А вот еще...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да как вы смеете! Знаете, кто я такая?

— Адепт Культа Придурковатости с Заикающихся Грязнопустошей Сантрагинуса-5? — предположил Тяверик.

— Дурь какая!

— Ох, прости, ошибся. Культа Придурков с Заикающихся Грязнопустошей Сантрагинуса-5.

Необходимое пояснение. Этот диалог в некотором отношении схож с тем, который имел место непосредственно перед крахом подлинного Культа Придурков с Заикающихся Грязнопустошей Сантрагинуса-5. В рядах КП во времена его расцвета состояло несколько десятков членов, однако всему пришел конец после затянувшихся пятничных викторин, на которых Хранитель Казны комитета Т'тал Йчунь обозвал Председателя Ойлууна Йджита олицетворением названия сообщества. Дальнейший диалог записан следующим образом:

Йджит: Комитет опознает в выступающем казначея Йчуня.

Йчунь: Еще бы ты меня не узнал. Я твой двоюродный брат. Мы с тобой вместе по пышкам ходили… или тебе хотелось бы забыть о таких делах?

Йджит: Прошу тебя, Т'тал…

Йчунь: Казначей Йчунь.

Йджит: Прошу вас, казначей Йчунь, почему бы нам не разобраться с этим по-человечески?

Йчунь: Тебе ведь ничто человеческое не чуждо, а? Очень по-человечески заваливаться к моей голубе с пачкой контрацептивов на всякий случай, как на прошлой неделе. Прямо-таки по-братски.

Йджит: Но я же все объяснил…

Йчунь (с горькой усмешкой): Ну да, бутылка воды. И как это я забыл?

Йджит: Вы хотели сделать какое-то официальное заявление?

Йчунь: Разумеется, хотел. Я выдвигаю предложение изменить название общества с «Культа Придурковатости» на «Культ Придурков».

Йджит: Вы это серьезно?

Йчунь: Абсолютно. «Придурковатость» звучит немного старомодно, простовато. Мне кажется, «Придурки» придадут нам больше серьезности.

Йджит: Серьезности? Мы — общество, посвящающее себя истории комедии абсурда — не серьезнее, чем на вкладышах в готовые завтраки. Серьезность… Дурь какая.

Йчунь: Вот! Ты лишний раз подтвердил мою точку зрения.

Йджит (вскакивая): Йджиньин любит меня, а не тебя! Так что оставь ее в покое! А это дурацкое общество можешь оставить себе и делать с ним что угодно!

Йчунь (также вставая и вытаскивая здоровенный мачете, который он каким-то образом ухитрился пронести в зал, спрятав в форменных штанишках в полосочку): Оно не дурацкое — оно придурковатое. Это не одно и то же.

Оставшаяся часть стенограммы не поддается расшифровке, поскольку чернила смыты пятнами крови. Разобрать можно только три фразы: «проверены электроникой», «можешь называть это клоунскими штанишками» и «разумеется, слоны видят сны». Понимайте это, как вам угодно.

Рэндом скрестила руки на груди и чуть наклонилась вперед, словно сопротивляясь встречному ветру.

— Знаю я, о чем вы думаете, Тяверик. Вы думаете, я вот-вот не найду, что ответить, и скачусь к «я вас ненавижу», и выбегу отсюда прочь.

— Я надеялся только, что наш разговор закончится традиционным образом.

— Второй раз вы так легко не отделаетесь. У меня опыт пенсионера, а энергии — как у подростка, и я могу спорить с вами хоть день напролет, если вы этого хотите.

Тяверик Гавбеггер задумчиво потер переносицу.

— Ты даже не представляешь себе, насколько это далеко от того, чего я хотел.

Все время, пока этот диалог подходил к кульминации, Триллиан буквально заламывала пальцы. По части родительского опыта у нее были большие пробелы, поэтому она не имела ни малейшего представления о том, что такое хорошо и что такое плохо в данной конкретной ситуации. Даже если она и могла углядеть неясные очертания чего-то — как близорукий турист созерцает подернутый ночным туманом холм, — она не знала ни чего от этого ожидать, ни как оценить размер и крутизну «холма», если вдруг на него наткнется.

— Рэндом! — рявкнула она и тут же спохватилась. — Я хотела сказать, Рэндом… — Мягко — вот так: — Рэ-э-эндом.