорока комнат с такими словами: «Ключи эти передала мне моя мать и сказала: «Девять комнат я убрала своими руками, там все, что мне нравилось, про эти комнаты даже дэв поганый не знает. Если бог будет к тебе милостив и явится твой избавитель, отдай ему эти ключи, и пусть он увидит твое приданое. Там же лежит письмо, написанное мною. А если никто не освободит тебя, пусть никто туда дороги не отыщет». [И добавила дева]: «Я сама не видела эти комнаты, ключи отдаю тебе — посмотри, что там».

Встали они и открыли первую дверь, которая находилась в той же пещере.

Увидели они много одеяний для царя и царицы из греческой и китайской парчи, тяжелой от драгоценных камней и золотого шитья, такие камни были на тех одеждах, что стоили целого города. И мехов — шитых и не шитых — было множество. Первая комната была набита доверху — и ветру там не пролететь, не то что человеку пройти. Узенький проход оставался посередине, ни стен, ни потолка, ни пола не было видно.

Прошли они первую комнату и отперли дверь во вторую и увидели дивные украшения — не опишешь их словами: ожерелья, браслеты, серьги, венцы и короны из сверкающих камней, красивей и ярче которых не сыскать в целом мире. Поглядели они на все это и вошли в третью комнату, где стояло множество кувшинов для вина и шербета, чаш и всякой посуды, украшенной драгоценными камнями. Четвертая комната была полна жемчугов и самоцветов, каждый такой величины, что в руке не умещался.

В пятой было чистое золото, в шестой — серебро, в седьмой — покрывала и дорогие ковры, в восьмой — шатры и паланкины, расшитые самоцветами, с золотыми столбами и бирюзовыми узорами. В девятой комнате находились заморская парча, атлас, шелка. И там же лежал свиток с перечнем всех богатств, такой длинный, что читающий его утомлялся. Начало гласило: «Кто одолеет поганого дэва и освободит мою дочь, пусть забирает все эти сокровища. Бросать их здесь негоже, да и ей оставаться без них не пристало».

Вышел Зав, взял с собой письмо, и заперли они за собой все двери.

Тут опять настигла их ночь. Остались они ночевать там же.

Когда наступило утро и солнце, излучая свет, поднялось над небесным куполом, сказал Зав своей суженой: «Я пойду проведаю, как там мое войско, и о себе дам знать. Ты оставайся здесь, я скоро вернусь». Спустился Зав с той скалы и вскричал громким голосом: «Кто там ищет меня? Я Зав, сын китайского царя, убивший поганого дэва и освободивший землю от духа его нечистого, от злодеяний его и колдовских чар».

Услышали его люди: оказывается, они находились совсем рядом, но из страха не появлялись. Царь Учинмачина с растерзанными волосами и бородой, с расцарапанными в кровь щеками стоял у подножия той скалы, отчаявшийся, и приговаривал: «Я обреку себя на смерть, если не увижу Зава живым. Не видеть мне светлого дня без него». Как услышал царь голос Зава, подбежал к нему и обвил его колени руками. [Зав] подумал, что царь чем-то другим огорчен, и сказал так: «Отчего ты печален, государь? Нынче время пировать, а не плакать». Царь сказал, что потерял уже надежду увидеть его живым, и поэтому, бросив все, пришел сюда. Тут и войско Зава подоспело, окружили воины Зава, осыпали его драгоценными камнями, возблагодарили бога, что видят его живым, непобедимым врагами, превращающим всякую горечь в сладость.

Разнесся по городу клич победы. Собрались все люди, пребывавшие в радости, стали осыпать Зава драгоценными камнями. Но сказал Зав: «Сначала поглядите на своего врага, а потом начинайте выносить ваши сокровища».

Повел он их в пещеру и показал труп поганого дэва. Удивились и царь, и все вельможи его, и визири величине чудовища, и сказали они так: «Бог послал этого витязя для нашего спасения. Кто другой устоял бы перед ним!»

Повел их Зав в пещеру и показал все, кроме обители своей суженой. Велел царь вынести из пещеры сокровища и отложить их в награду победителю. Но сказал тут Зав: «Я не за тем пришел к вам, сначала украсьте город и царство, чтобы стали они такими, какими были прежде, а потом уж обо мне позаботитесь. Пока я не увижу царя сидящим на богато убранном троне, никуда не уйду».

Пришлись царю по душе эти слова, вызвал он городских мастеров и велел: «Украсьте город и дворец, как прежде бывало». Вынесли из той пещеры множество прекрасных шатров, которые дэв отобрал, поставили их на прежнее место. Двадцать дней и богатые и бедные — все горожане носили из пещеры жемчуга и золото, а сокровищ все не убывало. Если бы вошел в ту пещеру кто-нибудь, сказал бы так: «Здесь богатств нисколько не убыло». И обратился тогда Зав к царю: «Сокровища здесь собраны несметные, носить их не переносить. А у меня есть спешное дело: беспокоюсь я, ибо солнце мое тоскует в одиночестве. А если поведаю вам одну тайну, вы тоже удивитесь».

Заинтересовался царь, и рассказал Зав историю своей любви. Оказывается, царь не знал, какая беда приключилась с его сестрой и зятем — морским царем. Заплакал он громко и стал бить себя по голове, рвать бороду и власы свои, терзать свои одежды и причитать: «О солнце мое безоблачное, заря светлая, благоуханный цветок райский, знатнейшая из женщин, сестра моя, погибшая от руки поганого дэва! Как отныне жить мне без тебя! На что мне жизнь, когда не смог быть тебе полезным!» Потом царь стал оплакивать зятя: «Герой могучий, царь царей! Кто обрушил тебя — скалу неприступную, кто посмел вступить в единоборство с тобой, покоритель дэвов и драконов, сеятель добра! Есть ли еще на свете рыцарь, подобный тебе львиным сердцем! Кому оставлю я престол и венец свой?! Зачем мне этот мир, когда в нем нет тебя!»

