– Мы вдвоём, – отозвался Зинсер.
– Что это за… кто он такой?
– Один мой приятель. Он… он выживет?
– Откуда я знаю? – резко ответил врач. – За всю свою практику не видал ничего подобного. – Он шумно фыркнул носом. – У этого молодца двойная система кровообращения. Две замкнутые кровеносные системы, у каждой своё сердце. И кровь в артериях выглядит как венозная, вся синяя. Как его угораздило разбиться?
– Он съел полкоробкн аспирина из моей аптечки, – сказал Джек. – От аспирина он пьянеет. Ну и вот… схватил машину и полетел.
– Пьянеет от аспирина? – Врач внимательно посмотрел на Джека, потом на Зинсера. – Не стану спрашивать, не дурачите ли вы меня. Всякий врач почувствует себя дурак-дураком, стоит только посмотреть на этого… на это существо. Давно у него рука в лубке?
Зинсер посмотрел на Джека.
– Примерно восемнадцать часов, – ответил Джек.
– Ча-сов?! – врач покачал головой. – Я бы сказал, восемнадцать дней, все отлично срослось. – И, прежде чем Джек успел вставить хоть слово, прибавил: – Ему нужно сделать переливание крови.
– Но вы же не можете!… То есть… у него такая кровь…
– Знаю. Сделал анализ. У меня там два лаборанта стараются получить плазму, более или менее подходящую по химическому составу. Они не поверили ни единому моему слову. Но переливание необходимо. Я дам вам знать.
И он вышел.
– Удаляется сбитый с толку медик, – пробормотал Джек.
– Он хороший доктор, – сказал Зинсер, – я давно его знаю. А вам каково было бы в его шкуре?
– Господи, ну, конечно, я бы тоже растерялся! Хемфри, я просто не знаю, что буду делать, если Мяус погибнет, – Вы так к нему привязались?
– И привязался, конечно. Но подойти вплотную к встрече с новой культурой, с иным разумом, и тут же остаться ни с чем – это уж чересчур.
– Да, эта его ракета… Джек, если не будет Мяуса, чтобы растолковать нам, как она устроена, я думаю, ни одному учёному не создать такую. Всё равно, как… как, скажем, вручили бы оружейному мастеру из древнего Дамаска, допустим, вольфрам и сказали – сделай нить для лампочки накаливания. Останется у нас этот аппарат и будет посвистывать, когда тянешь его к земле… точно в насмешку.
– А телепатия? Наши учёные-психологи ничего бы не пожалели, лишь бы в ней разобраться!
– И потом, откуда он? – взволнованно подхватил Зинсер.
– Он ведь не из нашей солнечной системы. Значит, они там нашли какую-то энергию для межзвёздных перелётов или даже научились искривлять пространство и время, вон как наши фантасты пишут…
– Он должен жить, – сказал Джек. – Должен, вот и все, или пет на свете никакой справедливости. Нам столько всего надо узнать! Слушайте, Хемфри… раз он на Земле… Значит, когда-нибудь с его планеты прилетят и другие.
– Гм… А почему они раньше не прилетали?
– Может, и прилетали…
– Слушайте, – сказал Зинсер, – надо нам докопаться…
Тут вернулся врач.
– Похоже, что он выкарабкается.
– В самом деле?!
– Как сказать. В этом красавце нет ничего всамделишного. Но, судя по всем признакам, он поправится. Отлично поддаётся лечению. Что ему можно есть?
– Да то же, что и нам, я думаю.
– Ах, думаете. Кажется, вам не так уж много про него известно.