— Ну вот еще, — Люка скромно опускает глаза…
— Достань чулки, серые, те, с каемкой, знаешь, и платье серое бархатное, — командует Вера из ванной. Вода шумно бежит из крана, и плохо слышно, но переспрашивать нельзя. Вера рассердится. — Рубашку с кружевом. И все надуши.
Вера выходит из ванной розовая и свежая, совсем не похожая на ту, что сидела здесь на кровати. Вера пудрит плечи, руки и грудь.
— Зачем это?
— А тебе что? Не тебя ведь пудрят.
Мелкая легкая пудра летит по комнате. Люка кашляет.
— И ноги тоже?
— И ноги, — насмешливо отвечает Вера. — Ну, давай скорей рубашку.
— Это все так стараются для портнихи?
— Все.
Люка обдергивает Верино платье.
— Какая ты красивая.
Вера печально качает головой. Маленькие серые перья на ее шляпе дрожат.
— Теперь уже недолго.
— Что недолго?..
Но Вера старательно мажет губы перед зеркалом.
— Мама, я готова. Идем. Скажи, сколько времени еще не будет видно?
— Месяцев пять, даже шесть.
Вера надевает шубу.
— Господи, как мало времени осталось. Ах, как мне надо торопиться жить.
Владимир целует ее руку.
— До свидания, Верочка.
— Я наверное опоздаю к обеду. Знаешь, в магазинах, у портнихи…
— Ничего, Верочка. Я подожду.
Они втроем спускаются с лестницы. Но на улице Вера вдруг останавливается.
— Вот что, — говорит она смущенно, — я передумала. Я лучше поеду одна.
— Хорошо, хорошо, Верочка, — поспешно соглашается Екатерина Львовна. — Я тоже думаю, мы будем тебе только мешать.
— Приходи вечером, мама.
— Как же так, Вера, а мороженое?
Но Вера, не слушая, останавливает автомобиль. Люка подбегает к ней.