— Нет! Не может такого быть. Никто не в силах будить мертвых.
Хейс в задумчивости потер усталые глаза.
— Возможно, я погорячился, — признал он. — Наша история знает лишь одного человека, который мог оживлять мертвецов. И то, что из этого вышло, было ужасно. — Хейса передернуло.
Мне хотелось расспросить его толком, но целитель вдруг устремился к двери со словами, что его ждет много работы.
Не на шутку обеспокоившись, я всматривалась в недвижное тело девочки. Кажется, стоило мне освоить новое умение — исцелять — как его уже нельзя было погасить ни на миг. Сквозь одеяло и кожу я отчетливо видела переломы, ушибы и раны — все они пульсировали тревожным красным светом. Чем дольше я всматривалась в этот свет, тем больше он меня поглощал, чужая боль вливалась в мое тело. И внезапно затопила полностью.
Я рухнула на пол, свилась в клубок, крепко зажмурилась. Краем сознания я понимала, что боль мне только чудится, но с перепугу все равно пыталась отогнать ее, прекратить эту пытку. Рванула из источника нить магической энергии — да так, что магия хлынула в меня и переполнила. И вырвалась наружу, как внезапно вспыхнувшее пламя рвется из открытых окон.
Отпуская энергию, я закричала. Пронзительный крик отдался от стен и потолка — а на меня снизошло огромное облегчение, боль мгновенно утихла. Без сил, едва дыша, я осталась лежать на полу.
— Элена, что с тобой?
Я открыла глаза: надо мной склонялся встревоженный Хейс.
— Н-ничего. Все хорошо. Как Тьюла?
Он поглядел на девочку:
— Прекрасно.
Я села, придерживаясь за край постели, на которой лежала Тьюла. Комната покачнулась, стены поплыли по кругу, но быстро остановились.
— Что случилось? — спросил Хейс.
Надо было признаться, что я утратила контроль над магической силой, что вмешался инстинкт самосохранения и я бессознательно отреагировала на боль. Впрочем, это было не совсем так, да и признаваться в утрате контроля слишком опасно. Неуправляемый выброс магической энергии может повредить источник, и Магистры будут вынуждены меня убить. Нет уж. Я. плотно сжала губы, пытаясь призвать к порядку разбегающиеся мысли. Да и Хейс уже думал о другом:
— Ты залечила ей еще два пальца. — Он стоял у постели, приподняв руку Тьюлы, и осматривал ее со всех сторон. Затем повернулся ко мне, сурово нахмурив брови: — Не следовало упражняться одной, без меня. То-то и кричала так ужасно. Собрала слишком много энергий — вот и пришлось ее выплеснуть, А теперь лежишь, сил нет подняться. Впрочем, эту ошибку совершают все новички. Да, тебе еще учиться и учиться, как держать свою магию в узде.
Хейс помог мне подняться, и сердитое выражение — напускное, по-моему, — уступило место искреннему облегчению.
— Ты обладаешь способностью исцелять, но тебя нельзя оставлять без присмотра. Я поначалу ошибся, вообразив, что ты — Ловец душ. — Хейс хохотнул: — В следующий раз дождись меня. Договорились?
Я лишь кивнула, не решаясь открыть рот. Не подвел бы голос...
Поддерживая меня, Хейс направился к двери:
— Иди отдыхай. Вероятно, ты несколько дней будешь испытывать слабость.
Ноги заплетались и держали с трудом. Я едва дотащилась до крыла подмастерьев. По пути я снова и снова припоминала все происшедшее и, когда рухнула на постель, я уже почти убедила себя, что объяснение Хейса верно. Почти совсем убедила.
Усталость не отпускала весь следующий день. Утренний урок с Бейном прошел как в тумане. Днем я была не в силах читать, а просто спала. Вечером тоже неодолимо, клонило в сон, и я дремала, покачиваясь на спине у Кики, пока до сознания не дошел громкий крик Кейхила:
— Элена!!!
Очнувшись, я поглядела на него, словно увидала впервые за вечер. Когда-то белая рубашка была покрыта грязью и конским волосом, промокла от пота и липла к мускулистому телу. На лбу собрались сердитые складки. Кейхил что-то говорил, но, я не сразу разобрала слова.
— ...мыслями где-то далеко, спишь на ходу — в конце концов шею себе свернешь.
— Шею сверну?
— Вот именно. Когда заснешь в седле и свалишься. — Кейхил сдерживался и не орал, но по тому, как вздрагивали его стиснутые кулаки, видно было, что у него руки так и чешутся вколотить в мою сонную голову немного здравомыслия.
«Лавандовая Дама устала, — подтвердила Кики. — Забыла яблоки».
— Элена, иди-ка домой. — Кейхил взял у меня поводья, придержал кобылу, пока я слезала на землю.