— А мы там вдвоем поместимся?
— Там впятером можно отсидеться.
— А потом как?
— Что потом? — стал злиться Витька.
— Как вылезем оттуда? Немцы ведь кругом!
— Вот дурья голова! Скоро вечер, стемнеет. Уйдет эшелон, и немцы снимут охрану. Мы выберемся — и в лес! Дорогу на хутор я знаю.
Гошка напряженно раздумывал. Витькин план ему понравился, но он не хотел и капли риска.
— Для чего здесь эта вагонетка? — спросил он.
— Сам бог дам ее послал!
— На этой вагонетке уголь к паровозу возят, — сказал Гошка. — Где гарантия, что не поднимут вагонетку, пока мы там будем сидеть?
— Гарантию часовой завод дает…
— Найдут под вагонеткой — сразу капут, — сказал Гошка.
Паровоз свистнул совсем близко. Над деревьями клубился белый дым. На всех парах мчался к станции порожняк. За новой порцией людей.
На перрон вышел дежурный в красной фуражке. Он равнодушно взглянул в ту сторону, откуда должен появиться состав, и зевнул. В руках у дежурного флажки. Все так же, как и до войны.
— Двум смертям не бывать, а одной не миновать, — сказал Витька, поднимаясь. — Говорю, все будет как по нотам.
Гошка все еще колебался; чтобы оттянуть решающий момент, он сказал:
— Я капитана Никонова в лесу встретил… Ну, помнишь, который нас в теплушку взял? Он про вас спрашивал…
— Никонов? Как же, помню, — пробормотал Витька, озираясь. — Только бы охранники на ту сторону не перебрались…
— А что? Они могут и под вагонетку…
Гошка не договорил: за их спинами раздалась короткая очередь.
Буянов сунулся лицом в траву и замер. Ему показалось, что выстрелили в них. Когда Гошка открыл глаза, состав прибывал на станцию. Немец, который сидел на бревнах, опустил автомат и достал из кармана сигареты, а за водонапорной башней, у казарменной изгороди, корчился на земле парень в белой рубахе. Он хотел перелезть через изгородь и огородами уйти к лесу.
Витька положил Гошке руку на плечо.
— Как остановится, сразу под вагон, — сказал он. Гошка сбросил руку с плеча. Лицо у него было бледное, в глазах — дикий ужас. Он дрожал, будто в ознобе.
— Ты видел? — прошептал он. — Убили…
Обдав жаром, прошумел мимо паровоз. Вагоны замедляли бег. Шипели тормоза. Охранники поднимали с пустыря людей. Немец перестал плеваться семечками и вышел на перрон.
— Ну, приготовились, — сказал Витька.
— Ни за что! — визгливо крикнул Гошка. — Ни за какие деньги!
— Замолчи, дурак, — Витька схватил его за ворот и встряхнул. — Это единственный шанс спастись… Да возьми себя в руки, тряпка!
— Что тебе от меня надо? — не помня себя, вопил Гошка. — Отпусти!
Состав остановился. К вагонам приближались люди.