Желтый дом. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А напрасно, — сказал Ленин. — Современная молодежь могла бы многому поучиться у меня по данному вопросу.

— Эх ты, кремлевский мечтатель, — сказал Сталин. — Сколько было раньше ищеек у царского правительства? А у нынешнего правительства их не в десятки и не в сотни раз больше, а в тысячи и десятки тысяч. Как раньше народ относился к революционерам? А теперь его и просить не надо, сам расправится. Раньше в случае чего можно было за границу уехать. В Париж. В Лондон. В Швейцарию. А теперь?

— Но самое ужасное, — сказал МНС, — заключается в том, что раньше было что скрывать и были основания разыскивать и наказывать смутьянов, а теперь скрывать нечего и наказывать не за что.

— Зато остались и возросли основания разыскивать, — сказал Берия. — А что касается скрываемого и наказаний, это мы всецело берем на себя. Известно ли вам, что это мы порекомендовали магазину не указывать имя автора упоминавшейся книжки?!

Из рукописи

Особенность начавшегося спектакля состояла в том, что существенную роль в нем стали играть фокусы. И на роль Главного Фокусника выдвигался Он, что лично для меня было ясно с самого начала. А в случае фокусов как сами фокусники, так и зрители прекрасно знают, что участвуют в обмане, но никто не заинтересован в его разоблачении. Если фокусник глотает шпагу, то ни один человек не верит в то, что шпага настоящая и что она в самом деле попадает в желудок глотающего, как в него попадают, допустим, котлеты. Важно лишь то, чтобы фокус был выполнен квалифицированно, чтобы зрители не заметили, где именно и как их надувают. И если среди зрителей находится умник, который начинает вопить об «обмане», его сами зрители немедленно выбрасывают вон. О каком обмане тут может быть речь?! Никакого обмана нет. Фокус не есть обман. Этого почему-то не могут понять нынешние диссиденты, подымающие шум насчет нарушения прав человека, несоблюдения Конституции и т.д. Они не могут понять того, что все это — игра с фокусами. И если уж кричать, то надо кричать о том, что теперь фокусы делают плохо, халтурно. Зрителям стало видно, где их обманывают, и они злятся не на обман, а на то, что обман виден Даже им.

Я сам принимал участие во многих фокусах, которые показывал Главный Фокусник. Многие из них полностью готовил я. Часто я Ему ассистировал. Часто был среди помощников. Но всегда — без имени или незаметно. И это — по правилам показа фокусов. У меня ни к кому претензий нет, я знал свое место, и оно меня устраивало. Я досконально изучал технику проведения фокусов, которыми были переполнены все наши жизненные спектакли с первого дня после октябрьского переворота. Я мог бы на эту тему целую книгу написать. Может быть, со временем и напишу, если, конечно, мне позволят. Здесь приведу лишь один характерный пример. Помните, на XIX съезде партии Он выступил с короткой речью. Всех удивило, что не Он сделал отчетный доклад, что речь Его имела какой-то отвлеченный «интернациональный» характер. Советологи на Западе на этом построили всяческие сенсационные теории будто уже в это время Он был фактически отстранен от власти. О, идиоты! Как раз в это время Он был в зените власти. Дело в том, что этот спектакль приготовил я. И речь для Него написал я. Я внушал Ему мысль, что масштабы страны для Него стали слишком узкими, что Ему пора начать дирижировать всем миром. И речь Его на съезде была задумана как первый шаг на этом пути. Кто знал, что Ему осталось слишком мало времени для реализации нового грандиозного спектакля?!

Одиночество

Конечно, люди так или иначе находят выход из положения. Одни объединяются попарно. Посмотри, сколько бездетных пар развелось. Обычно это люди среднего и пожилого возраста. Обычно — разведенные. И пары довольно прочные. Причем тут нет взаимного духовного дополнения. Преобладает общение, часто — с доминированием одного из членов пары над другим. Много пар однополых. Но секс тут ни при чем. Тут чистая духовная компенсация одиночества. Формой преодоления одиночества является группировка одиноких людей вокруг значительных личностей и для некоего нелегального дела (идеологические группки, секты). Мне кажется, что для людей, страдающих одиночеством, надо изобрести новую религию, которая смогла бы объединить их в некое духовное братство. Ктс сделает это, тот заслужит вечную благодарность миллиардов одиноких страдальцев будущих поколений. Но родится ли этот «кто»?

Тоска по России

По слухам, есть волшебный край,

Из всех роднее и красивей.

Войдешь в него — познаешь рай,

Зовется этот край Россией.

Но не узнаешь все одно,

Что это — сказки или были,

Поскольку прадеды давно

Дорогу в этот край забыли.

