Военно-морское соперничество и конфликты 1919 — 1939: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

23 февраля эскадрилья АКП подвергла бомбардировке находившийся в районе Тарапаки колумбийские корабли, повредив канонерки «Cordova» и «Barranquilla». В этом, по тогдашним временам самом крупной в Америке воздушном сражении (против перуанцев в воздух поднялась колумбийская эскадрилья; всего в бою участвовали 25 самолетов), АКП потерял 3 самолета, которые были сбиты.

1 марта Совет Лиги Наций, полностью признав право Колумбии на спорную территорию, предложил создать международную комиссию для временного управления спорным регионом. И этот проект правительство Перу отвергло, так как оно по-прежнему надеялось решить проблему военным путем. Однако инициатива уже перешла в руки противника.

Колумбийские части, поддерживаемые продвигавшейся вверх по Рио Котухе канонеркой «Cordova», 17 марта атаковали деревню Буэнос-Айрес и захватили ее после двух дней боев. Используя то обстоятельство, что основная часть перуанской авиации действовала внутри «трапеции» (20 марта она подвергла бомбардировке колумбийские корабли в Тарапаке и Буэнос-Айрес), колумбийцы начали наступление на верхнем участке Путумайо, заняв 26 марта Пуэрто Артуро и атаковав укрепленный пункт противника в Гвепи (Guepi). Атаку поддерживали канонерки из Каукайи — «Santa Marta» и «Cartagena», благодаря чему 27 марта Гвепи был взят, а его гарнизон, состоявший из 500 человек, разбит и рассеян.

Занятие всех перечисленных поселений позволило Колумбии сделать часть реки снова судоходной и открыть линию снабжения из Пасто в Каукайю; кроме того, это имело большое политическое значение, поскольку означало перенос войны на территорию Перу.

Военные неудачи вызвали возмущение перуанской общественности. Для ее успокоения правительство заявило, что 17 апреля перуанские войска отбили Гвепи у колумбийцев, но это заявление являлось обыкновенным блефом. Однако, чтобы успокоить нарастающую оппозицию, в самом деле требовалась какая-нибудь эффектная победа. Данное обстоятельство стало причиной отправки на Амазонку наспех сколоченной группы кораблей.

В конце апреля 1933 года из Кальяо в «неизвестном направлении» вышли крейсер «Almirante Grau» и 2 подводные лодки типа «R». Ходили слухи, что их целью являются действия против колумбийских портов и судоходства в Карибском море, тем более, что 4 марта эти корабли прошли Панамский канал. Кроме того, в порту Бальбоа, в зоне Панамского канала, стоял в доке на ремонте котлов и машин перуанский крейсер «Colonel Bolognesi». Он вполне мог присоединиться к этой группе.

Однако в официальном заявлении правительства Перу говорилось, что корабли направляются в район конфликта, чтобы атаковать продвигающиеся вверх по Путумайо колумбийские корабли.

После короткой стоянки в Кюрасао, целью которой была очистка подводной части корпуса крейсера (впрочем, голландцы под нажимом США отказались провести ремонт) 8 марта перуанский отряд снова двинулся в путь, зайдя для дозаправки топливом и провиантом в Порт-оф-Спейн, а затем вышла к берегам Гвианы.

Этот рейд вызвал замешательство бразильских властей и сильную обеспокоенность колумбийцев, поскольку один только крейсер своей огневой мощью превосходил всю артиллерию корпуса Кобо (два 152-мм орудия и девять 76-мм, против трех 88-мм пушек и четырех 75-мм). Положение ухудшилось еще и потому, что пребывавший с конца апреля в столице страны Боготе генерал Кобо, по невыясненным причинам сложил с себя командование и снова вернулся во Францию.

Развязать критическую ситуацию помог случай. 30 апреля в Лиме террористы из так называемого Американского Народного Революционного Альянса убили президента С. Серро. В борьбе за власть экспедиция военно-морского флота отошла на задний план. Тем не менее, новый президент, бывший военный министр генерал Оскар Бенавидес, ее не отменил, хотя и согласился на предложение Лиги Наций о приостановке военных действий.

Видимо, он хотел таким образом обеспечить себе более сильную позицию в начинающихся в мирных переговорах, согласие на которые колумбийское правительство выразило 12 мая.

Прибытие перуанского отряда кораблей в район Тарапаки ожидалось 24 мая, однако неприязненная позиция бразильских властей, которые саботировали снабжение его топливом и продовольствием, а также угроза экономических санкций со стороны Лиги Наций вынудили правительство Бенавидеса начать переговоры еще до прихода эскадры.

Поскольку военные действия прекратились, дальнейшее продвижение отряда тоже приостановилось и в сентябре корабли вернулись в Кальяо.

Согласно подписанному 25 мая в Женеве соглашению о перемирии, войска обеих сторон должны были уйти из занимаемых ими районов, а назначенная Лигой Нации международная комиссия (представители США, Бразилии, Испании и Кубы) должна была от имени Колумбии взять на себя административное управление «трапецией» Летисии сроком на один год. Для поддержания порядка в распоряжение комиссии были переданы 150 колумбийские солдат.

Мирные переговоры начались 24 октября 1933 года в Рио-де-Жанейро.

Несмотря на некоторое обострение отношений в апреле 1934 года (когда Колумбия, опасаясь новой перуанской агрессии, послала в Летисию 2 транспортных судна, имевшие на борту 1650 солдат, а Перу направило в порт Рамон Кастильо эсминец «Almirante Guisse») под сильным давлением Бразилии 24 мая 1934 года был подписан мирный договор. Он подтвердил границы, определенные договором Саломона — Лозано, благодаря чему 19 июня 1934 года власть над «трапецией» Летисии снова официально перешла к Колумбии.

