— Конечно. Никакого.
Она чувствовала, что обязана дать какое-то объяснение.
— Понимаете, я искала котенка. Думала, что если незаметно пронесу его и немного подержу у себя… понимаете?
— Понимаю, — серьезно ответил Колм.
— Ну, спасибо за «Святого Климента» и все остальное.
— До встречи, Энни.
Бабушка была просто прелесть; она сохранила для Энни немного сосисок.
— Я тебя не видела, поэтому положила их в духовку, чтобы не остыли.
— Ты молодец. А где все?
— Пошли резать именинный торт. А леди Райан — зажигать бенгальские огни.
— Мама ненавидит, когда ты ее так называешь. — Энни хихикнула и тут же поморщилась от боли в локте.
Бабушка ей посочувствовала.
— Давай промою.
— Бабуля, все уже сделано. Лучше посмотри на тетю Хилари, которая возится с этими противными мальчишками.
— Она любит детей. Принесла большую круглую мишень для игры в «дротики». Тут было жаркое соревнование.
— И что был за приз?
— Какая-то игра. Хилари работает в школе и знает, какие компьютерные игры предпочитают дети этого возраста.
— Бабуля, а почему у тети Хилари нет детей?
— Бог не послал, вот и все.
— Бабуля, ты сама знаешь, что Бог детей не посылает.
— Посылает. Только не прямо, а опосредованно. Так вот, тете Хилари он их не послал.
— Может быть, ей не нравится спариваться, — задумчиво сказала Энни.
— Что? — Нора Джонсон потеряла дар речи, что с ней случалось нечасто.
— Может быть, она решила не проходить предварительный процесс, который бывает у кошек или кроликов. Некоторым людям не нравится сама мысль об этом.
— Таких немного, — сухо ответила бабушка.
— Бьюсь об заклад, так оно и есть. Спроси у нее.
— Энни, поверь мне, о таких вещах людей не спрашивают.
— Бабуля, я сама спрошу. Я знаю, ты этого не можешь. Есть некоторые вещи, о которых ты говорить не в состоянии. Ты просто загоняешь их в дальний уголок мозга, верно?
— Абсолютно, — с огромным облегчением сказала бабушка.
Потом за друзьями Брайана начали приходить родители. Они стояли в саду дома на Тара-роуд, освещенные теплым вечерним солнцем, пока мальчишки возились и колотили друг друга, оттягивая время сна. Энни следила за матерью и отцом, стоявшими в центре группы и передававшими по кругу поднос с вином и маленькими сандвичами с копченым лососем. Все это время папа обнимал маму за плечи. Энни знала от одноклассниц, что родители желают быть друг с другом и заниматься любовью — или как это там называется — даже тогда, когда не хотят детей. Это казалось противоестественным. Более того, ужасным.