— Важно. Я хочу их заработать. Чисткой и уборкой. Начну с плиты, потом займусь кухонным столом и ванными. Мне нужна десятка.
Потрясенная Рия опустилась на стул.
— Десять фунтов? Герти, у тебя должны быть такие деньги. О господи, у тебя же свой бизнес!
— Он знает, что я должна поддерживать порядок в прачечной. Я сказала, что до ланча вернусь с десяткой. А он обещал взамен не шататься у дверей.
— Господи, Герти, возьми десятку. Неужели ты думаешь, что я буду два часа стоять у тебя над душой и следить, заработала ты ее или нет?
— Не возьму.
— Тогда уходи отсюда.
— Что?
— Что слышала. Ты моя подруга. Я не собираюсь платить тебе пять фунтов в час за то, что ты будешь скрести мою кухню и унитазы. Извини, но больше мне сказать нечего. — Глаза Рии сверкали.
Герти чуть не плакала.
— Рия, не будь такой принципиальной. Постарайся меня понять.
— Понимания у меня хоть отбавляй. А вот у тебя нет ни капли собственного достоинства.
— Я пытаюсь его сохранить, а ты мне мешаешь. — Герти выглядела так, словно ее вот-вот унесет ветром. — Ты очень расстроилась?
— Конечно. А теперь бери десятку. Если попытаешься ее вернуть или протянешь руку к швабре, я засуну ее тебе в глотку.
— Рия, у тебя нет причин для расстройства. Ты живешь счастливо. Я не завидую. Ты заслужила свое счастье тяжелым трудом, ты добрая и хорошо относишься к людям, но у тебя все идет как нужно. Попробуй поставить себя на место того, у кого все получается шиворот-навыворот.
Рия проглотила комок в горле.
— Сегодня у моего сына день рождения. Светит солнышко. Конечно, я счастлива. Но быть счастливой каждый день нельзя. Послушай, ты моя подруга. Мы знаем друг о друге всё.
— Ничего мы не знаем, — еле слышно ответила Герти. — Мы не школьницы, а взрослые женщины. Нам уже за тридцать. Я думала, что, если заработаю эти деньги, мы будем в расчете. Извини. Мне очень жаль, что я расстроила тебя в день рождения Брайана. — Она хотела уйти.
— Если не возьмешь десятку, я расстроюсь по-настоящему.
— Ладно. Спасибо, Рия.
— Нет, не так. Давай обнимемся. — Объятие получилось неловким. Худое тело Герти было плоским, как доска. — Знаешь, что было бы лучше всего? Если бы ты позже вернулась с детьми. Придешь?
— Увы, нет. Но не потому что дуюсь на что-то. Просто не могу.
— Ладно, ступай.
— Еще раз спасибо тебе.
— Ты полна чувства собственного достоинства. Как всегда.
— А ты заслуживаешь всего, что имеешь, и даже большего. Поздравь от меня Брайана. — Она ушла.
Со стороны сада в кухню вошла Нора Джонсон.
— Я привязывала к воротам воздушные шарики, чтобы все видели, куда нужно идти, и увидела, что по улице идет леди Райан в дизайнерском наряде. Наверняка хочет предложить свою помощь. Кстати, а где Герти? Она сказала, что почистит старые противни, на которых можно жарить сосиски.
— Мама, ей пришлось вернуться домой.
— А еще говорят, что на друзей можно положиться. Если бы не мы с Хилари, ты бы пропала.