Чудеса: Популярная энциклопедия. Том 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Исходная мысль этой гипотезы вполне резонна. Еще Чижевский писал, что, «встречая жизнь, электромагнитные волны отдают ей свою энергию, чем поддерживают и укрепляют ее в борьбе за существование. Органическая жизнь только там и возможна, где имеется свободный доступ космической радиации, ибо жить — это значит пропускать через себя поток космической энергии в ее кинетической форме».

Ритмы, которые мы наблюдаем в биосфере, складывались в процессе эволюции под влиянием внешней среды. А среди факторов, которые могли воздействовать и, как мы уже знаем, действительно воздействуют на биологические часы в организмах, далеко не последнюю роль играет геомагнитное поле. Примечательно, что частота колебаний этого поля имеет ту же величину, что и альфа-ритм, — восемь — четырнадцать герц.

Но как может мозг «усваивать» энергию магнитного поля Земли? Некоторые исследователи допускают мысль, что в нашей черепной коробке существует подобие радиоприемного устройства. Однако трудно представить себе, что мозг резонирует на любое изменение частоты внешнего электромагнитного поля непосредственно. В этом случае наша психика была бы слишком неустойчивой. Нет ли в нашем организме другого органа, способного выполнять роль биологического приемника энергии извне? Врач Н. Слуцкий указывает на него. Это так называемый мерцательный эпителий бронхов. Его реснички колеблются ритмически с одной и той же частотой, образуя колебательную систему с устойчивыми резонансными свойствами. А частота колебаний та же, что и у альфа-ритма коры больших полушарий головного мозга, и у геомагнитного поля.

Некоторые исследования говорят в пользу высказанной гипотезы. Так советским ученым А. Скоробогатовой установлено, что электрические заряды атмосферы, попадая в дыхательные пути, оседают на стенках бронхов, то есть вступают в контакт с колеблющимися ресничками мерцательного эпителия.

Другой исследователь Н. Голубев, наблюдал изменения мозга при хроническом заболевании мерцательного эпителия дыхательных путей, то есть поломке природного приемника зарядов атмосферного электричества.

Одна забытая история

Режиссер театра был озабочен. Готовилась к постановке новая пьеса. Одна из сцен переносила зрителей в далекое тревожное прошлое. Какими техническими средствами лучше всего выразить этот момент?

На помощь пришел известный американский физик Р. Вуд. Он предложил постановщику спектакля использовать очень низкие, рокочущие звуки, которые, полагал ученый, и создают в зрительном зале обстановку ожидания чего-то необычного, пугающего.

Для получения «тревожного» звука Вуд сконструировал специальную трубу, которая была присоединена к органу. И первая же репетиция испугала всех. Труба не издавала слышимых звуков, но когда органист нажимал на клавишу, в театре происходило необъяснимое: дребезжали оконные стекла, звенели хрустальные подвески канделябров. Хуже того — все, кто присутствовал в этот момент на сцене и в зрительном зале, почувствовали беспричинный страх! Это не было галлюцинацией. Люди, живущие по соседству с театром, позднее подтвердили, что и они испытали в то время то же самое. А виновником были неслышимые человеческим ухом инфразвуки.

Описанная история произошла около полувека назад в Лондоне. Ее не стоило бы вспоминать, если не иметь в виду весьма существенное обстоятельство: инфразвук вездесущ. Инфразвуковые колебания в воздухе порождаются грозами и сильнейшими ветрами, солнечными вспышками. Сопутствуют они выстрелам, взрывам, обвалам, землетрясениям. Повседневны промышленные инфразвуки. Их излучают заводские вентиляторы, воздушные компрессоры, дизели, все медленно работающие машины.

Постоянный источник этих звуков — городской транспорт.

Если к этому добавить, что они очень хорошо распространяются как в воздухе, так и в воде, то проблема приобретает четкие контуры: инфразвуки надо знать. В те же 30-е годы, когда инфразвук показал свои «способности» в лондонском театре, в Северном Ледовитом океане на судне «Таймыр» работала советская научная экспедиция. Ученые изучали верхние слои атмосферы.

Однажды при запуске шара-зонда (так называют шары-«разведчики», заполненные водородом и снабженные различными измерительными приборами и радиопередатчиком) исследователи обратили внимание на странное явление: стоило шар приблизить к уху, как человек чувствовал сильную боль. Словно кто-то давил на барабанную перепонку.

Загадкой заинтересовался советский геофизик академик В. Шулейкин. Прежде всего он «послушал» радиозонды в Москве. Они были вполне безобидны. Значит, виновно море? Новые опыты ученые провели на Черноморском побережье и убедились: да, неизвестное явление связано с морем.

Виновником оказались инфразвуки, возникающие над морскими просторами при штормах и сильных ветрах. Разгулявшийся ветер и сильное волнение становятся источником мощных инфразвуковых колебаний воздуха. Даже сравнительно небольшой шторм порождает инфразвуки мощностью в десятки киловатт. Они распространяются на сотни и тысячи километров вокруг.

