«Что это? — испуганно мелькнуло в ее голове. — Откуда? Раньше никогда не было».
Андрей закрыл глаза.
— Как спокойно с тобой. Я бы заснул вот так. Знаешь, я почти не сплю.
Она погладила его волосы.
— А где Николай?
— Николай в Брюсселе, — Андрей поднял голову и оживился. — Там было очень хорошо. Мы ездили играть в Остендэ. Сначала мне повезло, а потом я все проиграл. И тогда мы опять перебрались в Брюссель. Там очень хорошо.
— Зачем же ты вернулся?
Он боязливо оглянулся на дверь.
— Тут осталось пальто.
— Пальто? Какое пальто?
— «Его» пальто. Мы забыли сжечь его. Могли найти. Костюм мы сожгли, а пальто забыли.
Он обнял ее крепче, как будто защищая ее.
— Ты не бойся. Тебе ничего не сделают. Ведь ты ни о чем не знала.
Она слабо покачала головой.
— Я не за себя.
— Когда я уехал, — быстро продолжал он, — Николай остался совсем без денег. Он хотел продать жемчуг и попался. Я узнал из газет.
Он перевел дыхание.
— Теперь конец.
— Конец, — повторила она тихо, не то соглашаясь, не то спрашивая.
Они сидели за столом, крепко обнявшись. Голова его лежала на ее плече. После бессонной ночи в вагоне хотелось лечь, вытянуться. Электрический свет неприятно слепил глаза.
— Лиза, — он сжал ее руку в своей. — Мне следовало бы сейчас же отослать тебя обратно к тому. Но я не могу. Будь доброй. Ведь ты ангел, мой ангел-утешитель. Останься со мной до вечера. До последнего поезда, — он прижал ее руку к губам. — Но если ты боишься, Лиза?..
Она зажала ему рот ладонью.
— Молчи. Я не уйду от тебя.
Он наклонился и заглянул блестящими умоляющими глазами в ее глаза.
— Ты останешься со мной до вечера? Обещаешь?
— Обещаю.
Его бледные щеки порозовели, он встал, взял с буфета путеводитель. Тот самый путеводитель, который перелистывал Кромуэль в последний вечер.
— Как называется твоя станция?
— Vieux Rouen[137].
Страницы быстро зашуршали.
[137] Vieux Rouen — Старый Руан (фр.).