Английские эротические новеллы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Перспектива ложиться на скамейку под розги благочестивую Хелен совсем не радовала, но ощущение общения с Моррисом было каким-то уж очень грешным, и оттого очень сладким. Вечером Хелен снова пришла на конюшню.

Увидев ее, Моррис фыркнул и замотал головой. Взгляд пони из-под челки был каким-то заговорщическим.

– Вроде тихо, – Хелен оглядела конюшню, но не заметила Катрины, мирно дремавшей на сене. – Значит, никого…

Хелен не имела никакого опыта, и не осмотрела конюшню как следует, а зря. Катрина после бессонной ночи с Линдой зашла в сенник и, не отсчитав и трех бусинок на четках, сладко уснула.

– Кар-р! – только ворон вдруг каркнул во дворе.

Услышав ворона, Моррис дернулся, зубами схватил монашку за рясу и едва ее не порвал.

– Что ты делаешь? – монахиня с ужасом вскрикнула. – Неблагодарное животное! Может, высечь тебя плеткой, чтобы ты не прыгал через ручейки? – Хелен, помолившись, взялась за скребницу и принялась чистить Морриса.

Впрочем, все молитвы вылетели из головы, когда монахиня увидела, что Моррис по-своему, по лошадиному, ее хочет!

– И почему матушка Изольда не купит тебе подружку? – Хелен, закрыв дверь на засов, стала раздеваться. – Честное слово, я великая грешница, – она вся дрожала от возбуждения, – гореть мне в геенне огненной!

Ее щеки пылали огнем, а тело бросало то в жар, то в холод. С одной стороны, перспектива розог, а с другой…

Пони с удивлением смотрел на монашку: смущенная с растрепанными волосами, она издавала приятный запах, сводивший животное с ума.

Катрина, смотрела страшный сон: отец собрался ее высечь, и привел посмотреть на экзекуцию не только братьев, но и прадедушку Максимилиана.

– Сегодня мы накажем нашу великую грешницу! – Максимилиан руководил экзекуцией. Напрасно Катрина молила о милосердии. Казалось, все мужчины в ее роду сошли с ума и ходят только одного: надругаться над ее несчастным телом. Из сонного кошмара ее вывел стон Хелен.

– Вот это да, – прошептала она, увидев Хелен, танцующую нагишом перед лошадкой, – у нас что, в монастыре не только привидения, но и ведьмы есть?

Взгляд Хелен излучал похоть круче, чем матушка Изольда при первом близком знакомстве. Казалось, ее глаза просто искрились от желания и возбуждения.

Мало того, что монахиня стояла перед конем совершенно без одежды, она взяла большую морковку, вставила ее между ног и повернулась к животному.

– Хочешь? – спросила она. – Свежая, сладкая!

Пони подошел, и начал обнюхивать промежность.

– Мой маленький Моррис! – монахиня улеглась на солому и раздвинула ножки!

«Вот это Хелен! – подумала Катрина, высунувшись из убежища. – Кто бы мог подумать!»

Пони, схрупав морковку, начал облизывать выбритое местечко.

– Прости ее грешную! – Катрина шептала молитву.

Тишину на конюшне прервал нежный стон: Хелен вздохнула, выгнулась дугой, и, простонав что-то нечленораздельное, без сил упала на солому, но пони не собирался останавливаться.

Моррис не торопясь, облизывал монашку между ног, видимо соленая жидкость, выделившаяся после оргазма, пришлась ему по вкусу. Катрина была сама в полуобморочном состоянии от пережитого зрелища: между ног зачесалось, и очень захотелось в свою келью, в объятия строгой подруги.

Моррис облизнулся, тряхнул головой и встал в ожидании подачки. Монахиня, поняв, что Моррис вполне заслужил награду, протянула еще одну морковку, но тот впервые в жизни отказался, и тихонечко заржал!

– А, ты тоже хочешь? – монахиня, увидев возбуждение Морриса, нырнула ему под брюхо, обхватила член рукой, и принялась облизывать. От прикосновений рук и языка член рос прямо на глазах!

Пони весь напрягся, присел на задние ноги. Катрина видела, как вздулись вены на ногах и боках лошадки. «И почему Моррис ее не кусает? – подумала Катрина. – Неужели ему это нравится?»

– Вот это страсть! – тихо сказала Катрина, подобравшись поближе. – Наверное, Хелен ведьма и знает лошадиное слово! А меня это чудовище за попу укусило, и так больно!

Одними ласками и лизанием дело не закончилось. Монахиня, потеряв остатки стыда, встала на четвереньки.

– Вот это да, – прошептала Катрина, – кажется, пони только этого и ждал.