— Шуточное ли дело? Десять километров отмахала. Такая маленькая, — старик протягивает ей кусок хлеба с сыром. — На, съешь. Еще не скоро домой доберешься. Всех клиентов сначала объедем.
Лиза молча отталкивает его руку.
Начинается дождь. Старик накрывает, чтобы не промокли, картофель, Лизу и курицу брезентом.
Двуколка останавливается уже в пятый раз. Громыхают бидоны. Молочница уже в пятый раз подробно рассказывает, как она поймала девочку. Потом приподымает брезент и показывает ее. Лиза забивается в угол. Любопытные глаза рассматривают ее.
— Какая хорошенькая. Вы говорите, злая?
— Настоящий волчонок. Цапнула меня за палец.
— Совсем дикая. Русская.
— Да что вы? Как интересно.
Лиза старается спрятаться за мешок с картофелем. Волчонок. Да они смотрят на нее, как на дикого зверя в клетке. Хорошо еще, что окурков в нос не суют.
Перед калиткой пансиона стоят горничные.
— Поймала, — еще издали кричит им, торжествуя, молочница. — Поймала вашу барышню. Вот она.
Лизу высаживают.
— Уже в полицию заявили. Всюду ищут.
Лиза качает головой. Колени подгибаются. Горничная подхватывает ее.
— Лиза, Лизочка! — Наташа громко плачет, прижимая ее к себе, целует ее волосы, лицо, руки. — Деточка моя, как ты меня напугала. Я думала, что ты утонула, Лизочка.
Лизу несут в комнату, укладывают в постель.
— Господи, — ужасается Наташа, — десять километров.
— Уши бы тебе оборвать надо, — говорит дядя Саша. — На ключ теперь запирать буду.
Наташа снова целует ее.
— Лизочка, отчего? Разве тебе плохо с нами?
Лиза тяжело открывает глаза.
— Нет, — говорит она медленно. — Я хотела в Гавр. На пароход, в Россию, — и вдруг всхлипывает. — Пострадать.
— Пострадать? — переспрашивает Наташа.
— Вот оно что. Пострадать, — дядя Саша ласково дергает ее за нос. — Ах ты, курица. Что же, ты думала, с тобою там возиться станут? Просто обрили бы, как каторжницу, и в комсомол отдали бы.
В соседней комнате слышен смех. Как? В Россию? Пострадать?
Лиза прячет в подушку красное лицо. Какой стыд! Какой стыд! Все знают. Все смеются над ней.
Ветер трясет ставни. Дождь стучит по крыше. Наташа поправляет одеяло.
— Спи, деточка. Какая буря. Что бы ты делала одна, моя беглянка? Ну, ну, не плачь. Спи с Богом.
Она тушит свет и на носках выходит.
Лиза лежит в темноте. Дождевые капли, журча, сбегают по крыше. Ветер стучит ставнями. Море шумит.