Глава 17. ИТАЛЬЯНСКО-БРИТАНСКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ В 1935―1936 гг

«Ничто на свете не происходит без участия военного флота. Флот определяет положение народа в мировой иерархии во время мира, а во время войны, обеспечивая стране свободу действий на море, почти всегда решает судьбу победы сухопутных сил».

Эти слова итальянского диктатора Бенито Муссолини, по совместительству являвшегося еще и министром ВМФ, объясняют стремительное расширение итальянского флота. На его строительство ежегодно выделялось в 1926―30 гг. — 1 миллиард лир, в 1931―34 гг. — 1.25 млрд. лир, в 1935―36 гг. более 1,3 млрд. лир.

Столь стремительный рост морскоё мощи и явное желание превратить Средиземное море в итальянское «mare nostrum» («наше море» — лат.) серьезно беспокоило Францию, но еще больше — Великобританию, которая дотоле господствовала на этом ТВД.

Озабоченность британского правительства еще больше усилилась после того, как французское правительство Пьера Лаваля 7 января 1935 года подписало договор с Италией. В соответствии с этим договором Франция отказывала британскому флоту в использовании военно-морских баз в Южной Франции и Северной Африке в случае вооруженного конфликта с Италией.

Однако Италия создавала мощный флот не только для обороны своих морских рубежей. Он был необходим также и для реализации планов колониальных захватов в Африке и на Ближнем Востоке, то есть в регионах, традиционно входивших в сферу британского влияния и бдительно охраняемых британским Королевским флотом.

Италия, окончательно объединившаяся в единое государство лишь в 1870 году, достаточно поздно вступила на путь колониальных завоеваний. В 80-е годы ХIХ века итальянцы захватили Эритрею и Сомали, однако попытка захвата Абиссинии (Эфиопии) закончилась поражением под Адуа 1 марта 1896 г. Затем в 1911 году, во времена внутреннего кризиса оттоманской империи, итальянцы захватили Ливию. В этой кампании итальянский флот сыграл решающую роль. Он разгромил немногочисленный турецкий флот, обеспечил переброску в Ливию 56-тысячной итальянской армии, своим огнем поддерживал ее действия в прибрежной полосе и сам активно действовал на морских коммуникациях противника, срывая переброску турецких войск.

Теперь, имея уже некоторый опыт в колониальных кампаниях и значительно увеличившийся по своим размерам, итальянский флот должен был сыграть важнейшую роль в новых захватах. Первой целью была избрана Абиссиния — отчасти в плане мести за Адуа, но главным образом по причине имеющихся там природных богатств (уголь, железная и медная руда, золото, соль, кофе, табак, хлопок, сахарный тростник, каучук).

Итальянская Восточная Африка — в виде Эритреи и Сомали — представляла бы серьезную угрозу британским морским коммуникациям в Индию и на Дальний Восток. А Ливия и Абиссиния, охватывающие Египет и Судан подобно гигантским клещам, в свою очередь угрожали бы сухопутным коммуникациям, соединявшим Египет с Южноафриканским Союзом (автострада Каир — Капштадт). Наконец, захват озера Тана (исток Голубого Нила) позволил бы, угрозой реализации проекта поворота течения притоков Нила, оказывать давление на Судан и Египет.

Поэтому Великобритания была весьма заинтересована в том, чтобы Абиссиния оставалась независимой. В июне 1935 года, стараясь нейтрализовать назревающий Итало-Абиссинский конфликт, министр по делам Лиги Наций Энтони Иден (Anthony Eden) предложил Муссолини произвести новый раздел сфер влияния в Абиссинии, что дуче сразу отверг.

В том случае, если бы итальянское вторжение в Абиссинию повлекло за собой войну с Англией, итальянский флот должен был обеспечить достижение политических целей Муссолини. Дуче, зная, что Великобритания добровольно никогда не идет ни на какие уступки, решил принудить ее к этому путем шантажа.

Поэтому он приказал начать интенсивное усиление и расширение уже существующих военно-морских и авиационных баз Генуя, Специя и Ливорно в Лигурийском море; Неаполь, Палермо и Мессина в Ионическом мэре; Бриндизи, Венеция, Фиуме, Триест и Пола в Адриатике), а также строить новые (Маддалена, Кальяри, Сан-Пьетро и Сан-Антонио на Сардинии, Трапани, Марсала и Сиракузы на Сицилии, на островах Лерос и Родос (Додеканезский архипелаг), на острове Пантеллерия.

Интенсивно развивалась и авиация. В 1935 году итальянская авиапромышленность получила заказ на строительство 420 истребителей, 330 бомбардировщиков и 400 самолетов-разведчиков. Этот заказ означал удвоение итальянской авиации, имевшей в своем составе ровно столько же самолетов — 1250. Из них к флоту относились 73 корабельных гидропланов и 412 самолетов береговых эскадрилий.

В 1935 году итальянский флот включал в себя следующие корабли: 2 линкора (плюс еще 2 в модернизации), 1 гидроавианосец, 10 тяжелых крейсеров (считая 3 старых броненосных), 16 легких крейсеров (из них 7 старых), 87 эсминцев и миноносцев, 77 подводных лодок, 55 минно-тральных кораблей, 18 канонерок, 5 мониторов, 95 торпедных и противолодочных катеров, 45 учебных кораблей и вспомогательных судов. Общая численность личного состава была 2.964 офицера, 50 тысяч унтер-офицеров и матросов.