Русская Америка: открыть и продать!: читать начало книги онлайн

Но и о конвенции я подробно расскажу значительно позднее...

Я, кстати, говорил выше о двух унизительных договоренностях. Так, второй была англо-русская конвенция сходного смысла. Но и о ней — в свой час.

А пока что нам предстоит совершить еще одну «временную пет-

179

лю» и вернуться в год 1808-й и даже пройти дальше — в самое начало XIX века, и даже еще дальше — в конец века XVIII.

Заглянуть в то время нам надо потому, что мы говорим о ситуации уже двадцатых годов XIX века, а все еще не разобрались с истоками и начальным периодом русско-американских связей. Заодно мы познакомимся и с теми некоторыми обстоятельствами мировой истории, которые имеют касательство к теме отнюдь не слабое.

Итак, конец века XVIII...

Официальных дипломатических отношений между Россией и США тогда еще установлено не было. Фрэнсис Дейна, прибывший в сопровождении юного Адамса в екатерининский Петербург 16 (27) августа 1781 года как первый дипломатический представитель американских Штатов, за два года так и не смог вручить императрице верительных грамот и имел статус «частного лица, путешествующего с целью ознакомления со страной»... Россия признавала США лишь де-факто.

Более удачливым оказался Л. Гаррис, прибывший в Россию осенью 1803 года и 16 (28) октября признанный в качестве американского консула.

В 1804 году началась переписка Александра и президента Джефферсона, а осенью 1807 года Джефферсон через посланника в Лондоне Монро (того самого) предложил установить прямые дипломатические отношения.

В апреле 1808 года министр иностранных дел Николай Петрович Румянцев (акционер РАК, к слову) известил Гарриса о назначении Андрея Яковлевича Дашкова генеральным консулом в Филадельфии и поверенным в делах при конгрессе США. А через год Федор фон дер Пален был назначен уже первым чрезвычайным посланником и полномочным министром России в США. 14 (26) июня 1810 года он представился президенту США.

Еще раньше, 5 ноября 1809 года, посланник Джон Куинси Адамс вручил русскому императору те верительные грамоты, которые когда-то шеф Адамса — Фрэнсис Дейна так и не смог вручить бабке Александра.

В то время Россия была единственной великой державой, к США действительно лояльной. Причина этого мне понятна плохо, потому что единственная зона, где мы соприкасались, а именно — русская часть Тихого океана, была однозначно зоной конфликта по вине исключительно американских подданных.

Но Петербург почему-то видел в Америке — при всей ее тогдашней военной слабости — своего рода соперника Англии. В инструкциях 1810 года Палену граф Румянцев писал, что в американских интересах «если и не положить предел осуществляемому Великобританией на море пагубному деспотизму, то по крайней мере его ограничить»...

Мы тогда уже четвертый год вели с Англией чисто морскую и скорее символическую войну. Но даже с учетом этого надежды Румянцева на США выглядят странно... К моменту написания его инструкций американский флот был просто жалок — его гордость составлял сорокашестипушечный «Эссекс» постройки 1799 года... Плюс канонерские лодки для охраны побережья... И с такими силами пытаться хотя бы ограничить морской «деспотизм» Британии?

Тут Румянцев явно давал маху, как и сам его царственный шеф. Однако Россия была неизменно дружественна к США, имея в ответ со стороны Америки выдержанную в лучших демократических традициях, но все-таки сдержанную благодарность на словах и черную неблагодарность на деле. Янки пытались вести себя в наших американских владениях как на собственной (тогда еще, к слову, и не очень-то большой) территории. Отсюда и трения, и споры по поводу нарушения американскими подданными прав русских подданных.

Однако возникали планы и совместной торговли... К началу XIX века США импортировали товаров на полтора миллиона долларов. Что-то они, естественно, и экспортировали.

Инициативу торговых отношений России непосредственно с США надо отдать, пожалуй, купцу Ксенофонту Алексеевичу Анфилатову. В 1806 году он получил от правительства ссуду в 200 тысяч рублей и снарядил за океан два корабля (отечественной, между прочим, постройки). Один потерпел крушение у Ревеля (эстонцы сейчас называют его Таллином). Второй привез из Штатов ром, кофе, какао, сандал, гвоздику, перец, сахарный песок, шоколад, лавр, корицу, индиго и еще кое-что по мелочи...

Я прошу обратить внимание на состав этих товаров, добрых две трети которых были явно реэкспортными, и все — «колониальными», а не промышленными.

Далее дела у Анфилатова не заладились, однако янки уже сами стали посылать свои корабли в Архангельск и устраивать там свои конторы...

В марте 1810 года первое американское судно пришло из Балтимора в Одесский порт, о чем генерал-губернатор Новороссийского края герцог Ришелье докладывал министру коммерции Румянцеву.

К 1811 году уже велась активная торговля, в которой участвовал и Фрэнсис Дейна-младший, вице-консул в Архангельске. В этом году разрешение на заход в российские порты получили полторы сотни судов под американским флагом, а на деле их было еще больше, потому что часть американских судов плавала под флагами других стран. Уже тогда!

Объем американского экспорта достиг 6,1 миллиона долларов. Сумма по тем временам очень приличная.

Но с учетом уже «списка Анфилатова» она требует пояснения... Скажем, в это же примерно время в Бразилию Штаты завезли товаров на 1,6 миллиона долларов. США были тогда преимущественно аграрной страной, Бразилия — чисто аграрной. Поэтому объем экспорта США в нее был невелик, но и он более чем наполовину состоял из фабрикатов европейского происхождения.

Для США это был фокус традиционный, и он даже имел свое название — «треугольная торговля»...

Начало ей положили коммерсанты Новой Англии еще в XVIII веке. Они имели свою прибыль с того, что вывозили в порты Гвинейского залива ром и «африканское железо» (всякие мелочи и т.п.), приобретали за них рабов, везли их в Вест-Индию, продавали или меняли рабов на сахар и патоку, а потом возвращались с этим грузом в Новую Англию, чтобы из патоки и сахара выгнать ром для следующего «челночного» тура...

То есть и в случае с Россией это была во многом все та же «треугольная» торговля, только — в европейском исполнении. В 1811 году стоимость реэкспортных товаров, которые американцы перепродавали в Россию, превышала стоимость товаров американского производства в 2,8 раза!

Показательна при этом и структура экспорта: хлопок, сахар, кофе... Товары, повторяю, чисто «колониальные»... .

Зато Россия поставляла за океан не только традиционные лен и пеньку, но и промышленные товары — высококачественное уральское железо, мануфактуру, морские снасти. Америка-то была в промышленном отношении развита слабо. И еще более слабыми были в начале века ее вооруженные силы.

Не имея подлинного воинского духа и серьезных боевых традиций, янки не верили и в силу России. Пребывающий в Петербурге Джон Куинси Адамс доносил в мае 1811 года госсекретарю Монро о надвигающейся франко-русской войне, а в августе уже считал ее неминуемой.