Трагедия Тамплиеров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Между тамплиерами и госпитальерами, посвятившими себя одним целям, как казалось, должны были бы существовать братские отношения. К тому же устав Храма предполагал частые контакты между двумя орденами. Тамплиерам разрешалось посещать лагерь госпитальеров. И тот же устав уточнял, что в случае поражения при отсутствии сигнала сбора тамплиеры могли присоединиться к госпитальерам.

Кроме того, во избежание трений между двумя «религиями», как их называли в ту эпоху, запрещалось братьям, изгнанным из одного ордена, вступать в другой.

Но, несмотря на эти примиряющие меры, между тамплиерами и госпитальерами существовало постоянное соперничество. Когда какие-либо две партии сталкивались в Палестине, тамплиеры и госпитальеры никогда не принимали одну сторону. Они были, как говорилось, «естественными соперниками», и между этими братьями-врагами возникли серьезные разногласия.

Христианский мир, как мы можем себе представить, был шокирован, узнав, что ордены тамплиеров и госпитальеров вели междоусобную борьбу вместо того, чтобы объединить силы против неверных. Между тем эти раздоры были неизбежным следствием их образа жизни, который потворствовал возрастанию честолюбия и гордыни. Эти разногласия должны нас удивлять не больше, чем распри между вождями крестоносцев. Во время первого крестового похода и затем в течение нескольких лет после взятия Иерусалима мы видим, как, например, между Раймундом Сен-Жилльским[21] и другими предводителями похода неоднократно вспыхивают яростные ссоры.

Из года в год оба ордена становятся все менее религиозными и все более военными организациями, приобретая всю грубость, высокомерие и гордость, что предполагает подобное превращение. Однако несмотря ни на что, они имели преобладающее влияние в проведении постоянного крестового похода, который они начали в Палестине. Ни одна масштабная операция не проходила без их помощи.

Идеалисты будут сожалеть, что эти два религиозных ордена не сыграли в рамках своих политических и военных полномочий духовную роль, которую, как казалось, предполагал их церковный характер. Но тамплиеры и госпитальеры с лихвой докажут, что они были сначала солдатами, а уж потом монахами, и что дома Храма были скорее казармами, нежели монастырями.

В чем никак нельзя упрекнуть тамплиеров — это в нехватке доблести. Эти воины умели сражаться: они наносили ужасные удары своим врагам и заставляли их дорого расплачиваться за свои жизни. В частности, можно рассказать об отваге Жаклена де Майе, маршала Храма, который в бою проявил такую стойкость, а при поражении такую неустрашимость, что мусульмане, принимая его за святого, предложили сохранить ему жизнь. Изнемогая от ран, тамплиер продолжал наносить удары тем, кто надвигался на него, но, в конце концов, пал, пронзенный множеством стрел. Мусульмане кричали от радости, ибо полагали, что убили св. Георгия[22].

Тамплиеров и госпитальеров мусульмане боялись особенно сильно. После знаменитого сражения при Тивериаде, где Саладин одержал блестящую победу над королем Ги де Лузиньяном[23], победу, положившую конец франкской монархии в Палестине, султан был безжалостен к рыцарям-тамплиерам и госпитальерам. По этому поводу он якобы сказал следующее: «Я хочу очистить землю от этого грязного отродья». Он предложил рыцарям обоих орденов отречься от веры, чтобы избежать смерти. Все они отказались и им тут же перерезали горло. Король Ги де Лузиньян молил пощадить великого магистра, и Саладин уступил его просьбе. Правом казнить тамплиеров обладали служители Ислама.

Казнь Рено де Шатийона была особенно жестокой. Этот необычный человек, князь Антиохии и сеньор Заиордании (совр. Трансиордания) очень часто был товарищем тамплиеров по оружию. Саладин пожелал перерезать ему горло собственным кинжалом, а поэты исламского мира с удовольствием воспевали султана-победителя.

В истории ордена можно найти множество примеров отваги рыцарей.

