Английские эротические новеллы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Папе – не надо! – Эвелина, одевшись, поспешила в свою комнату. – Обещаю, что завтра я буду хорошей и послушной ученицей!

Эвелина знала, что учитель, не смотря на всю свою строгость, в душе был добрым человеком и не раз прощал ей мелкие прегрешения. Иногда она просто злоупотребляла его терпением, начинала дерзить и бунтовать. Несчастному клирику, привыкшему к таким выходкам, приходилось спокойно продолжать урок, не обращая внимания на очередной мятеж. Но потом, когда никаких сил не хватало. Он, помолившись перед распятием, докладывал отцу о поведении дочери.

– Опять не слушается? – Граф в таких случаях собственноручно брал пучок прутьев и приступал к делу.

Всю новь девушка провела без сна, вновь и вновь переживая приключение в амбаре. Кто же он? Неизвестный рыцарь? И почему мужей было двое, а один снимал голову? Только под утро ее сморил сон.

Разумеется, сонной девушке не хотелось вставать и тем более заниматься латынью.

– Ты помнишь, что обещала вчера мне вечером? – Спросил учитель. – Похоже, тебе надо взбодриться!

Девушка вздохнула и покорно задрала юбку.

– Как гадать по ночам ты первая, – клирик стряхнул воду с пучка тонких ореховых прутьев, – да простит тебя Господь! А я накажу!

Надо сказать, воспитательную дюжину, прописанную клириком девушка выдержала мужественно, не удостоив учителя ни криком, ни жалобами о снисхождении.

«Так мужественно она никогда не вела себя раньше, – учитель смотрел на попку Эвелины, всю изукрашенную орешником, – похоже, она становится взрослой!»

Впрочем, верным было и то, что эффект воспитательной дюжины был не очень длительным: отлежавшись после сурового внушения, девочка снова взялась за проказы.

«Достанется же кому-то в жены наша строптивая птичка, – подумал учитель, и, перекрестившись, смахнул слезинку, – горе мне грешному!»

Прилежания Эвелине розги вернули очень ненадолго.

– Эдмон, спорим на кружку пива, я попаду из лука вон в того голубя? – Девушка потянулась за луком.

– И папа спустит тебе за это шкуру! – услышала она в ответ. – Это он обязательно сделает и не только ради того, чтобы юная леди вела себя, как и подобает девушке накануне шестнадцатилетия, во славу своего древнего рода! Хотя… он может и отложить наказание в честь праздника! Скоро мы всем замком будем пить за твое здоровье!

«Тебе-то Эдмон пить пиво и вино, да жрать кабанину за мое здоровье, а мне… – девушка, представила то, что вскоре произойдет, и ее темно-карие глаза наполнились слезами, – меня этот праздник совсем не радует!»

Начиная с двенадцатого дня рождения, молодая леди должна была ежегодно переносить болезненную унизительную процедуру, задуманную графом не только как профилактика и лечение клептомании, но и воспитание стойкости и покорности, как необходимого качества будущей рыцарской жены.

– Не надейся, смягчить мое сердце! Розги будут сопровождать тебя до тех пор, пока не подойдет срок выдачи тебя замуж! – заявил граф, выпоров юную леди впервые. – И это минимальное наказание для воровок!

– Ну, девочка, – клирик швырнул измочаленные прутья в огонь, – ты вынесла наказание достойно. Надеюсь, Господь не оставит тебя в день рождения!

До праздника оставались считанные дни.

Глава вторая. Подарок ко дню рождения

В 1505 году из труб замка валил густой дым, все обитатели замка готовилась отпраздновать шестнадцатилетние наследницы славного рода Стоуксов.

Молодая леди сидела в напряженном ожидании на краешке смятой постели и смотрела на новый серебряный «пояс верности», подарок отца на день рождения.

– Как там писал Иероним[31], что не может быть стыда и вины на женском поле, к которому принадлежит Дева. Значит, нет на мне стыда за то, что придумал отец! При этом, как писал Иероним, через девственность женщина может возвыситься над своим природным положением и стать такой же совершенной, как мужчина. Правда, о том, что голых девственниц надо сечь и надевать на них такие оковы, он не писал ничего!

К сожалению, Иероним и его книга не принесла девушке никакого утешения. Время, казалось, замедлило свой бег.

Понятно, что юная девушка была в курсе праздничных приготовлений, и единственную наследницу графа Стоукса не ожидало ничего приятного, в день Рождения. «Неделя без порки», данная отцом чтобы следы от воспитания не портили задуманного зрелища, подходила к концу.

– Господь да поможет мне! – шептала Эвелина слова молитвы.

Одежда девушки в честь торжественного случая состояла из подбитого мехом плаща и «пояса верности», который по тогдашней дикой моде выглядел следующим образом: тонкие узкие трусики из полоски серебра с отверстиями для отправления естественных потребностей, по бокам были пришиты кожаные прокладки, чтобы не стереть кожу до крови. Кроме него на юной леди ничего больше не было. «Зачем одеваться, – думала Эвелина, защелкивая пояс ключиком, – если ровно в три часа пополудни, в тот самый час, когда она родилась, меня приведут в пиршественный зал, разденут как рабыню на рынке, а потом отец при всех нанесет шестнадцать ударов розгой! Бедная моя попа! По одному удару за каждый прожитый год!»

Девушка знала, что дочери рыцаря необходимо вынести отцовский подарок с должным послушанием и смирением: в былые дни рождения при малейшем сопротивлении или неподобающем поведении наказание увеличивалось когда в два, а разок и в три раза! Пояс верности, хоть и служил залогом девичьей чести, не спасал нежное тело от ударов. Впрочем, у девушки был еще один очень серьезный повод вынести порку с должным смирением. «Если отцу не понравится мое поведение, он отберет ключик от пояса!» – при этой мысли по спине девушки пробежал неприятный холодок.

Носить эту жуть постоянно ей совсем не хотелось. Из старого пояса верности девушка уже выросла, и скупому отцу пришлось купить новый.

[31] Богослов и мыслитель 340-350 – 420. – Прим. перев.