- Этот идиот ее убил! - повторил Гаррисон и машинально выпил.
- И этот идиот думает, что я так хотел!
- Разве нет? - Рябтсев осоловело привалился плечом к ящику. - Ах да, ты хотел, чтобы он ее трахнул и обещал жениться... Но, знаешь, это сложный, длинный и опасный путь.
- Я потерял трех членов экипажа! - сурово сказал капитан и попытался встать, но снова ударился головой. - Я не могу вернуться.
- Не умеет пить, - сказал Морган, прихватывая Гаррисона за руки. - Забери у него бластер из кобуры, а то застрелится. И как мы полетим без пилота и штурмана?
Рябтсев послушно изъял у капитана оружие, подложил его себе под голову и задремал. Покорный судьбе, инженер еще долго слушал Гаррисона, увещевал, успокаивал, подливал и наконец тоже пристроил спать на ящиках. Самому ему не сиделось, и Морган, облачившись в скафандр, вышел пройтись. Чем-то его волновала эта планета.
- Илай! - прошептал инженер, направляясь к могилам. - Планета Илай. Звучит, вообще-то. Прости, штурман, но планета Вальдшнеп - не звучит. А планета Илай - это звучит. Звучит трогательно, нежно и в то же время тревожно, и...
Дальше Морган забористо выругался, потому что настроение его резко изменилось. Одна из каменных пирамидок, та, что скрывала тело Илая, развалилась. Зачем-то пригнувшись, подвыпивший инженер огляделся. Кто мог это сделать на безжизненной планете? Разве что они за пьянкой не заметили землетрясения... Однако Морган все время разливал и этот вариант отверг - его не качало.
- Тебе не лежится, Илай? Ты не упокоен?.. Эх, надо, надо было поставить крест! - Морган, достав бластер, осторожно приблизился.
Еще два камня, один за другим, скатились вниз. Их что-то выталкивало. Приглядевшись, инженер увидел, что камни покрыты чем-то вроде плесени. Трогать ее он побоялся, а вместо этого вернулся к кораблю, задраил люк, как следует выпил и лег спать там же, на ящиках с грузом.
Именно по этой причине возвратившемуся Огински пришлось провести несколько часов снаружи - из «Фели» ему просто никто не отвечал. «По трюму» очень повезло: падая с обрыва, Чен не повредила баллоны с кислородом, в противном случае Гаррисон проснулся бы, имея уже четыре трупа. Тем не менее Огински не раз мысленно попрощался с жизнью, и дело было не только в кислороде.
Когда похмельный, пребывающий в глубочайшей депрессии капитан открыл люк и вышел, «по трюму» неподвижно сидел в тракторе, положив на колени бластер, и любовался мрачным, серым рассветом планеты Илай. На появление Гаррисона он не отреагировал никак.
- Эй, Огински, я с тобой говорю! - Капитан потряс суперкарго. - Проверка связи, эй!
- Ты видел могилы?
- Что?.. - Гаррисон растерянно обернулся. Даже отсюда он видел, что каменных пирамидок больше нет. - Ты зачем это?..
- Это не я. - Огински встал, потянулся, насколько позволял скафандр. - Кто-нибудь еще жив?
Капитан попытался почесать голову, ушиб палец и только теперь заметил пустой скафандр рядом с «по трюму». Он схватил его и рассмотрел, будто пытаясь найти в нем Чен.
- Где она?
- Отнес на кладбище.
Огински, покачиваясь, направился к кораблю. Тени быстро укорачивались, и Гаррисон смог рассмотреть возле могил тело в красном комбинезоне. Он пошел туда, зачем-то решив достать бластер, и не нашел его в кобуре.
- Кэп! - В наушниках послышался хриплый голос Рябтсева. - Я тебя вижу. У меня три новости. Во-первых, Огински вернулся сам не свой. Во-вторых, Морган бредит ожившими мертвецами. В-третьих, этот подонок все допил. У нас больше ничего нет и пора отсюда убираться. Ты меня слышишь?
- Где мой бластер?
- У меня. Слушай, не ходи туда, а? Потом вместе прогуляемся. Надо немного кофейку попить, как ты думаешь?
Не отвечая, Гаррисон продолжал идти. Смерть Чен окончательно добила его и без того расшатанную психику. Не то что возвращаться - думать о Земле не хотелось. Фирма, семья, кредиты... Да пропади оно все пропадом! Чем жить для этого, так лучше не жить вообще.
Пирамидки были развалены, а на камнях, в радиусе пары десятков метров, повсюду виднелась серая плесень. Капитан ее сперва не заметил и теперь стоял прямо на ней. Там, где покоился Илай, слой плесени был особенно толстым. Когда Гаррисон нагнулся, он легко рассмотрел шевелящиеся ростки в полпальца длиной.
- Мох, что ли?.. - Он повернулся к «по биологии», но Чен больше ничем помочь не могла. Плесень или мох полностью покрывали ее лицо и руки. - Ну, значит, что тебе сказать? Мне жаль, что так вышло. Хотя, честно говоря, мне уже наплевать.
- Ты там с Чен разговариваешь? - Рябтсев в наушниках шумно прихлебывал. - И что за мох?
- Серый. Мох, или плесень, или грибки... Я не разбираюсь. - Капитан вышел из серого круга и присел на корточки. - Слушай, Рябтсев, а он расползается. Прямо на глазах. Очень быстро. Через пару часов, наверное, будет у корабля.
- Сейчас я кофе допью, а потом мы выйдем и сожжем этот мох. Морган, слышишь? Там просто мох какой-то. Инопланетная форма жизни. Это - премия, да еще какая! Кэп, а что с трупами?
- Наверное, он их ест, этот мох. Нет, Рябтсев, мы ничего выжигать не будем. Он... - Гаррисону нелегко дались эти слова, но так он чувствовал: - Он красивый.