В 1266 г. во время осады Сафеда Бейбарсом[24] приор ордена Храма, комендант крепости, был вынужден капитулировать. Тамплиеры стояли перед выбором: умереть или отступить от христианской веры. Приор призвал братьев сохранить стойкость и верность, так что все предпочли казнь измене. Султан, пришедший в ярость от этой неустрашимости, приказал содрать живьем кожу с приора ордена Храма, а затем отрубить ему голову.

Благодаря этой храбрости тамплиерам часто доверяли сложные дела (защиту женщин или детей в случае опасности) или задачи, выполнение которых было сопряжено с особой опасностью. Именно им следовало прикрывать христианскую армию при отступлении, составлять арьергард или чаще — авангард войск при марше. Например, во время Второго крестового похода король Франции Людовик VII, окруженный сарацинами возле Латтакия, просил великого магистра Храма взять на себя командование его арьергардом.

К тому же существует письмо того же Людовика VII аббату Сугерию[25], в котором содержится ценное свидетельство в пользу тамплиеров: «Мы не желаем, — пишет король, — скрывать от тебя те многочисленные почести, те знаки уважения и ту помощь, которые братья ордена Храма оказали нам и нашим соратникам после нашего приезда на Восток. Мы не представляем и даже не можем представить, как без их помощи и поддержки, в которых мы никогда не испытывали недостатка, мы сумели бы существовать в этой стране, каким бы кратким ни было наше пребывание в ней. (…) Мы не можем передать, какое рвение, какую любовь рыцари Храма проявляют по отношению к нам на Востоке. Поэтому те оскорбления и вред, которые им были бы нанесены, мы должны считать своими или даже еще более тяжкими, и направить все наши силы на то, чтобы отомстить за них».

Вот свидетельство храбрости и преданности, о котором следовало бы вспомнить Филиппу Красивому, когда он прислушался к наговорам, целью которых было подорвать репутацию ордена Храма.

Глава IV. Конец эпопеи крестовых походов

Мы могли бы шаг за шагом проследить историю участия тамплиеров в палестинских войнах. Но, повторим еще раз, мы не ставим перед собой такую задачу, ибо орден храмовников не играет достаточно важной роли в этих однообразных операциях, которые только слегка расцвечены нападениями Саладина и Бейбарса.

Мы знаем, как Саладин захватил Святой Город в 1187 г., меньше чем через век после начала первого крестового похода. Все попытки христиан отвоевать Иерусалим окончатся неудачей, первой такой попыткой будет поход Ричарда Львиное Сердце в 1192 г.

Сто лет спустя после неудачного маневра короля Англии крестоносцы потеряли одну за другой все свои крепости в Палестине; у них остались только города Акра, Сидон, Тир и Бейрут. Акра стала сосредоточением сил христианского сопротивления. Чтобы укрепить западный гарнизон, туда перешли тамплиеры, госпитальеры и рыцари Тевтонского ордена.

Весной 1291 г. мусульмане окружили город, но главный штурм начался только 16 мая. Он окончился провалом, в частности, благодаря вмешательству тамплиеров. Новая атака началась 18 мая и обернулась долгой рукопашной схваткой. Крестоносцы понимали, что им нужно было защитить последний оплот Святой Земли. Тамплиеры и госпитальеры действовали необыкновенно слаженно. Перед лицом смертельной опасности враждующие братья полностью примирились. Великий магистр ордена Храма, Гильом де Боже, пал в сражении. Неприятель шаг за шагом овладевал городом. Акра, последний бастион христианства в Леванте, доставалась мусульманам, систематически разрушавшим, все, что попадалось на их пути.