Так он причитал, бия себя в грудь, зажигая гневом и жалостью сердца взирающих на него.

Как увидел его отчаяние Зав, горько заплакал, а потом встал и молвил: «Великий и высокий государь! По неразумению своему я причинил тебе такое горе, сообщил о гибели знатнейшей из женщин, твоей сестры — царицы. Но таков этот мир: то радость он приносит человеку, то горе и слезы. Такова обманщица-жизнь. Отныне же, поскольку бог послал нам силы и мы отомстили злодею и освободили от него землю, возблагодарим господа и предадим забвению минувшие беды. Послушайся совета моего — призови сюда сына морского царя, и мы порадуемся, глядя на него. Не время сейчас плакать и горевать, когда бог послал нам радость и отдохновение».

Успокоился царь Учинмачина и поблагодарил Зава: «Тобой да возрадуются престол и венец и все царство! По твоей воле движется земля в день радости! Раз бог пожелал, чтобы такой герой, как ты, стал моим зятем, отныне волосок не упадет с твоей головы. А твоей суженой довольно пребывать в одиночестве. Пока ей лучше не видеть меня, ибо ее, выросшую в одиночестве, может взволновать встреча со мной. Я пойду, а ты отдохни и утешься с любимой. Хочешь — приезжай в город, когда приедет мой племянник, сын морского царя, мы сыграем свадьбу и попируем вволю».

Царь отправился в город, а Зав пошел к своей возлюбленной. Выбежала она ему навстречу, и обрадовались они несказанно, увидев друг друга. Сели они и пировали до вечера. Как только стемнело, выглянули они в окно и увидели возле пещеры множество молодых и красивых девушек, сопровождаемых евнухами. Испугалась красавица — уж не видение ли перед ней. «Не пугайся, утешительница души моей, — сказал ей Зав, — этих женщин прислал дядюшка твой, чтобы они прислуживали тебе. Пойду поговорю с ними».

Вышел Зав, миновал скалы, не нашел там никого, подошел к выходу и увидел толпу прислужниц. Те передали ему привет от царя Учинмачина и его наказ: «Не дождусь дня свадьбы, чтобы встретиться с тобой. Посылаю сорок прекраснейших прислужниц своей племяннице, ибо не подобает ей быть одной. Пусть она отдохнет и развлечется, как угодно ее душе, пока мы к свадьбе приготовимся и пока ее брат, морской царь, приедет. А ты приезжай ко мне, чтобы написать ему письмо». Когда старшая из прислужниц сказала это, Зав обрадовался и велел так: «Я пойду к царевне и доложу ей обо всем, вы оставайтесь здесь, а как услышите мой голос, заходите, иначе спугнете ее, как птицу, не видевшую людей».

Вошел Зав к своей суженой и сказал: «Твой дядя, Царь Настур, прислал тебе прислужниц». Смутилась красавица: «О царевич, я не знаю человеческих законов и царских обычаев. Ты — царский сын и знаешь все порядки, приказывай мне — я подчинюсь». Обнял невесту Зав и расцеловал ее солнечный лик: «О свет очей моих! Ты дочь великого царя и будешь царицей многих великих стран, повелительницей Китая. Не подобает тебе обходиться без свиты. У тебя должно быть много сокровищ, и окружать тебя будут знатные и солнцеликие». Обучил ее Зав и речи царской. А она слушала все и запоминала.

Подошел Зав к дверям и окликнул [прислужниц]. Сам сел рядом с царевной. Вошла старшая из прислужниц, и за ней остальные. Поклонились они до земли и благословили царевича Зава и царевну Маврид: «Бог да поможет вам, властитель солнца и луны, освещающий землю! Пусть избавит он вас и ваше царство от горестей! Благословен будь день, когда мы удостоились чести находиться при вас, и да ничто не помешает нам зреть ваши светлые и счастливые лики». Они поцеловали подножие трона и отошли.

На женщинах были дорогие украшения — серьги, ожерелья, браслеты; если бы кто вошел, сказал бы так: солнце и луна восседают рядом, а вокруг них сияют звезды. Прислужницы поражали своей красотой, речь вели тихую, нрава были скромного. Поцеловали они подножие трона и отошли в сторону, передали царевне Маврид привет от царя Настура и его пожелание. Поблагодарила их царевна, облачила в дорогие одежды и так щедро одарила, что унести все им было трудно. Потом Зав воздал по-царски каждому, кому как подобало, и устроили они пиршество. Услаждали музыканты их слуг игрой на чанги, и пели шаири в честь помолвки и победы Зава. В ту ночь пировали они и сладко утешались.

Когда наступило утро, Зав встал, нарядился по-царски и сказал Маврид: «Я пойду к царю Настуру, мы отправим послание твоему брату. А ты не скучай, отдыхай и веселись. Я скоро вернусь, ибо не вынесу разлуки с тобой». И отвечала Маврид: «Ступай и делай то, что подобает тебе. Не беспокойся обо мне. Я по милости твоей избавилась от беды и не знаю недостатка в утехах и радостях».

[13] Эдем — здесь и далее рай, райские кущи.