Получив вместе с прочими дворянами бронзовую медаль в память Отечественной войны 1812 года, Нарышкин воскликнул:
— Никогда не расстанусь я с этой наградой; она для меня бесценна— ее нельзя ни продать, ни заложить.
* * *
Какой-то надоедливый человек, к которому Нарышкин не чувствовал расположения, спросил его, намекая на его поношенную шляпу:
— Почему она у вас так скоро изнашивается?
— Вероятно, потому, — ответил Александр Львович, — что я сохраняю ее под рукой, а вы на болване.
* * *
Как-то раз на параде в Пажеском корпусе инспектор кадетов споткнулся и упал на барабан.
Присутствовавший при этом Нарышкин заметил:
— Впервые он прогремел на весь мир.
* * *
Во время заграничного путешествия Нарышкину предложили на берегу Рейна взойти на гору, чтобы полюбоваться на живописные окрестности.
— Покорнейше благодарю, — ответил он, — с горами я обращаюсь всегда как с дамами — пребываю у их ног.
* * *
В начале 1809 года во время пребывания в Петербурге прусского короля и королевы все знатнейшие государственные и придворные особы давали великолепные балы в честь знаменитых гостей.
О своем бале Нарышкин сказал:
— Я сделал, что должен был сделать, но я также должен за все, что сделал.
Даже умирая, Нарышкин острил. Едва переводя дыхание, он сказал:
— Первый раз я отдаю долг… природе!
* * *
На маневрах Павел I послал ординарца своего И. А. Рибопьера к главному начальнику Андрею Семеновичу Кологривову с приказаниями. Рибопьер, толком не расслышав и не поняв, отъехал, остановился в размышлении и не знал, что делать. Государь настигает его и спрашивает:
— Исполнил повеление? Что ты тут стоишь?
— Я убит с батареи по моей неосторожности, — отвечал Рибопьер.
— Ступай за фронт, вперед наука! — довершил император.
* * *
Лекарь Вилье, находившийся при великом князе Александре Павловиче, был по ошибке завезен ямщиком на ночлег в избу, где уже находился император Павел, собиравшийся лечь в постель. В дорожном платье входит Вилье и видит перед собою государя. Можно себе представить удивление Павла Петровича и страх, овладевший Вилье. Но все это случилось в добрый час. Император спрашивает его, каким образом он к нему попал. Тот извиняется и ссылается на ямщика, который сказал ему, что тут отведена ему квартира. Посылают за ямщиком. На вопрос императора ямщик отвечал, что Вилье сказал про себя, что он
— Врешь, дурак, — смеясь, сказал ему Павел Петрович, — император я, а он оператор.
— Извините, батюшка, — сказал ямщик, кланяясь царю в ноги, — я не знал, что вас двое.
* * *
Изгоняя роскошь и желая приучить подданных своих к умеренности, император Павел назначил число блюд по сословиям, а у служащих — по чинам.