Не судите

К тебе гость, говорит Железный Феликс. Академик Петин собственной персоной. Какая честь! Пошли его на, говорит МНС. Напрасно, говорит Железный Феликс. Знаешь правило: не судите, да несудимы будете. Смешно слышать это от тебя, говорит МНС. А мы не судили, говорит Железный Феликс. Мы расправлялись, а это — совсем другое дело. Петин, между прочим, сотрудничал с нами с первых дней революции. Он, конечно, сволочь и ничтожество. На его совести (если бы таковая была) не одна сотня жизней. Я уж не говорю о жертвах его идеологической деятельности. Но потолковать с ним стоит. Тем более, от этого никуда не денешься. Все равно ведь придется. Как-никак, а это — целая эпоха в марксизме. Тебе известно, например, что Петин организовал Сталину подготовку «его» философских трудов? Он, по крайней мере, знал, кому поручить написание «сталинских» трудов и как их делать. Ладно, говорит МНС, пусть войдет.

Допустим, говорит Петин, я невежда, бездарь, жулик и преступник. Хотя, честно говоря, я с этим согласиться не могу. Не такой уж я невежда. Историю философии, например, я знаю не хуже, чем ваш «гений» Теленкин. Воровал я не больше, чем ваша прогрессивная Тормошилкина. Бездарен... Так ведь это как посмотреть! Ты читал мой учебник по Философии? Нет, конечно. Ты даже не знаешь, что у меня был такой. Почитай, сравни с сочинениями нынешних «гениев» и «талантов». Преступник? Не больше других. Из-за Соснина погибло народу не меньше, чем из-за меня, а он — «борец», «разоблачитель». Ну, да не в этом дело. Пусть так, как ты и другие думают. Но ведь это — точка зрения современного человека об ушедшей эпохе. Это вы кулаками после драки машете. Посмотрел бы я на вас в то время, в тех условиях. Вы любите, говорит МНС, сваливать свои пакости на эпоху, на исторический процесс, на законы развития. Меня этим не купишь. А я тебя и не покупаю, говорит Петин. А уж если покупать, то на тебя такую большую цену, как ЭПОХА, я бы тратить не стал. Достаточно прибавить пятерку к зарплате, выпустить на защиту... Не кипятись, я не о тебе персонально. Я — о вашей ЭПОХЕ. Ладно, пусть это наша уловка — ссылаться на эпоху и прочее. Но не кажется ли тебе, что в этих ссылках есть некий серьезный смысл, что они не случайны, а выражают нечто объективно важное? Ведь если встать на вашу точку зрения, то без труда можно показать, что историю всегда творили проходимцы, жулики, ничтожества, насильники, палачи... Я слышал, к примеру, что для вас Робеспьер — ничтожество, Пестель — ничтожество... Масштабы личности определяются не столько некими индивидуальными качествами, сколько масштабами дела, которому они служат. Масштабы личности — да, говорит МНС, и если она на самом деле служит Делу. А ты разве личность? А разве служил ты Делу? Ты обделывал свои делишки, холуйствуя перед Сталиным, служа Сталину, Берии и их банде. Субъективно — пусть так, говорит Петин. А объективно? А что это такое — объективно, говорит МНС. Ну, процесс становления нашего государства, социального строя, говорит Петин. Роста могущества государства... А ты уверен, что общество и государство стали могущественными благодаря вам, говорит МНС. А если это сделалось вопреки вам? Под нашим руководством, говорит Петин, значит — благодаря нам. Другое недоказуемо. А ты уверен, что построенное (пусть под вашим руководством) общество есть благо, говорит МНС. Мальчишка, взвивается Петин. За это общество сражались и сложили свои жизни миллионы лучших сынов и дочерей... Сложили они, а не вы, говорит МНС. И на каком основании вы присваиваете себе право говорить от их имени? Неужели ребята кидались грудью на амбразуры, горели в танках, самолетах ради того, чтобы такой маразматик, как ты, занимал посты, получал огромные деньги, ни черта не делая, имел все жизненные блага и гробил жизнь другим молодым ребятам?! И оставим мертвых! Спор идет у нас не с павшими героями прошлого, а с живыми прохиндеями настоящего. Согласен, говорит Петин. Назови мне, кто мог бы быть лучшим директором, чем я? Это не играет роли? И я так считаю. Ты думаешь, в мое время было возможно иное течение исторического процесса, могло быть лучше? Думаешь, те, кого мы устраняли, поступали бы иначе? Ты же неглупый парень! Ты должен знать один простой закон серьезных исторических процессов... Погоди, не перебивай! Конечно, не марксистский закон, а настоящий. Так вот, согласно этому закону руководство большим и длительным историческим процессом, в который вовлекаются миллионы людей, в конце концов становится адекватным этому процессу с моральной и интеллектуальной точки зрения. Наш интеллектуальный уровень и моральный облик был точным выражением произошедшей истории. Не мы, так другие сделали бы примерно то же самое. С незначительными вариациями. Вот сейчас у вас над умами властвуют (смешно!) такие таланты и эрудиты, как Тормошилкина, Смирнящев, Качурин, Соловейчиков, Булыга. Знаешь, чем они отличаются от нас? Не нужно пояснять? Так в чем же дело? Не зря было сказано в одной древней книге: не судите, да несудимы будете. Хорошо сказано, говорит МНС. Но судить вас все-таки будут. Не мы, так другие. Не сейчас, так позже. Будут! И осудят! И вам не оправдаться ничем, ибо содеянное вами не может быть оправдано. А если все-таки оправдают, говорит Петин. Те, которые сделают это, повторят ваши преступления, говорит МНС. Это звучит слишком высокопарно, говорит Петин. Значит, судья не ты. И вообще не вы. У вас нет аргументов против нас. Одни эмоции, да и то они заимствованы у других. А Он? — говорит МНС. Он мог, говорит Петин, но Он опоздал. А за давностью лет не судят. За давностью лет проявляют некоторое любопытство и изучают. И делают что-то другое. Так что если хотите, судите.

