— Ау!— кричу.—
Иду! Я скоро!
А сам не тороплюсь.
Тихо иду по лесной дороге, перешагивая тени сосновых и все удивляюсь этому миру, в который попал ненароком.
Незнакомые люди подходили к ней на улице и говорили:
— Какая вы милая!
Спустя два года я встретил ее.
Она так подурнела,
что ее трудно было узнать.
— Милая,— сказал я ей,— ты очень подурнела! Наверное, это оттого,
что ты меня разлюбила. Полюби меня снова!
— Попытаюсь!— сказала она, но так и не попыталась — ей было некогда.
ЛУЧШЕЕ СТИХОТВОРЕНИЕ
Предвкушать его.
Услышать скрип двери и догадаться, что это оно.
Растеряться.
Но взять себя в руки и, побледнев от решимости, прочесть его про себя.
Поразиться.
И, переведя дух, прочесть его вслух, но шепотом.
Расхрабриться.
И, открыв окно, прокричать его громко, на всю улицу.
Наконец успокоиться.
И ждать новое, самое лучшее.
Как безмятежен, как торжественно спокоен был грешный мир в глазах делла Франческа!
Среди деревьев проходили женщины, с глазами темными, в простых прекрасных платьях, и ангелы с власами золотыми взирали на крещение Христа.
Но в старости Пьеро совсем ослеп.
И он уже не видел этих женщин и ангелов
с Христом и Иоанном, но он, конечно, слышал их шаги, их вздохи
и шуршание одежд.
Как строен,