Большому числу осажденных удалось сесть на корабли, чтобы отплыть на Кипр, в Грецию или Армению. Тамплиеры, госпитальеры и тевтонцы еще некоторое время продолжали оказывать сопротивление. В конце концов, в разрушенном городе остались только полностью окруженные тамплиеры. Они укрылись в башне собственной резиденции, служившей убежищем женщинам и детям. Основательно забаррикадировавшись, они сумели продержаться в течение многих дней. Несмотря на смятение и страх, царившие в этом последнем оплоте, там произошло избрание великого магистра: голосующие единодушно остановили свой выбор на монахе Тибо Годене, который был заместителем Гильома де Боже. Вскоре мусульмане бросили все свои силы на башню ордена Храма. Султан предложил тамплиерам сдаться, и последние согласились, попросив пощадить женщин, которых они охраняли, и позволить всем взойти на корабль. Это было им обещано. Тем не менее женщины были изнасилованы победителями; увидев это, тамплиеры вновь взялись за оружие, убили три сотни мусульман и возвратились в башню, которая незадолго до этого была подкопана. Когда на стены со всех сторон начали взбираться враги, башня рухнула, похоронив под собой и осаждавших, и осажденных. Тогда мусульмане обратили свой садистский пыл на Клариский монастырь.

Акра, Тир, Сидон и другие прибрежные города были разорены победителями.

То был конец великой авантюры крестовых походов.

В то время как тевтонские рыцари возвращались в Европу, около десяти тамплиеров, спасшихся после падения Акры, укрылись в Лимассоле, на Кипре, где уже находились несколько госпитальеров. Ранее Кипр принадлежал им, когда они купили его у Ричарда Львиное Сердце. Но некоторое время спустя они перепродали его Лузиньянам. Тамплиеры, вынужденные бездействовать, оказались «в положении регулярной армии, получившей известие о заключении всеобщего мира» (Молла).

Оба великих магистра в течение нескольких лет были заняты тем, что восстанавливали силы своих орденов.

В 1298 г. монах Годен умер, и место главы ордена занял Жак де Моле, бургундец из диоцеза Безансона.

В следующем году Жак де Моле вместе с госпитальерами принял участие в недолгом походе против мусульман, подготовленном татарским ханом Газаном. Жак де Моле возглавил один фланг татарской армии. Новые союзники недалеко от Хомса одержали победу над султаном Египта Малик-Назиром. Но они нашли города Палестины разграбленными, опустошенными, разрушенными. Татарский хан призвал на помощь христианских князей Европы, однако вскоре должен был вернуться в свои земли.

Предоставленные сами себе тамплиеры и госпитальеры были не в состоянии оказать сопротивление неизбежному наступлению султана Египта. Они были вынуждены вернуться на Кипр, где им очень скоро стало тесно.

Король Кипра Генрих II не проявлял особой благосклонности и радушия по отношению к военным орденам. Тамплиеры и госпитальеры, размещавшиеся в одном небольшом городе, стали подумывать о том, чтобы покинуть эту негостеприимную землю. Госпитальеры вторглись на остров Родос.

Что касается тамплиеров, то они укрылись на Сицилии, откуда начали поход на Грецию. Они взяли Фессалоники и Афины, но ограничились лишь тем, что ограбили побежденных, оставив покорившиеся города сицилийцам.

Именно тогда тамплиеры, оставшиеся в живых после событий в Леванте и в Средиземноморье, отправились во Францию, чтобы присоединиться к тем братьям, которые с момента основания ордена никогда не покидали Западной Европы. Армия возвращалась в свои гарнизоны, то есть в основанные за последние двести лет практически повсюду в этих краях командорства.

[21] Раймунд Сен-Жильский — граф Тулузский в 1045–1105 гг., один из предводителей первого крестового похода. Во время похода неоднократно ссорился с другими баронами из-за власти над захваченными в Святой Земле городами. (Примеч. ред.)

[22] У мусульман долго существовало нечто вроде культа св. Георгия. В Ливане турки возвели мечеть на том месте, где, по их мнению, св. Георгий победил змея, который должен был проглотить дочь князя Бейрута. (Примеч. авт.)

[23] Ги де Лузиньян — иерусалимский король в 1186–1187 гг., потерпел поражение в битве с египетским султаном Саладином (1187 г.), после которой почти все Иерусалимское королевство было захвачено мусульманами. (Примеч. ред.)

[24] Бейбарс, четвертый мамлюкский султан Египта. (Ум. 1151 г.) (Примеч. авт.)

[25] Сугерий — аббат монастыря Сен-Дени, советник французских королей Людовика VI и Людовика VII. (Примеч. ред.)