Петин исчез. Не расстраивайся, услышал МНС Его голос. Конечно, вы уже не сможете осудить Их, поздно. Но вы можете сделать нечто большее: понять то, что сделалось под Их руководством. А это никогда не поздно. И это будет самым страшным для Них судом. В мире есть все-таки справедливость. В чем она? В том, что все проходит и становится потому доступным пониманию и беспристрастной оценке. А ты Уверен, что Это уже прошло? — спросил МНС. Но не получил ответа.

Наставления Мудреца

У нас фактически господствует над умами шизофреническая концепция общества: все происходящее понимается как реализация некоего тайного и высшего замысла. Я не отвергаю первичный замысел насчет будущих событий. Но в реальном жизненном потоке происходят непредвидимые и неподконтрольные события, коренным образом меняющие ситуацию сравнительно с той, в которой возник замысел. И потому фактически происходит переосмысление прежнего замысла задним числом, возникший новый замысел относят в прошлое, фальсифицируют историю и совершают прочие махинации в угоду этой шизофренической концепции. В духе этой концепции у нас переписана вся история партии, революции и страны после революций. Но самое ужасное тут состоит в том, что реальная исторш страны сама все более приспосабливается к этой концепции, — историческая шизофрения становится шизофренией самой реальности.

Из рукописи

Социальный интеллект Вождя создается не в качестве его индивидуальной особенности, а в качестве образца интеллекта для всех участников руководимого им процесса. То что массы потом будут подгоняться под этот образец, это само собой разумеется. Но чтобы массы можно было подогнать под него, предварительно он сам должен быть создан на уровне интеллекта массы или на легкодостижимом для нее уровне. Он должен быть предельно примитивен по существу. Вместе с тем в качестве интеллекта Вождя он должен выглядеть вершиной премудрости. И потому он должен быть создан по видимости на уровне высших интеллектуальных достижений человечества. Он должен быть предельно высоким по форме. Он создается в качестве активно действующего элемента единого процесса, и потому он должен быть четок и ясен по существу, как лозунги и армейские команды, должен исключать сомнения, варианты, кривотолки. Он должен обеспечивать единообразие поведения участников процесса. Но он создается как активно действующий элемент многообразного и изменчивого процесса, и потому он должен быть по форме двусмысленным, туманным, иносказательным, допускающим любые истолкования. Сказанного вполне достаточно для того, чтобы понять, что создание такого интеллекта — не такое уж простое дело. Нехитрое дело — быть просто идиотом. Но идиотом эпохальным, воспринимаемым в качестве гения (да еще величайшего гения всех времен и народов), — для этого кто-то должен основательно потрудиться. Объяснять тут только насилием — значит ничего не понимать в великих исторических свершениях. Говорят иногда (имея в виду сочинения Его), что гора марксизма родила мышь. Пусть так. Но чтобы эта мышь родилась, нужен был незаурядный ум и умение, ибо эту мышь надо было выдумать независимо от пустой горы марксизма и вложить ее в него.

Старые песни

У Соседа гости. Поют довоенные песни. Не поют, а вопят, как это и пристало русским людям. Хотя уже за полночь и все соседи справа и слева, сверху и снизу кипят возмущением, угомонить их нет никакой возможности. Участковый милиционер, вызванный для порядка, уговаривает возмущающихся потерпеть еще немного. У людей — праздник, поминки. Такое не каждый день случается. Через полчаса от силы поющие охрипнут совсем и свалятся под стол.

Отложив рукопись, МНС задумчиво смотрит на вибрирующую от воплей гостей стену. Неужели всегда было так? Если верить книжкам и кино, и у нас пели дай бог всякому. Страна буквально гудит от современной музыки, а они знай тянут свои допотопные примитивы. В чем дело? Это в натуре народа, говорит Он. Это вечно и неизменно. Чуточку лучше или чуточку хуже, но всегда так. Все скатывается в конце концов к этому.

Вранье то, будто мы лихие песни пели.