Улетая вдаль, неслышимые звуки как бы предупреждают всех о надвигающейся буре. И такое предупреждение хорошо улавливают многие обитатели моря. Медузы еще до того, как приходит первая штормовая волна, уплывают от берега, а морские блохи выбираются на сушу. О скором шторме их оповестил «голос моря», который они хорошо слышат. Среди жителей многих прибрежных районов бытуют рассказы о людях, которые безошибочно предсказывают приближение шторма. Море еще совсем спокойно, а старый рыбак, выйдя на берег, говорит о надвигающейся буре.

Видимо, такие люди тоже слышат «голос моря»: мощные инфразвуковые колебания воздуха, принесенные издалека, воспринимаются ими как болевые ощущения в ушах. У здорового человека этого не бывает. Но люди, страдающие некоторыми заболеваниями, например, ревматизмом, «голос» надвигающегося шторма ощущают.

Почему же все участники экспедиции на «Таймыре» «услышали» инфразвуки? Как выяснилось, неслышимые инфразвуковые колебания, взаимодействуя с водородом, заключенным в шаре-зонде, порождали новые, гораздо более сильные инфразвуки. В последние годы этими загадочными звуками заинтересовались многие ученые. У профессора Гавро, работающего на юге Франции, близкое знакомство с инфразвуками началось, можно сказать, случайно. В одном из помещений лаборатории с некоторых пор стало невозможно работать. Не успев пробыть здесь и двух часов, люди чувствовали себя совсем больными: кружилась голова, наваливалась сильная усталость, нарушались мыслительные способности.

Прошел не один день, прежде чем Гавро и его коллеги сообразили, где следует искать причину. Оказалось, инфразвуковые колебания большой мощности создавала вентиляционная система завода, который был построен вблизи лаборатории. Частота волн была около семи герц, и это влияло на человека.

Так «его величество» случай преподнес ученым новую волнующую загадку: инфразвуки и состояние человека, его здоровье и безопасность.

Враг не слышен

Скоро выяснилось, что шутить с этими неслышимыми звуками нельзя. Даже инфразвук не очень большой силы способен нарушить работу мозга, вызвать обмороки, привести к временной слепоте. А мощные звуки с частотой в семь герц останавливают сердце или же разрывают кровеносные сосуды.

Инфразвук еще более мощный действует уже на весь организм. Начинают колебаться внутренние органы — желудок, сердце, легкие. При этом неизбежны их повреждения. Биологи, изучавшие на себе, как действует на психику инфразвук большой интенсивности, установили, что иногда при этом рождается чувство беспричинного страха.

Другие частоты вызывают состояние усталости, чувство тоски или же морскую болезнь с головокружением и рвотой. А профессор Гавро первым высказал предположение: биологическое действие инфразвука проявляется тогда, когда частота волны совпадает с альфа-ритмом головного мозга. Так ли это, покажет будущее. Работы этого исследователя и его сотрудников раскрыли уже многие особенности инфразвуков. Надо сказать, что все исследования с такими звуками далеко не безопасны. Профессор Гавро вспоминает, как пришлось срочно прекратить опыты с одним из генераторов инфразвука — свистком Левавассора. Участникам эксперимента стало настолько плохо, что даже спустя несколько часов обычный низкий звук воспринимался ими болезненно.

Был и такой случай, когда у всех, кто находился в лаборатории, задрожали предметы, находящиеся в карманах: ручки, записные книжки, ключи.

И все это по существу лишь первая «разведка боем» загадочных инфразвуков. Самое важное для нас — раскрыть весь механизм воздействия инфразвуковых колебаний на живые организмы. Будущие исследования, несомненно, принесут здесь выдающиеся открытия. Стоит вспомнить, кстати, что еще в 1934 году психиатр М. Никитин наблюдал у больного припадки эпилепсии, как только при нем начинали играть на органе. А вибрация органных труб, как известно, рождает инфразвуки.

Кому не известно, сколь отрицательное влияние оказывает порой на наше состояние, на работоспособность сильный шум. Он раздражает и утомляет. А инфразвуки? Этот безголосый шум тоже вреден. Причем речь идет не об излучениях большой мощности, которые ученые получают в своих лабораториях и не о тех очень редких случаях, когда опасный для жизни инфразвук вдруг возникает в природе. И слабые инфразвуки, с которыми каждый из нас ежедневно встречается, влияют на человека. Специалисты на основании многих фактов, наблюдений подозревают, что инфразвуки — одна из причин нервной усталости у городских жителей. И мы знаем, что в городах действительно больше инфразвуков.

Постоянный поставщик инфразвуковых волн — городской транспорт, многие производства. Что и как влияет на воспроизводство инфразвуков? Что необходимо для того, чтобы «шумовой фон» инфразвуков не рос бесконтрольно? Каковы его допустимые пределы? Все это теперь исследуется учеными…

Инфразвук, препарированный в лабораториях, показал свой характер. Его нужно взять под контроль человека. Еще не все его особенности и закономерности, с ним связанные, мы знаем. Но уже многое известно и теперь учитывается при конструировании различных машин и механизмов.

Здесь мы расскажем еще об одном редкостном явлении — о молниях в…живом организме. Да, оказывается, есть и такие. Правда, эти молнии можно назвать лишь дальними родственниками атмосферных разрядов. Но природа их та же самая — электрическая.